1. Главная
  2. Герои
Герои

Александр Лебедев о своем отеле «Море» в Алуште: «У меня была возможность инвестировать деньги и на Мальдивах, но я предпочел Крым»

Отель Александра Лебедева «Море» в Алуште в последние дни находится в центре повышенного внимания: гостья отеля уверяет, что на территории курорта на нее, возможно, напали. Подробностей она не помнит. Представители «Моря» обвинения отрицают и готовят иск о клевете. А мы тем временем предлагаем вспомнить материал из январского номера 2019 года, в котором Лебедев рассказал, почему решил развивать туризм в Крыму, как стал адептом хлеба из гречки и пилюль с куркумой, а также какой процент фотографий Лены Перминовой в инстаграме — его заслуга.
реклама
№1 Январь 2019
Материал
из журнала
30 Июля 2020

«Шаман уже там. И женщина-гипнотизер – она заряжает на зарабатывание денег». Александр Лебедев летит на конференцию «PROживи150+», которую любезно согласился приютить в собственном отеле «Море» в Алуште. Судя по анонсированным специалистам в области долголетия, успех конференции будет такой, что позавидует сам Серж Фаге. Шамана Василия Ивановича с двумя длинными косичками Лебедев особенно ценит – Василий Иванович живет в селе Красный Яр Приморского края и иногда берет его с собой на рыбалку. Где при помощи бубна и камланий открывает чакры не только Александру, но и его старшему сыну Евгению, который стал жителем Лондона еще во времена, когда его отец работал в советском посольстве в Великобритании, а теперь управляет принадлежащими семье изданиями The Evening Standard и The Independent.

Крым в жизни Лебедева появился не в счастливом советском детстве, как у многих других мальчиков из московских спецшкол (он окончил английскую №17 на Первомайской, в которой учился вместе с Александром Мамутом). «На Южном берегу Крыма отдыхала партийная элита, а я все-таки из семьи полудиссидентов, – рассказывает Александр. – Мама (преподаватель английского в МГИМО. – Прим. «Татлера») была членом КПСС, а папа (профессор, инженер-оптик. – Прим. «Татлера») – нет, по принципиальным соображениям. Мы с родителями ездили куда попроще – в Джубгу, Лазаревское».

На ЮБК Лебедев впервые попал в середине девяностых. Прямиком из Монако, который не любит, потому что «там одни аферисты». Ноябрь, на Черном море восьмибалльный шторм. В отеле «Море» в вечно спящем красавце, Профессорском уголке Алушты, не было горячей воды. Лебедев поселился на бывшей даче Крымского обкома партии. «И прямо в первый же день, в первую же секунду мне стало хорошо, – говорит Александр. – Я потом облазил весь мир – от Африки и Латинской Америки до Папуа – Новой Гвинеи и Галапагоса. Но нигде я не чувствовал себя так, как здесь. Открываю настежь окно и высыпаюсь за пять часов».

Путь из Крыма на родину в тот раз принял драматический оборот. «Самолет попал в грозовой шторм, – вспоминает Лебедев. – Мы несколько раз проваливались в воздушные ямы метров на сто-двести. Нас швыряло вверх и вниз так, что, казалось, законы гравитации перестали действовать. Я не придумал ничего лучше, чем обратиться к Всевышнему. Рассказывал, что делал не так, за что должен заплатить. Кажется, я тогда схитрил: сообщил ему о том, что хочу построить храм в Малореченском (село под Алуштой. – Прим. «Татлера»), решения по которому еще не принял. Пообещал построить. Самолет получил повреждения, но через час благополучно приземлился в Москве».

После этого эпизода Лебедев начал многолетнее строительство в Крыму. «Экономического расчета в этом не было никакого, да и не могло быть: сезон короткий, и власти были не готовы к сотрудничеству. У меня была возможность инвестировать деньги и на Мальдивах, но я предпочел Крым. Мне нравился этот альтруизм: бизнес создает что-то хорошее для людей. Когда мы строили отель, узнали, что в Алуште десятилетиями жили и тренировались профессиональные спортсмены. И сейчас продолжают. Ученые выяснили, что здесь их физические способности повышаются на двадцать–тридцать процентов».

