Колонки

На страх агрессору: колонка Александра Добровинского

Только дурак ничего не боится. А у умного адвоката Добровинского есть целых три любимые фобии: жена, акулы, жемчуг.
реклама
28 Апреля 2019
Александр Добровинский
Александр Добровинский

Утро было прекрасным. Фитнес, хаммам, массаж, бассейн, душ, крем. Я поднялся к себе и зашел в спальню. Любимая уже уехала по делам. Горничные шныряли тихо и незаметно. Доведенные годами до автоматизма движения гнали тело хозяина дома вперед к тумбочке около кровати. Запястье требовало часов, брюки – бумажника, а пиджак – ручек.

И вот тут оно екнуло. Нет, это было не сердце. Это было значительно ниже и шло туда, к... В общем, куда надо, туда и шло.

Эта вещь совершенно не должна была там быть. Она была инородна моей родной тумбочке и мне лично.

Около нашей свадебной фотографии, на которой я с любимой, молодой и красивый, а она (как всегда) беременна, лежал бархатный мешочек с жемчужным ожерельем. Мешочек был из Гонконга, чему соответствовали надпись и пломбированный сертификат, гарантирующий качество изделия.

Ужас был в другом. Я смутно помнил, как что-то в этом духе кому-то покупал, но когда и кому – выпало из моей памяти напрочь. Любимая, очевидно, этот несостоявшийся подарок нашла. Мало того, что нашла, так еще и положила на тумбочку перед нашим самым дорогим фото. А что это значит? Это значит, что это все. Придется говорить, мычать, блеять и оправдываться. Ненавижу. Весы не переносят скандалов. Мы тихие, спокойные люди. Другое дело – Телец, вернее, телка...

Я медленно оделся, механически застегнул часы, поправил бабочку и сел завтракать. Надо было все обдумать и постараться найти выход из ситуации.

Откуда взялся жемчуг? Скорее всего, я купил его кому-то в подарок и начисто об этом забыл. «Да, наверное, так и есть», – повторял я в сотый раз сам себе. Если забыл, значит, ничего серьезного. Собственно, какая теперь разница, для кого я это покупал. Надо объяснить любимой. Но что? Что можно объяснить в таком случае?

Версия номер один. Купил дочке. Одной или другой. Но они жемчуг не носят. Тем более ожерелья. Не пойдет. И за идиота их папа тоже не проканает. Мол, купил, не подумав. Так, забыли эту историю.

Версия номер два. Купил для самой любимой. Ну это совсем смешно. Я помню, как несколько лет назад роднусик уронила на ногу мешочек с кольцами и потом два месяца ходила в гипсе. Бред. Это еще хуже, чем покупка для детей. Это мышьяк на завтрак или цианистый калий на ужин. В лучшем случае мелко настриженная с какой-нибудь щетки щетина в гречневую кашу. Чтобы помучился чуть-чуть перед тем, как начнут читать завещание. Кстати, недавно видел на столе у любимой интересную книгу – «Как убить своего мужа и еще сто полезных советов по хозяйству». Там описывается «забавная ситуация». Муж изменил, все честно рассказал, и пара решила разойтись. Жена предложила, чтобы красиво оформить расставание, слетать вместе в Австралию, где они провели когда-то медовый месяц. Дурачок согласился. У них даже были «прощальные сексы» и ужины при свечах. В конце недели, за пару дней до возвращения в Лондон, они загорали на пляже и весело болтали о разводе. Кто подаст? Как сделать так, чтобы все прошло тихо и безболезненно? Как объяснить все друзьям? Кто «она», ради которой муж уходит? Где жить? Кто заберет собаку? И т. д. Солнце нещадно палило. Январь в Австралии – жаркий месяц. Он был хорошим пловцом и решил освежиться, пройдя пару километров своим красивым кролем. Вечером она ужинала при свечах одна. В элегантном открытом платье. И даже закурила по старой памяти тонкую сигарку.

реклама

Полиция допросила людей, которые были рядом с этой прекрасной парой на пляже. Все подтвердили, что мужчина встал, поцеловал женщину и ушел в океан. Через пару часов вызвали спасателей, но никто ничего не нашел. Вообще ничего и никого. Мужчина исчез. За кофе с маленькой горькой шоколадкой она подумала, что по закону будет объявлена вдовой только через год после исчезновения мужа. Хотя один пловец из того же отеля сказал, что видел, как несчастного разрывали акулы. Если найдут еще одного свидетеля (а он вроде был), то будет констатирована смерть от несчастного случая, и женщина станет вдовой немедленно. Спасатели, правда, были очень удивлены нападению акул на человека в это время года у этого берега. Бывает, конечно, но редко. Что-то должно было привлечь сюда акул. Например, кровь. Эти страшные хищники чувствуют коктейль «Блади Мэри» за много-много километров. Но мужик был очень опытным пловцом, даже с небольшой ранкой не пошел бы в воду. Женщина встала и, перед тем как рассчитаться, направилась в дамскую комнату. На белом платье могла произойти неприятность. Наивные спасатели. Они не догадались, что акулы рванули к изменнику по вполне понятным причинам. В заднем кармане плавок уже почти бывшего мужа (которые она сама ему и подарила) лежали, ожидая своей участи, два использованных тампакса.

