Лучшие школы мира

В школах теперь развивают эмоциональный интеллект. Зачем?

Для учебы и для жизни важен не только IQ, но и эмоциональный интеллект. Что это такое и почему за это нужно платить?
реклама
28 Августа 2018
Мария Иванова

По прогнозам российского Агентства стратегических инициатив, к 2030 году в мире исчезнет шестьдесят семь профессий. Хотя появится сто восемьдесят шесть новых. Но радоваться рано – за должности форкастеров, медиа-полицейских и даже тьюторов по личностному развитию с нашими детьми будут бороться машинные алгоритмы, которым не нужно спать, есть и смотреть «Ривердэйл». Единственный способ победить машину – обладать навыками, которые ей недоступны. А искусственному интеллекту – по крайней мере пока – недоступен интеллект эмоциональный. В переводе на русский – способность понимать эмоции, чужие и собственные, и применять эти знания.

Словосочетание emotional intelligence в лексиконе нейробиологов закрепилось в 1995 году, когда психолог и колумнист The New York Times Дэниел Гоулман выпустил книгу под названием Emotional Intelligence: Why It Can Matter More Than IQ, что в переводе значит «Эмоциональный интеллект: почему он может значить больше, чем коэффициент умственного развития». На пятистах страницах Гоулман, в общем-то, говорил об одном и том же: эмоции влияют на успех так же, как умственные способности, и искусство ими управлять надо изучать в школах наравне с какой-нибудь алгеброй.

Но есть нюанс. Эмоциональный интеллект, как и все фантомы, рожденные в эпоху миллениалов, чаще всего вызывает у мам и пап по меньшей мере улыбку. Его трудно перевести на язык школьных отметок, однако очень легко конвертировать в твердую валюту дополнительных взносов за обучение. «Трудно объяснить родителям, как курс эмоционального интеллекта поможет их ребенку поступить, скажем, в Оксбридж, – рассказывает Робин Престон, управляющий директор международной компании Lucullus Educational Consultants. – Я стараюсь их убедить, призывая вспомнить о Стиве Джобсе, Уинстоне Черчилле. Знаете, что их объединяет? Они плохо учились в школе, зато умели поддерживать нужные связи и концентрироваться на собственных смелых идеях. Их движущей силой был развитый EI».

Как объясняет эйчар Московский и всея Руси Алена Владимирская, каждый ребенок, претендующий хотя бы на стол в приличном офисе (не говоря уж об отдельном кабинете), должен до двенадцатилетнего возраста научиться трем базовым вещам: «Во-первых, адаптивности – умению приспосабливаться. Во-вторых, умению работать с информацией, то есть отделять фейковую от настоящей, важную от неважной. В-третьих, необходимо выработать навык находить точки соприкосновения с любым человеком. За эту функцию и отвечает эмоциональный интеллект, который нужно тренировать».

реклама

Так, чтобы попасть к Илону Маску в Tesla или к Риду Хоффману в LinkedIn, еще до всякого собеседования надо сыграть в онлайн-игру на сайте Pymetrics.com. Искусственный интеллект в течение получаса задает вам головоломки: просит собрать похожую на детскую игрушку пирамидку из разноцветных колец за минимальное количество кликов или, например, определить, что чувствует актриса, изображенная на фотографии (варианты: злость, боль, легкую надежду, замешательство – можно выбрать только один). Все тот же машинный разум анализирует результаты и сообщает вашему потенциальному работодателю, на что вы способны – эмоционально и когнитивно. Руководители передовых западных корпораций периодически проходят тест сами.

В России эмоциональный интеллект при приеме на работу пока проверяют даже реже, чем медицинскую книжку. Одно из исключений – компания «Русагро»: претендентам на мягкое офисное кресло надо сдать тесты Хогана, которые позволяют судить об истинных личных ценностях человека, а не о декларируемых на собеседовании. Владелец «Русагро» Вадим Мошкович, к слову, еще и основатель новой подмосковной школы «Летово», где не просто собираются уделять развитию эмоционального интеллекта дополнительные часы, а вообще выстроили вокруг этого всю школьную программу.

К Илону Маску в Tesla или в соцсети типа Linkedin не берут на работу без теста на EI.

Создатель первой российской методики развития EI, владелица детской академии «Монсики» Виктория Шиманская считает, что развитие эмоционального интеллекта имеет смысл начинать в семье и с малолетства. «Родители должны научиться честно признаваться детям в своих чувствах. Попробуйте одну из самых простых практик, она называется «Я чувствую – потому что – я хотел бы». Например, приходя домой после работы, скажите ребенку: «Я чувствую усталость, потому что работал двенадцать часов. Я хотел бы пятнадцать минут отдохнуть, а потом с радостью поиграю с тобой». Учитесь вместе с ребенком формулировать простейшие вопросы по поводу эмоций, которые вы испытываете, и тут же отвечать на них. «Почему мне стало грустно? Потому что я не умею ездить на велосипеде. Я хочу научиться. Что мне нужно для этого сделать? Тренироваться». По мере тренировок начнет получаться – появится радость. Зафиксируйте ее причину: «Я рад, потому что научился кататься». Вводя логику в эмоции, человек учится понимать, чего действительно хочет. Эмоция, которую мы испытываем в ту или иную секунду, нас не определяет. Мы же не становимся злыми людьми оттого, что сейчас злимся? Если наши дети с самого юного возраста научатся такому образу мышления, то не обнаружат себя в тридцать лет на ненавистной работе».

При этом, как выяснили ученые нью-йоркской Школы социальных исследований, для развития эмоционального интеллекта книги не так полезны – по крайней мере, популярные вроде «Голодных игр» или модных еще недавно «Сумерек». Желания и мотивы их персонажей можно легко предугадать, а это притупляет EI. Замдиректора «Летово» Мадлена Шагинян советует активно использовать абстрактное мышление. «Предложите ребенку написать рассказ от имени ластика, степлера или любого другого неодушевленного предмета. Задавайте наводящие вопросы: «Какой он, этот степлер? Какие у него задачи? Что он любит?» Это упражнение помогает посмотреть на ситуацию со стороны – работает не хуже сочинений по литературе, в которых ребенок ставит себя на место вымышленных персонажей и пробует найти мотивацию их поступков».

«Джобс и Черчилль плохо учились, зато умели поддерживать нужные связи».

Важность игр для развития EI признает и Бам Бам Треволта Рамнарайн, тьютор английского из Суринама, основавший частный детский сад Trevolta’s Bright House в Одинцово, куда ходит, скажем, годовалый сын Ксении Собчак Платон Виторган. В этом детском саду под девизом «Дети не учатся у людей, которые им не нравятся» малышей побуждают открыто проявлять эмоции, причем как в общении на родном русском, так и на чужом английском. Поощряют любопытство, не бранят за разбросанные по полу куски «свежеиспеченной» бумажной пиццы (здесь вообще гордятся тем, что умеют придумывать нескучные занятия).

За рубежом в подобные игры продолжают играть и в начальной школе. В Канаде распространена игра Worry Dragons: младшеклассников просят нарисовать то, что их беспокоит, в виде дракона. Когда дракон готов, вокруг него ребенок рисует домик и «закрывает» дверь на замок – считается, что так можно взять негативную эмоцию под контроль. В первых классах финских и норвежских школ дети занимаются анализом своих эмоций на специальных утренних собраниях. Если Бьорн вчера дернул Хельгу за косичку, его не вызовут к доске объясняться перед всем классом, а попросят – причем обоих – на утреннем собрании, в свободном режиме, сидя на своем именно стульчике, рассказать, какие эмоции они испытывали до, во время и после происшествия и что именно их вызвало. Уровень эмпатии в норвежских школах, вероятно, растет: кому захочется проходить такой мозговой штурм еще раз?

В британских частных школах эмоциональный интеллект развивают с тринадцати до семнадцати лет. Например, в Wellington College проводят уроки счастья: тинейджеры разыгрывают жизненные ситуации по ролям, как спектакли. Сценария нет – исполнитель сам решает, как ему действовать, чтобы достичь желаемого результата, то есть всеобщего счастья. В московской Британской высшей школе дизайна этим летом в первый раз провели программу Design Thinking – учили детей от тринадцати до пятнадцати лет воплощать собственные идеи, работая в команде.

Однако не спешите забирать свою крошку с дополнительных уроков у репетитора с мехмата. Даже пионер обучения EI в России Виктория Шиманская сетует: «Начался перекос. СМИ так настойчиво пропагандируют развитие эмоционального интеллекта, что родители стали забывать о важности развития интеллекта базового. А ведь они по отдельности не работают».

реклама
читайте также
TATLER рекомендует