Физические способности самого Лебедева в полном порядке, к ученым не ходи. В 2017-м зажигательным танцем он отметил в Алуште «двенадцать лет любви и дружбы» с Еленой Перминовой. Танец горячо одобрили трое их детей – Никита (ему сейчас одиннадцать), Егор (восемь) и Арина (шесть). Подпись под семейным фото в инстаграме гласила: «Дети поддержали – Крым круче Монако».

реклама
В свои пятьдесят девять Александр Лебедев еще сильнее полюбил южное солнце, свежий воздух и морскую воду

В свои пятьдесят девять Александр Лебедев еще сильнее полюбил южное солнце, свежий воздух и морскую воду

Не то чтобы Лебедев был тотально равнодушен к Западной Европе. У него есть восстановленный из руин замок XII века в Умбрии, где когда-то жил император Священной Римской империи Фридрих Барбаросса, а теперь – волк Борис. В Люцерне – отель Château Gütsch в стиле баварских замков, в котором останавливались королева Виктория и Альфред Хичкок. Однако именно в Крыму Лебедев – крупнейший частный инвестор. Еще при президенте Кучме Лебедев, который защитил диссертацию по теме «Долговые проблемы и вызовы глобализации», посоветовал «Газпрому» предложить правительству Украины выпустить гособлигации в счет долга страны за газ. Правда, Лебедев имел в виду электронные, которые легко покупать, продавать и перемещать хоть даже в Папуа – Новую Гвинею. Но украинские чиновники, люди старой школы, напечатали бумажные облигации, которые легли дубликатами бесценного груза в депозитариях банка «Национальный кредит» в Киеве. Бумаги никто не покупал – слишком высоки были риски. Тогда Национальный резервный банк Лебедева выкупил их сам.

А потом договорился с Кучмой, что часть просроченных бумаг конвертирует в гривны, а гривны инвестирует в Крым. Кучма даже наградил Лебедева орденом «За заслуги».

За эти годы Александр вложил в полуостров более двухсот миллионов долларов. Главным образом в Профессорский уголок Алушты, одно из лучших курортных мест Крыма. Выступал и как меценат – реконструировал Театр имени А.П. Чехова в Ялте, куда по его приглашению приезжали Джон Малкович, Кевин Спейси и Том Стоппард. Возвел храм-маяк Николая Чудотворца в том самом селе Малореченское, ставший достопримечательностью полуострова. В Алуште спас набережную: раньше она тонула в шалманах и стихийных палатках, которые девальвировали главную местную валюту – вид на море. После реконструкции, которая растянулась на шесть лет, в Профессорском уголке появились четыре с лишним километра променада, велосипедные дорожки, скамейки, парк для отдыха. Вид на алуштинский пляж это, впрочем, пока не спасло. Победить его навесы, заржавевшие, кажется, еще во время съемок кинофильма «Три плюс два», и гальку, ласковую, как глаза домовладелицы в частном секторе на нижней Октябрьской, невозможно ни миллионами, ни гипнотизерами, ни вежливыми людьми, ни даже восьмибалльным штормом.

На Южном берегу Лебедев построил сто пятьдесят тысяч квадратных метров отельных площадей. В Крыму строить сложно: склоны, сейсмическая активность. Но у Александра получилось пополнить номерной фонд крымских гостиниц аж на восемьсот единиц. В отеле «Мрия», любимом детище другого банкира, Германа Грефа, построенном Норманом Фостером, номеров всего четыреста.

С бывшим инженером-ракетостроителем Кучмой у Лебедева сложились неплохие рабочие отношения, а вот с бывшим газовщиком Енакиевского металлургического завода Януковичем не срослось. «При нем у меня тут постоянно что-то норовили отобрать, насылали полицию, шили налоговые дела, – рассказывает Александр. – Они ко всем предпринимателям так относились. Видят, что у человека что-то есть, значит, надо отобрать».