«Какая нехорошая выдумка», – подумал я, пока читал. Если это выдумка. И какая гнусная история. Но что меня больше всего удивило, так это то, что книга была основательно зачитана кем-то. Короче говоря, версия номер два мне интенсивно не понравилась.

Версия номер три. Вообще не мое. Ничего не знаю, ничего не видел, ничего не помню. Полный отказ от всех показаний. Пятьдесят первая статья Конституции: имею право не свидетельствовать против себя. Точка. Это все так. Однако Следственный комитет – просто детский сад по сравнению с любимой. И если я чего-то не помню, то мне на свист вспомнят все и даже больше.

«Не мое – и все», – надо упереться рогом и стоять на своем. «Знать ничего не знаю, ведать не ведаю»... и сразу перейти в обиду. Замолчать, сделать поносное выражение лица и уйти, закрывшись в кокон. «Ничего не знаю, отстань». А что? Мысль недурна. Такая ахинея никого в моем доме не убедит. Даже собаку.

Версия номер четыре – купил для товарища. «Для какого?» – «Какая разница, для какого? Для хорошего!» – «А что, товарищ носит жемчуг? На работу в нем ходит?» – «Ну это не совсем для товарища, это для его жены». – «Ты что, жене такое не дарят!» – «Хотя ты права, это, наверное, не для жены, а для подруги. Почему я помогаю всяким дегенератам? Он совсем не дегенерат. Да какая разница, как его зовут?! А что, он не мог влюбиться на старости лет? Почему это таких травить надо? И почему надо обзывать его девушку таким вульгарным образом и обидным словом? Что, откуда я знаю? Я ничего не знаю. Я предполагаю. Серьезно. Отстань. Не познакомлю с товарищем. И он вообще не товарищ. Клиент. Забыл. Я что, не могу забыть, как его зовут? Это давно было. Почему это я такой же козел? Да не мой это жемчуг вообще!»

Нет, эта версия мне не нравится. Пойдем дальше.

Кто возьмется выступать против меня на моем же бракоразводном процессе?

Версия номер пять. Версии номер пять не было. Версии кончились, а проанализированные не принесли ничего дельного. Я не знаю, почему в голову с утра после тренировки абсолютно ничего не лезло. За исключением крепкого чая и омлета с сыром.

Надо ей позвонить и уже все услышать. Чего просто так сидеть? Может, что-то в голову придет по ходу выяснения отношений. Я же король перекрестного допроса. Но это в суде. А тут не суд, тут пыточная. До суда еще далеко. Да и кто возьмется против меня выступать на моем бракоразводном процессе? Хотел бы я посмотреть на этого барана. Так, возьмем себя в руки. Я, понятное дело, оставлю все. Возьму только дачу. И коллекции. Ну «роллс-ройс», само собой. Немного денег. Акции. Нет, что-то я мало взял денег. Надо взять еще. Я же готов помогать всю жизнь! Я же не изверг! Боже! За что мне это все?! Я совершенно не хочу никуда уходить. Мне хорошо дома, с любимой. Откуда вообще взялось это ожерелье? Нет, рвать – так сразу. Мужчина я, в конце концов, или что?!

Выяснилось, что я «или что», потому что еще полчаса не мог найти силы позвонить любимой. Наконец решился.

– Да! – рявкнул в трубку бывший еще вчера нежным голос любимой. – Набери меня через час.

До меня долетали звуки какого-то шелестения. «Опись имущества составляют», – подумал я. Трубка резко и как-то враждебно замолчала.

Все. Конец связи. Отбой. Как в Бутырке в девять вечера.

Какая-то скотина, которая мнит себя специалистом по разводам, сейчас мысленно потирает руки. И всем будет говорить: «Я был противником самого Добровинского в его собственном разводе». Негодяй. А она? Тоже хороша! Еще ничего не выяснилось, а уже у адвоката? К тому же расплатилась за консультацию моими деньгами! Что-то я мало себе оставил приданого…

Прошел час. Надо собраться еще раз и включить адвокатские мозги. Ведь все-таки правда на моей стороне и я ни в чем не виноват. Главное, в это верить самому. И сразу в атаку.

– Скажи мне, пожалуйста, с какой целью ты положила на мою тумбочку мешочек с жемчугом? Мне очень интересно…

– Ой, прости, совсем забыла тебе сказать. Я давно купила это ожерелье. В Гонконге, кажется. Вчера у твоей ассистентки Юли был день рождения. Подари ей от моего имени, пожалуйста. Ты ведь на работу сейчас едешь? Возьми с собой.

– А почему у тебя такой голос был, когда я час назад звонил?

– Какой голос? А-а-а-а-а... Так я у косметолога в маске лежала. Говорить неудобно было. Что-то случилось?

Я ехал на работу и думал только об одном: «Но почему нельзя было утром оставить записку: «Купила в Гонконге тогда-то. Подари от меня Юле»? Почему надо портить мне нервы и выклевывать печень? За что я должен страдать?!»

Фото:Архив tatler. Иллюстрация: Екатерина Матвеева.

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует