Отрывок из книги «Метод Марины Мелия. Как усилить свою силу»

В начале ноября в издательстве «Бомбора» выходит новая книга коуча первых лиц российского бизнеса Марины Мелии «Метод Марины Мелия. Как усилить свою силу». Публикуем отрывок из издания, в котором автор рассуждает о зонах риска в процессе коучинга и о том, как не попасть в эти ловушки.
Отрывок из книги «Метод Марины Мелия. Как усилить свою силу»

Как любое сильнодействующее средство, коучинг может быстро принести пользу, но при неумелом обращении способен и навредить. И тогда проблемы, с которыми клиент обращается к консультанту, не решаются, а только усугубляются. Попытаемся выделить зоны риска, психологически опасные ситуации, деструктивно влияющие на процесс коучинга. Я условно объединяю их в группы, выделяя ловушки «снизу», ловушки «сверху» и ловушки, связанные с нарушением границ.

Ловушки «снизу»

Executive-коучинг предполагает работу с людьми определенного социального статуса — состоятельными, успешными, влиятельными. Их дорогие машины, шикарные офисы, привычка доминировать всегда и во всем способны смутить начинающего консультанта, подавить его волю. На фоне столь впечатляющего антуража он перестает различать фигуру — человека с его особенностями. Прибавьте сюда страх потерять такого важного клиента. В итоге коуч рискует попасть в одну из так называемых ловушек «снизу», когда он находится как бы «под» клиентом — соглашается, слушается, преклоняется, восхищается. Что бы ни говорил клиент, все воспринимается как истина в последней инстанции. Самые распространенные ловушки «снизу» — это позиции «слуги» и «ученика».

Слуга

Однажды я встретила в ресторане своего коллегу-коуча: он пришел вместе с клиентом на деловые переговоры. Клиент, руководитель крупной компании, похоже, не видел разницы между консультантом и личным ассистентом. То и дело он гонял моего коллегу с какими-то мелкими поручениями: принести забытый в автомобиле портфель, уточнить у официанта время приготовления блюд, ответить на телефонный звонок. Когда коуч возвращался за стол, его взгляд излучал восторг и подобострастие. Если бы я не видела этого своими глазами, ни за что бы не поверила, что успешный консультант, профессионал, кандидат наук способен превратиться в «обслуживающий персонал». Позже я узнала, что высокопоставленный клиент платит консультанту гонорар, значительно превышающий его обычное вознаграждение, берет с собой на отдых и буквально держит при себе. Коучу даже пришлось отказать другим клиентам: он успевает заниматься обслуживанием только одного, «главного».

Коуч, оказавшийся в роли «слуги», буквально одержим клиентом: он готов делать все, что будет угодно «боссу», отказавшись от собственного взгляда, собственного голоса. А это значит, что он уже не партнер по диалогу, не собеседник, а поклонник, болельщик, фанат, постоянно пребывающий в позе «чего изволите». Никакого реального консультирования на самом деле нет — консультант просто «раздувает» эго клиента.

Конечно, любой человек нуждается и в похвале, и в одобрении своих поступков, и в поддержке, но когда консультативный диалог сводится только к этому, клиент — за свои деньги — получает не профессиональную услугу, а еще одного статиста в «хоре подпевал». Консультант теряет свою автономность, становится частью зависимого окружения, а клиент лишается единственной возможности получить объективную обратную связь и увидеть реальную картину происходящего.

Почему консультант попадает в эту ловушку?

В силу разных причин он может увидеть в клиенте родительскую фигуру, и тогда его детское «Я» безоговорочно занимает позицию «снизу». Послушный «Ребенок» готов исполнить все, что пожелает «Родитель». Подобный перенос легко объясним, ведь консультант имеет дело с людьми мощными, часто авторитарными, актуализирующими в собеседнике комплементарные качества: послушность, старательность, исполнительность. А если консультант к тому же не совсем уверен в собственном профессионализме или у него неустойчивая самооценка, он еще быстрее попадет под влияние клиента. При этом он дорожит своим положением «приближенного». Получая от этого определенную вторичную выгоду, он тешит свое самолюбие. Консультант смотрит на клиента снизу вверх, он увлечен им настолько, что уже не может профессионально переработать свои эмоции.

Ученик

Еще пример — почти карикатурный. Мой знакомый коуч работал с ярким и харизматичным политиком, обладавшим множеством положительных качеств, в том числе артистизмом и умением великолепно выступать на публике. Как-то раз мы встретились на одном мероприятии, и я с удивлением наблюдала такую сцену: политик поучал собственного консультанта, как тому лучше проводить тренинги. «Вот здесь делаешь паузу», «Не иди у них на поводу», «Ты это запиши и запомни как следует!» — и консультант действительно внимательно слушал и записывал. Потом я спросила у него: «А кто кого консультирует? Вы случайно не поменялись ролями?» На что получила ответ: «Ты не понимаешь! Он мне столько дает! Я столькому могу у него научиться!» Работая с успешным и влиятельным человеком, консультант начинает восхищаться его достижениями, высоким интеллектом, стратегичностью мышления, его непохожестью на других, неиссякаемым оптимизмом. Неудивительно, что коучу хочется чему-то научиться у клиента, например, целеустремленности, умению выстоять в кризисной ситуации, понять, каким образом он принимает нестандартные решения. Клиент помогает коучу что-то раскрыть и развить в самом себе. Это прибавляет сил, веры в успех и желания работать.

Нам всем действительно есть чему поучиться у клиентов. Но такая, на первый взгляд, привлекательная позиция таит в себе большую опасность. Не осознавая ее, коуч рискует остаться в позиции «под», утратив основное преимущество свой роли — равноправного партнера по диалогу. Поэтому не стоит увлекаться «ученичеством», нужно знать меру и уметь вовремя остановиться.

Успешные предприниматели — как правило, люди харизматичные, обаятельные, способные производить впечатление, притягивать, влюблять в себя. Тем, кто попадает в их орбиту, хочется не только взаимодействовать с ними, но и просто быть рядом. У коуч-консультанта тоже возникает подобное желание: еще бы — такие неординарные люди пришли с ним посоветоваться, обсудить свои проблемы. Кажется, общаться, работать с ними — одно сплошное удовольствие. Но на самом деле это не так. Присущие им мощь и амбивалентность личности проявляются практически в любом диалоге, но это особенно заметно, когда клиент сомневается, что-то отрицает, с чем-то не согласен. И тогда консультант испытывает сильнейший энергетический натиск, выдержать который не всегда и не всем под силу. А ему при этом нужно еще и сохранять свою профессиональную позицию.

Как не попасть в ловушку «снизу»? В первую очередь консультант не должен зависеть от организации клиента. Какие бы блестящие условия ему ни предлагали (а такие люди всегда будут предлагать необыкновенные условия), нельзя становиться штатным сотрудником. Кроме того, важно работать параллельно с несколькими клиентами, чтобы не зависеть материально от одного человека. Не стоит разрешать им переплачивать: цена должна быть конкретной и одинаковой для всех. Тогда консультанту будет легче оставаться в границах своего профессионального поля и не превращаться в «слугу при господине».

Главное для консультанта — доверять себе и клиенту. Доверие к себе — это уверенность в собственных силах, в своем профессионализме, понимание того, что executive-коуч — очень важная, самодостаточная профессия, а позиция консультанта — автономная и равнозначная позиции клиента, кем бы тот ни был. Доверие к личности клиента — это глубинное чувство. Оно базируется на реальном уважении и понимании того, что клиент — не «слабак», которого нужно то нахваливать и поддерживать, то задабривать и умасливать. Это самостоятельный, успешный человек, который вступает в диалог с консультантом, движимый стремлением стать еще более успешным и еще более самостоятельным.

Кадр из фильма «Волк с Уолл-стрит»

Ловушки «сверху»

У клиента как у человека со сложной биографией и характером много проблем и нерешенных вопросов. Он мог обратиться за помощью к советнику или, например, к другу, а пришел именно к коучу. И вот коуч уже может воспринимать его человеком слабым, беспомощным, не очень гибким, неспособным самостоятельно принимать решения. Рядом с ним приятно ощущать себя спасателем, который вытаскивает из беды нуждающегося в совете и поддержке и решает вместе с клиентом задачи, с которыми тот в одиночку точно не справился бы.

Хорошо, если консультант отдает себе отчет в таких чувствах. А что, если нет? Тогда он неосознанно старается сохранить позицию «над» клиентом, чтобы и дальше ощущать свою мощь и силу. Иногда коуч даже начинает бессознательно сопротивляться росту и развитию клиента, хотя формально проводит консультирование по всем правилам. Понятно, что такой консультант, скорее всего, не поможет клиенту справиться с проблемами и стать сильнее.

В этой категории можно выделить следующие типичные ловушки: «учитель», «доктор», «дрессировщик», «серый кардинал» и «волшебник».

Учитель

Консультант учит, советует, оценивает, хвалит и даже ругает клиента, дает ему советы и наставляет на путь истинный. «Я знаю почему, я знаю что, я знаю как», — уверен консультант. Он чувствует себя носителем истины, поскольку читал Фрейда, Юнга, Фромма, Сапольски, Канемана, знает много «умных слов», сыплет терминами. Подобная позиция по отношению к клиенту — человеку, который многого добился в жизни, — как минимум неадекватна: по сути, консультант пытается обесценить его успех. Одна из причин такого позиционирования — профессиональный снобизм.

Вооружившись неким «талмудом», консультант начинает «вещать»: он лучше знает проблему, ресурсы клиента, знает, как достичь цели, как выглядит оптимальная структура организации, какие функции должен выполнять кадровый департамент в крупном инвестиционном холдинге, а какие — в производственной компании, как строить корпоративную культуру в торговой фирме и т. д. У него есть точные рецепты на все случаи жизни — не только деловой, но и личной. А если клиент «не слушается», значит, чего-то в этой жизни не понимает. Иногда от такого консультанта можно услышать: «Я же из него человека сделал, всему его научил, да он без меня двух слов связать не мог, а теперь делает вид, что до всего дошел сам». Во многом это надменность слабого, и чем меньше консультант уверен в себе, чем меньше знает и понимает, тем легче он попадает в ловушку.

Иногда клиент сам невольно провоцирует коуча, заманивает его в эту западню, например, таким вопросом: «Что конкретно мне надо делать? Скажите — ведь вы-то знаете!» А если тот уклоняется от прямого ответа, начинает настаивать: «Да ладно, сколько раз вы сталкивались с такими ситуациями! Говорите, что делать, и быстрее перейдем к другой проблеме».

Клиенту хочется, чтобы консультант отвечал однозначно: что, как, когда, кто, не тратя времени на всякие «почему и зачем». И хотя консультант понимает, что этого делать нельзя, что он должен лишь «осветить» ситуацию, а решение принимать клиенту, ему бывает трудно отстоять свою позицию, особенно когда клиент начинает предъявлять претензии и буквально бросается в атаку: «За что я плачу? Почему я должен сам о каждой мелочи думать?» Каких бы высот ни достиг клиент, ответственность за принятие решения вызывает у него тревогу, как у любого человека. И если появляется всезнающий «учитель», «ученик» с радостью перекладывает эту ответственность на него. Такова человеческая природа. Между тем, решая за клиента, консультант становится не только соавтором его побед, но и рискует стать «козлом отпущения». В случае неудачи клиент может обвинить консультанта в непрофессионализме, причем в присутствии других (если, например, коуч участвует в совещании или сопровождает клиента на важных переговорах), тем самым ставя его на одну доску с проштрафившимися подчиненными.

Мало того, что назначивший себя «учителем» консультант закономерно оказывается в позиции «провинившегося ученика», страдает его самолюбие и авторитет, но главное — страдает дело. Нарушается сама идеология консультативного процесса: такую «раздачу советов и рецептов» в консультировании Ролло Мэй называл «вторжением в автономию личности».

Доктор

Ко мне обратился владелец нескольких крупных компаний в разных секторах экономики: в сфере финансов, химическом производстве, строительстве, телекоммуникациях и энергетике. В каждой из этих областей он достиг заметного финансового успеха, но в какой-то момент, следуя народной мудрости «За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь», решил сосредоточиться на одном направлении. Оставалось только понять, в какой именно бизнес стоит вложить инвестиции. Несколько раз он объявлял о своих намерениях и даже назначал точный срок, но то заболевал, то находились другие важные дела, то возникали какие-то непредвиденные обстоятельства. Его беспокоила собственная нерешительность, и уже около года он ходил к психологу, которого называл своим коуч-консультантом. Вместе с ним он и пришел на нашу встречу. Ситуация, конечно, не совсем обычная, но клиент надеялся, что втроем мы быстрее сумеем проработать проблему и даже составим конкретный план действий.

Это был мой первый опыт совместной работы с другим консультантом. На первой же встрече в присутствии клиента психолог тоном, не терпящим возражений, поставил ему диагноз — школьный невроз: клиент опасается действовать решительно, постоянно все перепроверяет, не в состоянии наметить четкую цель, боясь не достигнуть результата и не получить заветную «пятерку». Поэтому он неспособен сделать выбор и сконцентрироваться на одном бизнесе.

Я видела, что психолог всю работу с клиентом строит на том, чтобы «вылечить» его от школьного невроза, и прописывает соответствующие средства: «Нужно верить в себя, концентрироваться на одной цели, добиваться успеха». Мне тоже было предложено поучаствовать в составлении «рецептурного справочника». Но мое видение проблемы было совсем другим: «Да, действительно, вы по много раз все перепроверяете — в этом ваша особенность. Вы человек ответственный и контролирующий, вы увереннее чувствуете себя, когда знаете конкретные показатели и сами отслеживаете ситуацию. Вы легко распределяете внимание между несколькими делами, способны отслеживать множество объектов одновременно. Именно это и определяет вашу деловую стратегию, позволяет диверсифицировать свою деятельность, быть успешным сразу в нескольких сферах бизнеса».

Нам понадобилось несколько встреч, чтобы разобраться в ситуации. Клиент осознал природу своего состояния, принял свои личностные особенности и даже описал их следующими ключевыми словами: учет и контроль, осторожность, ответственность, реалистичность, внимание к деталям, продумывание каждой мелочи, постановка конкретных целей. Он перестал воспринимать эти качества как изъяны, рассуждать о невротических реакциях, беспокойстве, тревоге, недоверии, нерешительности, невозможности принять окончательное решение, боязни неудачи, провалов, краха — такие слова попросту исчезли из его лексикона.

Клиент буквально вырвался из «диагностического круга» и через некоторое время уже без какого-либо насилия над собой значительно сократил количество своих компаний — но, конечно, не до одной. Он понял, что так ему психологически комфортнее, при этом его уже не слишком волновало мнение окружающих. Теперь он не видел необходимости оправдываться и поступал так, как считал нужным. Он даже стал уважать себя за то, что он такой, какой есть — дотошный, осмотрительный, дальновидный, — и, подшучивая над собой, повторял уже другие народные мудрости: «Семь раз отмерь, один раз отрежь», «Нельзя класть все яйца в одну корзину» и т. д.

Наши клиенты — люди порой оригинальные, их поведение не всегда соответствует общепринятым социальным нормам, часто они идут против течения, удивляя своими поступками окружающих. Многим консультантам трудно признать и принять такое многообразие человеческих проявлений, и тогда они обращают внимание в первую очередь на те действия своих клиентов, которые не вписываются в общепринятый стандарт. Не вникая в суть, они расценивают такое поведение как дезадаптивное и попадают в ловушку «Доктор».

Коуч-«доктор» смотрит на клиента сквозь призму психиатрической диагностики. Почему? Консультативный процесс с ярким и неординарным клиентом способен вызвать взрыв глубинной тревоги у консультанта. Пытаясь ее подавить, коуч поддается искушению упростить сложную для него задачу и с этой целью загоняет клиента в определенные рамки и даже ставит диагнозы и наклеивает ярлыки: этот клиент — шизоидный, этот — маниакальный, этот — паранойяльный, а этот — нарцисс. Некоторые идут еще дальше и начинают клиента «лечить» и приводить в норму! Но что есть эта пресловутая «норма», особенно когда мы имеем дело с выдающимися людьми?

Для клиента коуч — своего рода «зеркало для героя». Поэтому личность консультанта должна быть адекватна масштабу личности клиента, чтобы тот видел себя в полный рост, а не пытался разглядеть свое отражение в карманном зеркальце.

Дрессировщик

Мой бывший клиент попросил меня проконсультировать его друга и партнера, владельца крупной инжиниринговой компании. Он сказал буквально так: «Парня надо спасать. Не хочу потерять такого компаньона».

