1. Главная
  2. Мода
Мода

Как Эльза Перетти пережила «Студию 54» и стала одним из самых успешных ювелиров современности

18 марта не стало Эльзы Перетти — женщины, которая никогда не шла на компромиссы и делала только то, что ей нравилось. Будущий всемирно известный ювелир родилась в очень богатой итальянской семье — и сбежала из родного дома, отказавшись от всех привилегий. Стала своей в нью-йоркском свете — и покинула его ради каталонской глуши. Рассказываем подробнее об удивительной жизни Эльзы.
реклама
20 Марта 2021

Модельная карьера

Биографию Эльзы Перетти отличают крутые виражи, на которые она всегда шла исключительно по своему и ничьему другому желанию. В ее консервативной семье так было не принято. В середине XX века отец Эльзы Фердинандо Перетти, основатель крупной нефтяной компании Anonima Petroli Italiana, был одним из самых богатых людей Италии и дал ей отличное образование — в Риме и Швейцарии. Там Эльза рано начала подрабатывать — то репетитором по итальянскому, то лыжным инструктором в Альпах, что было нетипично для девушки из высшего итальянского общества. Жажда независимости в конце концов привела к тому, что после недолгой учебы на дизайнера интерьеров Перетти сбежала в Барселону, чтобы стать моделью. Родители не смогли понять и принять такой поступок.

После первых успехов в Каталонии по совету своего агентства Wilhelmina Modeling Agency Перетти улетела в Нью-Йорк. Ей опять пришлось идти наперекор ожиданиям окружающих (уже не первый и далеко не последний раз) — в гостиницу на Манхэттене она заселялась с фингалом под глазом от своего барселонского любовника, который не хотел, чтобы она улетала в Штаты.

Перетти говорит, что так и не полюбила моду и моделинг, но она ее исправно кормила. Аристократическая выправка и чувство собственного достоинства вкупе с необычной внешностью обеспечили ее работой у Чарльза Джеймса и Иссея Мияки. Больше чем деловые отношения у Перетти сложились с Роем Холстоном. Она познакомилась с дизайнером еще на заре его карьеры, когда он был простым модистом в Bergdorf Goodman, и была с ним рядом в момент взлета — когда у звезд уровня Пэт Кливленд, Бьянки Джаггер и Марисы Беренсон стало считаться хорошим тоном отплясывать в «Студии 54» в идеально скроенных платьях Halston. Манекенщиц из ближайшего окружения Холстона тогда звали «холстонеттами» — и Перетти входила в их число. «Эльза отличалась от других моделей. Остальные были вешалками: их можно одевать, укладывать им волосы, но потом они все равно натянут голубые джинсы. А у Эльзы был стиль — она делала платье, которое на ней надето, своим», — восторженно отзывался о ней дизайнер.

реклама

Светская жизнь

Перетти и Холстон, будучи близкими друзьями, в 1970-е вместе наслаждались успехом и молодостью — обычно в компании дизайнера Джорджо ди Сант-Анджело, иллюстратора Джо Юлы и бойфренда Холстона Виктора Хьюго. Они собирались в апартаментах Роя, готовили спагетти, мешали виски сауэр и поили им гостей, среди которых не раз была замечена Элизабет Тейлор. В другие ночи друзья ездили по клубам: Эльза в редких интервью ностальгировала по Le Jardin, Max’s Kansas City, Saint и Paradise Garage: «Там играла лучшая музыка». В остальном воспоминания о 70-х у нее расплывались — и дело не только в водке и кокаине, но и моде, в угоду которой она отказывалась со своей близорукостью носить очки. К счастью, осталось много ее фотографий той поры. Например, портрет Перетти с заячьими ушами авторства Хельмута Ньютона, который можно считать портретом десятилетия безумных и самых красивых тусовок в XX веке. «У нас был роман. Он ведь был Скорпион, а между Скорпионами и Тельцами всегда что-то есть. Однажды он сказал: "Я хочу тебя сфотографировать". Я не знала, что надеть, порылась в гардеробе и достала костюм, в котором однажды ходила с Холстоном на вечеринку. Хельмут был потрясен. Вывел меня на террасу и щелкнул. Дело было в 11 утра», — вспоминает Перетти.

Естественно, особое место в главе про светскую жизнь Эльзы занимает «Студия 54» — звезд в клубе собиралось много, но только Эльзу с ее темпераментом и харизмой сооснователь Стив Рубелл умолял через общих знакомых вернуться на танцпол спустя неделю после того, как она в порыве гнева разбила в толпе бутылку водки. Это было крайне необычно, потому что порядки относительно дебошей в клубе были очень строгие, и даже Энди Уорхол не рассчитывал больше увидеть Перетти в «Студии 54» после того, как узнал о происшествии. «Этого достаточно для того, чтобы захотеть не выходить из дома до конца жизни», — написал тогда Энди у себя в дневнике.

Холстон и Эльза Перетти

Холстон и Эльза Перетти

Ювелирное дело

Параллельно с феноменальным успехом в светском обществе Перетти укрепляла свои позиции в качестве ювелира. Впервые она попробовала себя в этом деле в 1969 году — делала украшения, отдаленно напоминающие по формам прибрежные камни и ракушки, и продавала их небольшим дизайнерам с бутиками на Манхэттене. Первая слава на новом поприще пришла после того, как она создала для марки Джорджо ди Сант-Анджело кулон в виде небольшой фляжки из серебра. А сделать действительно модным этот материал Перетти помог Холстон. Во время примерки в своей студии он уговорил Лайзу Миннелли примерить украшения Эльзы: «Ты не можешь позволить себе золото, бриллианты должны дарить мужчины. Остается только серебро». С тех пор Миннелли стала носить только украшения Перетти из ее любимого материала, который еще недавно считался до обидного демократичным. В том числе знаменитый браслет Bone Cuff из бутика Tiffany & Co. — в 2020 году в честь 50-летия каффа марка выпустила его цветные вариации: красные, зеленые и синие, а также впервые варианты с цветными драгоценными камнями.

Отношения с Tiffany & Co. у Перетти завязались в начале 1970-х — и длились дольше, чем с любым другом, любовником и даже страной. Она начала сотрудничать с американским брендом в качестве независимого дизайнера, в 1974-м ее пригласили возглавить серебряную линию, а к 1979-му она уже стала ведущим дизайнером. Ее серебряные украшения с плавными и чувственными формами сначала привлекли в бутики Tiffany & Co. звезд и молодую аудиторию, а потом оказались в музеях. Одним из последних советов, которые ей дал Холстон, было не продавать права на свое имя, как это сделал он, подписав контракт с сетью недорогих супермаркетов JCPenney, — так что Перетти до последних дней свободно самовыражалась даже под крылом крупной компании.

Специальная серия браслетов Elsa Peretti Bone Cuff, Tiffany & Co., выпущенная к 50-летию модели

Специальная серия браслетов Elsa Peretti Bone Cuff, Tiffany & Co., выпущенная к 50-летию модели

Ссора с Холстоном

В 1976 году Перетти получила солидное предложение от Холстона, друга и на тот момент чуть ли не самого популярного и дорогого дизайнера США, — придумать флакон для его духов. Аромат, заключенный в бутыль в форме асимметричной капли, стал феноменально успешным. В качестве гонорара ей были предложены на выбор $25 000 или манто из соболя. Эльза выбрала мех, но носила его недолго. Спустя два года на тихом домашнем ужине в загородном доме Холстона шуба полетела в камин. Позже в интервью Vanity Fair Перетти сказала, что в тот вечер ее взбесили холодность и отстраненность дизайнера, который даже ночью продолжал вести светские беседы об одежде, так что она в качестве протеста швырнула соболя в огонь со словами: «Дружба с тобой для меня дороже, чем этот чертов мех». Судя по ее интервью для документального фильма «Холстон», в ее душе навсегда осталась нежность к дизайнеру, но тогда она тем не менее поспешила ретироваться и навсегда переехала в каталонскую глушь — деревню Сант-Марти-Вель, в которую влюбилась еще по фотографии десять лет назад.

Жизнь в Каталонии

К моменту переезда из Нью-Йорка в Сант-Марти-Вель Перетти уже владела несколькими зданиями в полуразрушенной каталонской деревне — с 1968 года она начала их постепенно скупать, реставрировать и временами сбегать туда от кокаиново-водочных будней на Манхэттене. Вся деревня находилась в ее владении и с 80-х годов являлась ее основной резиденцией. Здесь она продолжала создавать украшения для Tiffany & Co. и восстанавливать исторический облик Сант-Марти-Вель, а также плотно взаимодействовала с местными ремесленниками и развивала свой бренд вина Eccoci. «Тут я чувствую себя свободной. Мода была моих хлебом, но я ей никогда не дышала. Сант-Марти-Вель привлекла меня своей непохожестью на Нью-Йорк и на то, как жила моя семья. Никаких изысков. Первые годы здесь было тяжело — у многих домов даже не было крыши, я нередко спала на скамейке и мылась, стоя на каменном полу», — рассказывала Эльза. В 2013 году за свои заслуги в сохранении исторического облика деревни она стала первым в истории лауреатом премии Национального совета культуры и искусства Каталонии, который родился за ее пределами.

Сант-Марти-Вель — любимая, но не единственная недвижимость в портфолио Эльзы. У нее были апартаменты в Риме, Нью-Йорке, Монте-Карло и Барселоне, а также небольшая башня в Порто-Эрколе. Именно там она впервые встретилась со Стефано Маджини, главным мужчиной в своей жизни, с которым провела 23 года («10 из них были счастливыми»), — он был водителем грузовика и врезался в ворота башни. А еще в Порто-Эрколе она последний раз видела Холстона — за два года до смерти он приехал с ней попрощаться. В последние годы Эльза в Порто-Эрколе практически не бывала.

Благотворительность

Перетти всегда легко прощалась и уходила даже от близких людей, если ей что-то не нравилось, но не таила на них злобы. Поэтому была счастлива помириться с отцом, когда он увидел дочь на обложке Newsweek, заказал перевод статьи с английского на итальянский, прочитал, что его Эльза произвела в ювелирном мире величайшую революцию со времен Ренессанса, и преисполнился гордости. К сожалению, у отца с дочерью было только несколько месяцев — вскоре его не стало.

Перетти не смогла смириться с тем, что сестре Миле отец оставил 55,75% акций, а ей только 44,25%. Больше десяти лет она судилась за еще 5% и в итоге пустила все полученные сотни миллионов долларов на благотворительность. Она учредила фонд имени отца — Nando Peretti Foundation (позже переименован в Nando and Elsa Peretti Foundation), который выделяет средства на сотни разноплановых проектов по всему миру — от защиты прав человека до охраны природы. Каждый проект Эльза выбирала лично: «Все серьезно, это не ради налоговых льгот».

Фото:Архив пресс-службы, Getty Images

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует