Ирина Прохорова — о том, почему больше не любит Пикассо

Колумнист Tatler и директор Фонда Михаила Прохорова Ирина Прохорова (@irinaprosha) рассказывает о том, что делает с людьми любовь к искусству.
Ирина Прохорова — о том почему больше не любит Пикассо

Мы чуть ли не бежали. Прохожие думали, что две странные девушки опаздывают на поезд, только почему-то без чемоданов. А мы с Лизой просто спешили на выставку. Потому что оставалось несколько часов до закрытия. Мы с Лизой очень культурные девушки. И в тот момент еще не знали, какое испытание нам готовит любовь к искусству.

Однако всё по порядку.

С Лизой мы дружим, а тогда еще и работали вместе. Лиза у нас отвечала за культурную жизнь. Она всегда знала, где какие важные премьеры, где концерт отличного пианиста, где выставка, которая must go, как тогда стало принято выражаться.

И когда в Пушкинском анонсировали большую выставку Пикассо, Лиза сказала: «Идем на открытие!»

«Да!» – бодро ответила я.

Потому что мы обе страшно любим Пикассо. Записали дату в свои ежедневники.

Только в день открытия Лиза приболела. «Ничего страшного, – сказала я. – Даже лучше. На открытии куча знакомых, не дадут посмотреть толком».

Решили идти через пару дней. Но через пару дней что-то случилось у меня, даже не помню, что именно. «Ничего страшного, – сказала Лиза. – Выставка идет долго».

Короче, так и тянулось. Завтра, нет, послезавтра, через неделю точно! Всем это знакомо.

Наступил последний день.

«Если не попадем сегодня – это уже будет страшно», – сказала Лиза.

И мы побежали. После работы.

Добежав до музея – увидели это. Очередь. Нет, это была даже не очередь, это было похоже на встречу самого Пикассо. Вся культурная Москва решила явиться именно в последний день.

Мы отыскали хвост в этой кошмарной толпе, встали. Но нам обеим было ясно: это часа на три. А выставка закрывалась через два.

«Прощай, милый Пабло», – подумали мы.

Кадр из сериала «Сплетница»

И тут явился спаситель. Выглядел он непритязательно, в старых джинсах и почему-то темных очках. Парень сказал тихо: «Могу провести в начало очереди. Точно попадете. По тысяче с каждой. Смешные деньги за такое удовольствие».

Сделка состоялась. Парень отвел нас в начало очереди, по дороге объяснял: «Там будет Юра. Якобы ваш друг. Вы якобы уже стояли, но отходили. Схема проверенная, не волнуйтесь».

Юра изобразил радость: «Ой, ну куда же вы пропали!»

Мы встали рядом, мы были счастливы.

И в этот момент прозвучал зычный женский голос:

– Эй ты, рыжая, и ты, мелкая, вы чё приперлись?!

Рыжая Лиза и я, которая «мелкая», переглянулись. Но сделали вид, будто этот неприятный окрик к нам не относится. Мы культурные девушки в культурном месте. Мало ли кто там кричит.

Но тетка, любительница абсента и Пикассо, не унималась:

– Алё! Я вам говорю! Пшли вон отсюда!

Тут Лиза решила, что пора ответить. И сказала интеллигентно:

– Вот наш друг Юра, мы с ним вместе приш…

Здесь Лиза внезапно замолчала, потому что никакого Юры рядом уже не было. Он виртуозно исчез.

Мы с Лизой снова переглянулись. И в наших взглядах прозвучал такой диалог: «Ситуация ужасная, что будем делать?» – «Стоять! Теперь уже нельзя отступать!»

Тетка продолжала кричать, призывая свидетелей, будто в трамвае у нее стырили кошелек:

– Давайте их выгоним! Вот две шалавы! Из-за таких приличные люди не могут ходить по музеям!

На наше счастье теткины вопли нравились далеко не всем, поэтому часть очереди была на нашей стороне.

Мучиться оставалось недолго, мы уже миновали двери и стояли у рамки, где дежурил постовой. Но мы не знали, на что способны наши люди ради искусства.

Кадр из сериала «Сплетница»

Тетка внезапно бросилась к нам: «Стоять!»

Она схватила Лизу за руку и поволокла к дверям. (У Лизы потом еще долго не проходил синяк.) Бедная Лиза пыталась упираться, но тетка крикнула:

– Вася, что стоишь, как баран? Помогай!

Оказалось, тетка была еще с мужем, тоже любителем искусства.

Толстый Вася сделал решительный шаг вперед, но тут я не выдержала, обратилась к постовому: «Слушайте, ну почему вы не вмешаетесь?»

Тот нехотя сказал тетке:

– Гражданочка, выйдите из музея и там уже делайте что хотите.

«Гражданочка» с мужем точно бы выволокли Лизу, но они отвлеклись на постового, выпустили мою подругу на мгновение, и этого хватило, чтобы мы обе прошмыгнули через рамку.

Тетка крикнула нам вслед:

– От нас не уйдете, засранки!

Так и вышло. Они с толстым Васей следовали за нами по пятам. Едва мы вставали у картины, тетка неистово шептала:

– Наглые мерзавки, шалавы проклятые, сучки крашеные…

Все оборачивались, но публика же сплошь культурная, замечания ей никто сделать не решался. И только один пожилой гражданин в очках задумчиво произнес, глядя на пикассовский холст с женщинами:

– Хм... Интересная трактовка образов. Хотя слишком радикальная.

Да, выставка была испорчена. Мы постарались скорее уйти. И потом еще долго оборачивались пугливо: не следует ли за нами тетка с толстым Васей?

…С той поры у меня наблюдается один интересный синдром. Едва где-то, в любом музее планеты я вижу картину Пикассо, тут же начинаю дико озираться и мне слышится жуткий шепот: «Шалавы проклятые…»

Ирина Прохорова

Фото: АРХИВ ПРЕСС-СЛУЖБ