Мы назначили встречу. В условленный час потенциальный клиент бодро вошел ко мне в кабинет, крепко пожал руку, улыбнулся широкой голливудской улыбкой. Потом, приняв непринужденную позу, рассказал какую-то историю, которая, похоже, должна была меня рассмешить. Но я почувствовала, что человеку очень плохо. Свою проблему он сформулировал так: время идет, а он только и делает, что работает, ему хотелось бы сделать свою жизнь гармоничнее, стать интересным окружающим.

Картина начала вырисовываться уже в ходе нашей первой беседы. Он не любил посещать светские мероприятия, а если и приходил, то, по его словам, вел себя нелепо, забивался в угол и думал о чем-то своем, звонил по мобильному телефону или доставал ноутбук — иначе говоря, выглядел как «последний идиот». Жена постоянно пилила его, называла мямлей, жаловалась, что ей с ним скучно, что он на всех только тоску нагоняет. Такое «негативное подкрепление» лишь усиливало его недовольство собой.

Этот человек был уверен, что с ним действительно что-то не так: всем весело, а ему почему-то нет, все поют, а ему петь не хочется. Решив «исправиться», за полгода до нашего знакомства он обратился к коуч-консультанту с запросом «Хочу быть успешным в общении с людьми». И коуч начал его тренировать, а точнее «дрессировать»: как «мужественно» пожимать руку, как выработать походку уверенного человека, как улыбаться, как вести светскую беседу, как правильно открывать дверь, как держать подбородок высоко поднятым, как вести себя в бильярдной или престижном ночном клубе, а как — в фитнес-центре, как общаться с незнакомыми людьми и т. д. Интроверт по натуре, клиент всегда предпочитал обсуждать дела с руководителями каждого направления тет-а-тет и строил общение со своим менеджментом по так называемой звездной системе. Консультант порекомендовал проводить регулярные общие совещания. Для клиента это было не просто трудно, а абсолютно неподъемно, тем не менее он начал это делать, стремясь соответствовать тому «светлому образу», который они с коучем «нарисовали» и утвердили. Но перехитрить самого себя ему не удалось. Его настолько тяготили совещания, которые он сам же и назначал, что он придумал своего рода алиби — командировки в другие города. В конце концов он начал избегать даже тех ситуаций общения, в которых раньше не испытывал напряжения. Его круг общения еще больше сузился: он перестал видеться даже с друзьями, стал реже бывать в офисе. А через некоторое время и вовсе впал в депрессию.

Клиенту было трудно вступать в контакт с любым новым человеком, ему требовалась определенная дистанция, нарушение которой он воспринимал как угрозу и агрессию. Работа над техникой коммуникации в образе «своего парня» оказалась для него разрушительной. К тому же при взаимодействии с консультантом он не разрешал себе быть самим собой. А ведь этот человек поразительно умен, креативен и остроумен. Он не нуждался в натаскивании. Ему важно было понять себя, увидеть свои особенности и опереться на свои сильные качества.

Почему консультант превращается в «дрессировщика»? Он поддается соблазну быстро и просто решить сложную проблему, следуя первому озвученному запросу клиента. Вместо того чтобы сосредоточиться на вопросе «что», то есть на сути, консультант сосредоточивается на вопросе «как» и дает ответ моментально. Он из тех, кто считает, что «техника» первична: применив конкретный метод, правильный прием, можно решить проблему клиента. Этот коуч попытался изменить поведенческий репертуар клиента, не разобравшись в глубинных причинах его состояния, не сумев прояснить его настоящие ценности, стремления, потребности. Когда клиент воспринимается как объект приложения усилий консультанта, основной акцент делается на действии и на технике. А дальше, увлекшись процессом, оба переходят, например, к тренингам, которые в лучшем случае бесполезны, а в худшем — вредны.

Кадр из сериала «Миллиарды»

Серый кардинал

Представим себе ситуацию: коуч-консультант работает с владельцем и руководителем крупной холдинговой компании, в составе которой пять предприятий. Консультант встречается с директором одного из них, и тот, зная, что коуч пользуется непререкаемым авторитетом у главы холдинга, обращается к нему с деликатной просьбой — посодействовать, чтобы именно ему поставили новую технологическую линию. Тогда и значимость завода возрастет, и, соответственно, его зарплата.

В дружеской беседе они обсуждают владельца холдинга как человека богатого, но недальновидного, не совсем понимающего тенденции развития отрасли. И консультант начинает «свою игру». Не сообщая владельцу о просьбе директора, он преподносит ситуацию так: на основе его анализа по вполне объективным причинам на этом предприятии необходимы технологические изменения. И вот он уже не на стороне клиента, а на стороне человека из его свиты. Более того, объединившись с ним, он фактически играет против клиента. В такой ситуации коуч теряет позицию вненаходимости и исполняет роль «серого кардинала».

Те, кто работает с организациями, наверняка видели таких «кардиналов» в окружении топ-менеджеров. Что их отличает? Провозглашаемые ими цели не соответствуют целям реальным: свои истинные устремления они тщательно маскируют и пытаются добиться желаемого за счет интриг или манипуляций. Например, они могут нахваливать человека, на самом деле презирая его, или, рассуждая о командном духе, то и дело сталкивать людей лбами.

Почему консультант попадает в этот капкан? Причин много: отсутствие позитивных профессиональных установок и уважения к клиенту, концентрация на его слабых и проблемных сторонах, работа только ради портфолио и улучшения собственного материального положения.

Да и сам клиент может подтолкнуть коуча к этой ловушке, наделив его особой, действительно важной ролью в своей компании. Консультант поддается искушению и начинает играть уже совсем другую партию. Окружение клиента зачастую тоже этому способствует, рассчитывая с помощью консультанта решить свои проблемы.

Эта ловушка — самая разрушительная для личности консультанта: если в другие можно угодить случайно, «не ведая, что творим», то роль «серого кардинала» выбирают осознанно.

Как избежать этой ловушки, есть ли рецепты спасения? Да, есть. Они универсальны: это самоидентичность, автономность, следование сути своей профессии, определенные моральные устои и четкое осознание того, что ты всегда работаешь на стороне клиента. Но если уж попал в такую ситуацию, то единственное, что можно сделать, это выйти из игры — увы, с потерей клиента.

Волшебник

Мой молодой коллега оказался в трудном положении и попросил у меня профессионального совета. В ходе работы с клиентом он взял на себя так много заведомо невыполнимых обязательств, что теперь не знал, как «сохранить лицо». Обсудив ситуацию, мы пришли к выводу, что он попал в ловушку, которую можно назвать «Волшебник». Его ответы на любой запрос клиента в ходе их первой встречи звучали примерно так: «Все решим… Это элементарно… Нет проблем… Я не вижу здесь ничего сложного». А теперь пришло время выполнять обещания.

Почему так происходит? Клиент хочет избавиться от клубка проблем, которые копились годами. Он так от них устал, что вполне естественно его желание разрешить, распутать все в один день. Всем нам свойственно ожидание чуда, все мы выросли на сказках и мечтаем, что придет некто, наденет волшебное кольцо, взмахнет волшебной палочкой, скажет заветную фразу, и все вокруг вдруг чудесным образом изменится. Одним словом, нужно только захотеть — и кто-то все за нас сделает.

В нашем случае роль чародея берет на себя консультант, который очень хочет получить эту работу. Его желание подогревается ощущением некой избранности, исключительности, даже величия профессии, представителем которой он является. Он чувствует в себе готовность и призвание решать, казалось бы, нерешаемые задачи, за которые другие просто не берутся. Конечно, где-то в глубине души он понимает, что его возможности не безграничны, но и человеческие слабости ему не чужды. И вот он уже готов отказаться от роли консультанта и перевоплотиться во всемогущего волшебника.

Но вернемся к моему коллеге. Клиент, переложив на его плечи все свои проблемы, практически перестал с ним общаться и к тому же ужесточил условия работы: сократил сроки, отказался участвовать в процессе ассессмента организации, не предоставлял необходимой информации. Консультант фактически оказался отрезанным и от первого лица, и от его ближайшего окружения: все предпочитали заниматься своими делами. Когда коуч это понял и попытался организовать встречу с топ-менеджерами, ему было сказано, что руководство запретило отвлекать людей от работы — пусть консультанты разбираются в проблемах самостоятельно. Действительно, зачем магу и волшебнику помощь простых смертных? Он сам способен одним взмахом волшебной палочки решить «все и сразу».

Риск угодить в ловушку «Волшебник» достаточно высок, и причины понятны: со стороны клиента — это ожидание чуда, со стороны консультанта — чрезмерные амбиции и иллюзия всемогущества. Эта ловушка особенно опасна для неопытных консультантов — тех, кто только-только получил диплом или овладел новым методом. Кажется, что им все подвластно, что они способны видеть людей насквозь. В результате искажается реальное восприятие себя и своей профессии, причем не только ее возможностей, но и ограничений.

В коучинге действительно есть мистический момент: не всегда можно аргументированно объяснить, за счет чего произошли те или иные изменения. Недаром существуют мифы о консультантах, которые чудесным образом достигли фантастического результата. Но зачастую клиенты сами формируют ожидания чуда, рассказывая о невероятных результатах коучинга своим друзьям: «Обратись к тому-то, и будет тебе счастье».

Взяв на себя роль волшебника, консультант неизбежно сталкивается со сложными жизненными реалиями и неудачами, а это влечет за собой психологические травмы и профессиональную деформацию. Избегать этой ловушки стоит хотя бы из чувства самосохранения. Осторожность, понимание ограниченности собственных возможностей, здравый смысл и чувство меры лучше ничем не подкрепленной веры в свое могущество.

Умение искренне восхищаться другим — вообще особый дар, но в консультативной работе он необходим, и тот, кому присуще это качество, может многого добиться.

Чтобы обойти ловушку, надо не брать на себя решение невыполнимых задач, стараться быть реалистом, развивать в себе «мужество несовершенства», согласиться с тем, что в жизни не все можно контролировать и не на все влиять, учиться стойко переносить неудачи — иначе говоря, воспринимать проявления собственной профессиональной и человеческой несостоятельности как естественную составляющую жизни.

Конечно, профессиональная мудрость приходит с опытом: появляется понимание, что важно радоваться не только достигнутым успехам, но и самому процессу взаимодействия, проявляя интерес к людям ради них самих.

Консультанты часто попадают в ловушки «сверху» из-за обычной человеческой слабости: нам нравится выглядеть умными, сильными, знающими, учить других и помогать им. Свою роль играют и нерешенные личностные проблемы консультанта: ловушки расставлены его чувствами, не до конца осознанными мотивами, нечетко сформулированными профессиональными ценностями и установками.

Все мы бываем неуверенными в себе, волнуемся, переживаем за качество своей работы. В разумных пределах тревога, безусловно, полезна. Но, усиливаясь, она приобретает деструктивный характер, запуская разнообразные защитные реакции. И тогда один консультант защищается интеллектуализацией, формализацией, стандартизацией процесса, а в конечном итоге — уходом от реального диалога. Второй, страдая комплексом превосходства, связывает все изменения в жизни клиента, все его успехи со своими советами и рекомендациями. А третий концентрируется на ошибках клиента, на его проблемах, подчас остроумно рисуя в беседах с коллегами образ непоследовательного, нерешительного, не очень умного человека, который только и делает, что с утра до вечера совершает промахи. Процесс критики увлекает — консультант невольно «накачивает» свое эго и возносится все выше и выше над клиентом. Ролло Мэй писал так: «Основным свойством невротической амбициозности является ее связь с затаенным чувством неполноценности… Желание быть “святее всех” — не что иное, как выражение комплекса превосходства, оборотной стороны комплекса неполноценности». Однажды, слушая ироничный рассказ коллеги-консультанта о его незадачливом клиенте, я спросила: «А как же такой недалекий человек с нуля построил столь успешную компанию? Как он смог заработать свои миллионы? И как он принял решение нанять консультанта?» Каждому коучу стоит задать себе подобный вопрос. Ответ на него, возможно, отрезвит, позволит вовремя «схватить себя за руку», четко понять, кто перед нами на самом деле, увидеть в нем личность — самостоятельную и ответственную — и в итоге избежать опасной ловушки. Executive-коучу сделать это даже легче, чем другим консультантам, ведь он имеет дело с состоявшимися, яркими, талантливыми людьми, уже принявшими множество эффективных решений, которые позволили им достичь того уровня, на котором они находятся.