С новой властью Лебедеву в определенном смысле проще. Но вот учитывает ли родина то, что его инвесторские порывы сугубо добровольны? Александр улыбается: «Героя труда в наше время ведь снова дают, да? Я все-таки самый крупный производитель картофеля в мире. В Тульской и Брянской областях, в зоне рискованного земледелия, выращиваем двести сорок тысяч тонн в год – Брежнев дал бы мне Героя. Сейчас всем все равно. А Крым – это не вопрос, наградят меня или нет. Просто мне правда хотелось поменять жизнь людей к лучшему». Привыкшие ко всему крымчане не возражают. Когда Лебедев совершает утреннюю пробежку по набережной в компании тренера Максима, которого возит с собой по миру, обязательно найдется парочка дам в возрасте, желающих поблагодарить его за то, что жить в Алуште и без обкома партии стало лучше, жить стало веселее.

С сыном Евгением в Лондоне, 1990

С сыном Евгением в Лондоне, 1990

«Я самый крупный производитель картофеля в мире. Брежнев дал бы мне героя».

Впрочем, альтруистические порывы Лебедева распространяются далеко за пределы девяносто первого субъекта Российской Федерации. Несколько лет он вынашивает дерзкий план отучить шестую часть Земли от «Макдоналдса», «Бургер Кинга» и прочего фастфуда. Это касается в первую очередь небольших провинциальных городов, куда еще не ступала нога пропагандистов киноа, асаи-боулов и безглютеновых маффинов. Объявляя в 2016-м о запуске «Петрушки» – сети кафе здоровой еды по доступной цене, – Лебедев обещал журналу «Форбс» открыть сотни заведений в российских регионах и делал ставку на женщин и детей. Мужчины, по его мнению, воспринимают себя как старую тачку, в которую можно залить какой угодно бензин. Кстати, надо отдать должное остроумию Александра. Петрушка ведь не только полезная зелень, но и «Новая газета» русского Средневековья: кукла в народном театре шутками-прибаутками выводила власть в лице бояр и воевод на чистую воду.

В зеленую веру Лебедев обратился четыре года назад. Вместе с женой Леной и поваром Джорджем (на самом деле Георгием) стал «шаманить» над хлебом из гречишной муки, в которой нет глютена. Подсадил на него не только Лениных товарок по диете, но и серьезных мужчин, которые заливают в свой организм топливо наивысшего качества (говорят, за лебедевским хлебом регулярно посылают своих водителей Игорь Шувалов и Алексей Громов). Светский хроникер «Татлера» была свидетельницей трогательной сцены, когда Александр с Еленой пришли в ресторан Bolshoi на ужин Charlotte Olympia и принесли хлеб с собой, чтобы угостить им соседей по столику, не ожидавших такого комплимента.

Вслед за гречневым хлебом появились сухарики и полезные чипсы. Лена, обладательница инстаграма с почти двумя миллионами фолловеров, несколько месяцев назад самолично встала за кассу своего первого кафе «Лен & Гречка Bakery» и терпеливо объясняла жителям проспекта 60-летия Октября, почему ее хлеб из гречки полезнее нарезных батонов. Кстати, и гречку, и лен Лебедев выращивает сам. Открылось кафе тихо, без пресс-воллов и Лениных подруг в Dior. Шороху навела только Ксения Собчак со съемочной группой шоу «Кандидат в ассистенты»: очевидно, будущий ассистент бывшего кандидата в президенты обязан разбираться во всех тонкостях правильного питания. С собой Собчак унесла банку баклажанной икры, которую много лет готовит для Лебедевых повар Джордж.

Несмотря на обещанные в интервью «Форбсу» сотни кафе по всей стране, «Петрушка» пока только одна – на набережной Алушты. Симпатичное, модно выкрашенное деревянное здание, где после фасолевого борща и пельменей с судаком можно взять на десерт книгу Лебедева «Охота на банкира». Чтобы масштабировать «Петрушку», нужно решить кадровую проблему. Лебедев сетует, что научить русского человека резать слайсы толщиной три миллиметра очень трудно: чуть отвернешься – режут по четыре. Однако он верит в соотечественников. Вторая «Петрушка» вот-вот откроется в месте еще более неожиданном – шахтерском городке Нелидово в Тверской области. Последняя шахта там приказала долго жить в 1996-м, после чего населенный пункт с памятником Ленину на фоне некогда монументального Дома культуры стал угасать. «Нелидово – классический пример депрессивного региона, – объясняет Лебедев. – Средняя зарплата – двадцать две тысячи, из двадцати тысяч человек населения – десять тысяч женщин. Мне захотелось открыть кафе именно там. Чтобы было полезно, и средний чек – сто пятьдесят рублей. Потому что интересно получить фидбэк. Что нравится глубинке, а что – нет». На открытие испытательного полигона Александр с Леной не приедут, чтобы не пугать людей: «А то потом скажут: «Ух, богатые москвичи нам тут такого напривезли!» Зато будут общаться с посетителями через видеочаты в социальных сетях.

На рыбалке на реке Конин

На рыбалке на реке Конин

Научить русского резать слайсы по три миллиметра трудно. Отвернешься – режет по четыре.

С Еленой Перминовой и детьми Никитой, Егором и Ариной в Кении

С Еленой Перминовой и детьми Никитой, Егором и Ариной в Кении

На алуштинской конференции уже выступил шаман, женщина-гипнотизер зарядила на зарабатывание денег. Сорвали аплодисменты диетологи, генетики, специалисты по стволовым клеткам, коучи. Теперь очередь модных стартаперов из Москвы, начитавшихся Рэя Курцвейла и Дэвида Перлмуттера. Они с пылом Остапа Бендера в Васюках рассказывают, как отказались от спиртного, сахара и дрожжей. Склоняют неокрепшие крымские умы к биохакингу. Фантазируют на тему того, как через считаные годы можно будет заехать на пит-стоп и поменять свою почку на новенькую, свежевыращенную. Или вовсе вселиться в идеального, никогда не болеющего аватара. Лебедев слушает с интересом, хотя сам пока не готов отказываться ни от родных почек, ни от спиртного. «В здоровом образе жизни должно быть место алкоголю, – считает он. – Качественному: виски какому-нибудь сумасшедшему или текиле. Иногда. Много не надо».

Сегодня утром Александр принял пятьдесят (вы прочли верно, пятьдесят) всевозможных капсул. Десять штук с куркумой: она повышает тестостерон до невиданных отметок. Три капсулы с омегой-3. Две хлореллы. И еще много всяких с ресвератролом и экстрактом клюквы. Лебедев соглашается, что вообще-то организм должен получать все необходимые вещества из обычной пищи, но говорит, что сам как минимум верит в эффект плацебо.

Пару недель назад Александр открыл при отеле «Море» клинику натуротерапии Nature. Вдохновлялся любимым «Ланзерхофом». Говорит, что со своей командой провел масштабное исследование всех татлеровских здравниц: «Мерано», Sha, «Кивача», Luciano. И остановился на методике Франца Майера, которую практикуют на берегах баварского озера Тегернзе. «Натуротерапия основана на простом принципе: мы на восемьдесят процентов то, что мы едим», – объясняет Лебедев. Исходя из этой логики, из алуштинской клиники должны выходить боги или полубоги, что в конце концов одно и то же. Едят там гречишные гренки, овощной бульон, посыпанный укропом вареный картофель, огурцы, помидоры, сельдерей с собственного огорода. Повсюду расставлены чаны с растительными чаями из близлежащего монастыря – двадцать восемь видов. В августе Лебедев возил свой хлеб на смотрины в «Ланзерхоф», и там его хвалили почти как тогда, в ресторане Bolshoi.

День в клинике расписан по минутам. Приехал, сдал анализы, получил программу и только и успеваешь переходить от антистресс-ванны к солевому обертыванию, через тернии к звездам. Нет, конечно, можно сбежать за чебуреком – даже в «Ланзерхофе», в пивной Лебедев как-то раз встретил одного из главных российских форбсов, приехавшего оздоравливаться.

Дома Лебедев один-два раза в неделю питается по системе Майера. В остальном живет вкусно – и значительно тише, чем раньше. В недавнем интервью РБК бывший слишком активный гражданин и многолетний инвестор «Новой газеты» сказал: «За десять лет я заслужил право читать книги на диване, ходить в театр и на выставки, любить семью, учиться пилотировать самолет и вертолет, растить картофель и созерцать. Размышлять – не действовать».

Мужчины воспринимают себя как старую тачку, в которую можно залить любой бензин.

Елена Перминова в кафе «Лен & Гречка Bakery»

Елена Перминова в кафе «Лен & Гречка Bakery»

Он никогда не был политиком в чистом виде, но и молчать было выше его сил. Избирался в Думу, в мэры Москвы, издавал антилужковскую газету «Московский корреспондент», требовал с ФСБ компенсации морального ущерба, судился с Центробанком и даже с председателем правительства Фрадковым. Когда он понял, что сражается с ветряными мельницами. После двадцатого проигранного суда или все же раньше? «Я много лет терпел, – говорит Лебедев. – В 1992-м Фрэнсис Фукуяма выпустил «Конец истории»: история кончилась, поскольку социализм накрылся медным тазом, и Запад победил. Это большая стратегическая ошибка Фукуямы. Как сказал в «Мастере и Маргарите» Воланд, «сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!» Холодная война держала западные элиты в моральном тонусе. А после того как СССР перестал существовать, они расслабились и начали деградировать. Я наблюдал эту деградацию и сам в конечном счете разочаровался. В первую очередь в устройстве тамошней политической системы. Потому что нет никакой разницы между Россией и Западом. В России мы знаем, что нет независимого суда и есть проблемы со свободой СМИ. На Западе декларируют, что у них такие институты есть, но это лицемерие. Я считаю, что «Новая газета» куда свободнее The New York Times. Когда я пытался там у них что-то крамольное опубликовать, сразу говорят: «Феноменально интересно! Но мы не можем, потому что нам General Electric платит большие деньги за рекламу». А доступность и неангажированность западного правосудия просто миф. Если вы захотите судиться с той же General Electric и у вас есть двадцать миллионов долларов на процесс, судитесь. Проиграете: против вас выступают гигантские деньги. Грязные деньги, которые политический класс в США и Европе принимает со всего мира, развратили его, как когда-то развратили верхушку Римской империи. Они породили офшорную олигархию и явление, которое я называю «Третий колониализм». Он основан на коррумпировании элит в странах периферии и выкачивании оттуда финансовых ресурсов по мошенническим схемам. На фоне западных политических деятелей Путин – титан. Чего я буду вмешиваться? Тем более что и народ наш любит Путина. Я посижу пока, покурю».

Он не курит, конечно – надо же прожить 150+! Много путешествует, в основном с детьми. Ловит с ними рыбу на Мальдивах. Ездит на сафари в Африку. «Лучшее образование – это путешествия, – говорит Александр. – Этим летом мы сняли с вертолета «Робинсон» двери и летали в Кении над каньонами. Ребята были в восторге. Исколесили половину страны. В прошлом году были в Намибии и Ботсване». Он жалеет, что не уделял столько внимания старшему сыну Жене: «Когда тебе двадцать, у тебя совсем другие вещи на уме». Зато сейчас они с Женей большие друзья. В Лондоне Лебедев-junior отвечает за семейный медийный бизнес. «Я даже не знаю никого из журналистов The Independent и The Evening Standard, – говорит Лебедев. – Я принципиально с ними не знаком, чтобы потом The Guardian и BBC не говорили, что КГБ влияет на редакционную политику».

Александр утверждает, что этот бизнес не приносит ему никаких доходов. «Это все поддержка независимой прессы. Кто-то должен этим заниматься». Однако история с The Evening Standard показала: медийный бизнес все еще жив. Когда Лебедев приобрел эту выходящую с 1827 года вечернюю лондонскую газету, она приносила предыдущим владельцам огромные убытки. Потому они и уступили ее русскому инвестору за один фунт. Команда, которую собрал Евгений Лебедев, решила рискнуть: они начали раздавать Standard бесплатно у станций метро. При этом качество контента не упало. Издание потеряло выручку от продаж, зато тираж вырос в пять раз, а ежедневная аудитория составила два с половиной миллиона человек. Дальше пришли рекламодатели, и газета вышла в плюс.

На зарядке

На зарядке

«На фоне западных политических деятелей Путин – титан. Чего я буду вмешиваться?»

Самому Лебедеву интереснее новые медиа. Инстаграм, например. У него сто шестьдесят тысяч подписчиков. Страница @alexanderlebedev_ – это много красивой Лены в бежевых лосинах и короткие остроумные подписи. «В соцсетях сегодня обязательно надо быть, – говорит Александр. – Плюс какое-то время я улучшал отношения с Кремлем – хотелось, чтобы они видели: вот он я, в семье, делом занят. Кстати, я считаю, что и Ленин инстаграм – исключительно моя заслуга. Он на треть состоит из снимков, которые сделал я». Зная Ленину требовательность к своим фотографиям, понимаешь, что Лебедев – человек редкого терпения и практически мученического самопожертвования. Интересуюсь, что он – как фотограф – делает, чтобы Ленины ноги выглядели еще стройнее и длиннее. Каким фильтром пользуется? «Никаким. Лене вообще все это не идет, – говорит муж. – Ей и шорты короткие не надо носить. Уже слишком».

В остальном мать своих детей он хвалит при каждом удобном случае. Это Лена предложила разрисовать бетонную стену парковки возле алуштинского отеля зелеными листьями, как в Лос-Анджелесе. Это Лена повесила в бассейне клиники картины. Это Лена ввела в меню новый сорт хлеба без глютена, сахара и дрожжей. «Она, знаете, настоящая, – говорит Александр. – Прямо правильная. На удивление. Она если за что берется, то делает. Единственный человек в инстаграме, кто сто десять детей спас. Ей ведь никто не помогает. Она сама со всеми договаривается. Поэтому и дети наши получились такие клевые. Она, кстати, изумительная мама». Чувствуется: для Лебедева Перминова личность куда большего масштаба, чем он представлял много лет назад, когда вызволял ее из трудного новосибирского прошлого. Экс-главред «Новой газеты» Дмитрий Муратов как-то предложил Александру снять о Лене фильм: это, говорит, абсолютная история Золушки. Муж обещал подумать.

Погруженность в семью хоть и отвлекла Лебедева от политики, но не свела круг его задач к прожиточному минимуму. «Раньше я разрабатывал одновременно пять тысяч тем, теперь – всего сто», – смеется он. Александр дружит с руководителем Уганды и поддерживает там приют для шимпанзе: «Вы знали, что на девяносто три процента ДНК шимпанзе и человека совпадают?» Вынашивает проект превращения набережной Алушты в новоорлеанскую Бурбон-стрит, для чего предлагает выпустить на нее многотонный грузовик-дискотеку, которую однажды увидел на фестивале Burning Man. Мэр Алушты, бывшая школьная учительница, выслушала предложение с интересом и взяла паузу.

Еще Лебедев собирается запустить масштабную кампанию с целью запретить зоопарки, дельфинарии, цирки и прочие места, где над животными издеваются. Александр мечтает об арт-парках, где будут не настоящие животные, а огромные слоны и носороги, которых художники сделают из переработанных материалов. Несколько таких фигур он намерен соорудить на своем заводе «Энергомаш» в подмосковном Чехове, поставить их прямо в цеху, договориться с Сергеем Собяниным и возить на экскурсии школьников из Москвы. Потом построит настоящие парки в Гибралтаре, Дубае, Лондоне. «На парк я потрачу два миллиона долларов, а приносить он будет восемь. Третью часть прибыли буду перечислять на защиту слонов и носорогов».

Ну а дальше дело за малым – вернуть триллион долларов, который ежегодно крадут во всем мире коррупционеры всех мастей. Об этом экс-банкир подробно рассказывал в своей книге «Охота на банкира». «Двадцать лет назад воровали двадцать-тридцать миллиардов, сегодня – триллион, – считает Александр. – Все эти деньги проходят через офшоры, отмываются уважаемыми юристами в дорогих костюмах и оседают в фондах и банках. А потом выгодоприобретатель переезжает поближе к деньгам. Я считаю, что президент Путин должен выступить в ООН и объяснить: «Вот вы нас критикуете за Сирию, а сами живете на ворованные деньги». Политически Путин будет выглядеть крайне выигрышно». Вот тогда-то Александр Евгеньевич наконец получит Героя труда.

На парковке своего отеля «Море»

На парковке своего отеля «Море»

Фото:ВЛАД ЛОКТЕВ; REX FEATURES/FOTODOM; GETTYIMAGES.COM; ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА;

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует