.jpg)
Франция борется за свои права, студенты возводят баррикады, а в Каннах — будто ничего не происходит — чинно прогуливаются в бриллиантах между Дворцом фестивалей и пляжем светские дамы в сопровождении кавалеров. Оппозиционно настроенные режиссеры не смогли стерпеть такую «светскость и буржуазность» и захватили кинозал. Жан-Люк Годар буквально повис на занавесе, чтобы прекратить сеанс «Мятного коктейля со льдом». За другой конец из чувства солидарности ухватились сам автор — Карлос Саура — и его жена Джеральдин Чаплин. При поддержке Франсуа Трюффо, Клода Берри, Клода Лелуша, Романа Полански и Луи Малля они смогли сорвать показ. Глава фестиваля Робер Фавр ле Брэ был так впечатлен произошедшим, что предпочел свернуть программу досрочно, отказавшись от раздачи статуэток.
В Каннах бастуют не только режиссеры и актеры. В 1983-м взбунтовались фотографы. Актриса Изабель Аджани, приехавшая на фестиваль, чтобы представить фильм Жана Беккера «Убийственное лето», демонстративно проигнорировала все фотосессии. Фестивальные фотографы сочли такое поведение неуважительным и высокомерным и в знак протеста не менее демонстративно проигнорировали выход Аджани на красную дорожку, положив фотоаппараты на землю.
Не все протесты доходят до красной дорожки — иногда активисты, чтобы привлечь внимание и попасть на передовицы утренних газет, используют только пространство неподалеку от Дворца фестивалей. Однако в 2004 году протестующие против изменения порядка оплаты кратковременной работы в киноиндустрии были буквально всюду — в том числе на самой церемонии открытия. Протестующих в том году поддержала Тильда Суинтон, оказавшаяся с ними в одно время на красной дорожке.
«Верните наших девочек!» — с такими табличками на каннскую красную дорожку в 2014 году пришли Сальма Хайек и Жюли Гайе. Обращение было адресовано представителям радикальной исламистской организации «Боко харам» в Нигерии. За месяц до открытия Канн они похитили и угрожали продать в сексуальное рабство не менее 276 школьниц из Чибока, если власти страны не освободят их боевиков.
Три года назад красная дорожка Каннского фестиваля была вновь использована как площадка для привлечения внимания к глобальной проблеме — бразильские актеры, операторы и режиссеры пришли на премьеру «Водолея» с плакатами, сообщающими о том, что на их родине произошел государственный переворот. Речь шла об отстранении Дилмы Руссефф от должности президента Бразилии в результате процедуры импичмента.
В тот же год в Каннах была поднята еще и одна более локальная проблема — вопрос дресс-кода black tie, который актрисы подвели под знаменатель ущемления прав женщин. Волна возмущения поднялась в 2015 году после того, как двух пожилых гостий фестиваля не пустили на показ из-за того, что они были в обуви на плоской подошве, и вылилась на следующий год в протесты на красной дорожке звезд из А-листа. Сьюзен Сарандон заявилась в костюме Saint Laurent и балетках на показ «Светской жизни» Вуди Аллена, а Джулия Робертс сняла лодочки прямо на лестнице Дворца фестивалей перед премьерой «Финансового монстра» Джуди Фостер и поднялась в кинозал босиком.
Не все высказывания на красной дорожке Канн встречают поддержку со стороны широкой аудитории. Так, в 2017 году в меньшинстве оказалась министр культуры и спорта Израиля Мири Регев, пришедшая на церемонию открытия в платье Авиада Арика Германа с изображением панорамы Старого города Иерусалима, в том числе и его спорных районов, — «в честь 50-й годовщины его освобождения и объединения». Неоднозначное политическое заявление привело лишь к тому, что подол платья стал площадкой для новых мемов.
Instagram content
Этот год стал годом заявлений на красных дорожках против харассмента, Харви Вайнштейна и гендерного неравенства. Крупная акция состоялась и в Каннах. 82 представительницы киноиндустрии — по числу женщин-режиссеров, когда бы то ни было приглашенных на фестиваль за всю его историю, начиная с 1946 года, — выстроились на лестнице Дворца фестивалей. Среди участниц — Аньес Варда, Кейт Бланшетт, Кристен Стюарт, Сальма Хайек и Ава Дюверней. Их целью было обратить внимание на диспропорцию в количестве режиссеров-номинантов и номинанток. Первых на тот момент насчитывалось 1688, то есть в 20,5 раза больше.
Стюарт участием в этой акции не ограничилась и сочла нужным по примеру Джулии Робертс пройти по красной дорожке босиком — она сняла туфли по пути на премьеру «Черного клановца» Спайка Ли.
Помимо гендерного вопроса на красной дорожке в 2018 году был поднят еще и расовый. 16 актрис заявили о том, что у них больше нет сил терпеть на кастингах вопросы о том, говорят ли они на «африканском», и замечаний — о том, что они «слишком умны, чтобы быть черными».
Фото: Getty Images