1. Главная
  2. Герои
Герои

Как Татьяна Харчилава делает жизнь детей русского Лондона волшебнее, чем она есть

Диляра Теляшева выяснила у уроженки Запорожья Татьяны Харчилавы, как, где и с кем принято праздновать Дни рождения чудных крошек в Мэйфэйре.
реклама
11 Марта 2019

Контактом Татьяны Харчилавы татлеровский человек, живущий в Лондоне, делится осторожно. Во-первых, он ценит, что только его ребенок может позвать одноклассников поесть торт в виде леопарда в натуральную величину и погладить сов, выживших после съемок в шестом «Гарри Поттере». Во-вторых, наши люди знают, что календарь в Танином айфоне заполнен напоминаниями на год вперед. Красным в нем отмечены дни рождения детей любимых подруг – Юлии Сафиной, Натальи Раппопорт-Кобзон, Галины Агаповой. Зеленым – семейные праздники: у мужа, экс-нефтетрейдера грузина Игоря из Батуми, всемирная сеть родственников, плюс трое общих детей. Желтым цветом обозначены торжества чудных крошек прочих клиентов. Все они – люди неслучайные: «Или друзья, или хорошие знакомые, или друзья друзей», – рассказывает Таня.

В Лондоне она дружит исключительно с русскоговорящими – теми, кого встретила еще в прошлом веке, едва переехав из родного Запорожья. Ближе всего с теми, с кем столкнулась на White Tiara Ball Элтона Джона, делила барную стойку Nobu и рассматривала витрины на милой ее сердцу Бонд-стрит. На главной модной улице британской столицы в 1996-м семнадцатилетняя Таня, отправленная подтягивать английский, познакомилась и тут же подружилась с сестрой будущего мужа, который работал в нефтепромышленности и жил на тот момент в Швейцарии.

На журфак в частный университет Regent’s University Таня поступала уже беременной. Гуляла с Игорем по Риджентс-парку, и тот указал пальцем на кампус: «Здесь ты будешь учиться». На выпускном Тане аплодировали пятилетний сын Михаил и трехлетняя дочь Ксения – годовалую Ольгу Таня тогда еще кормила грудью. Следующие шесть лет она посвятила образованию детей. Гордится теперь, что Миша (ему двадцать) учится в самом что ни на есть государственном University of Southampton на биологическом. Девятнадцатилетняя Ксюша изучает биомедицину в University College London, а шестнадцатилетняя Оля, ученица школы для девочек Channing в Хайгейте, демонстрирует предрасположенность к квантовой физике.

Шелковое платье, Escada; кожаные туфли с бусинами, Christian Louboutin; латунные серьги со стразами и искусственным жемчугом, Erdem.

Шелковое платье, Escada; кожаные туфли с бусинами, Christian Louboutin; латунные серьги со стразами и искусственным жемчугом, Erdem.

реклама

Десять лет назад, когда все дети оказались пристроены за английские школьные парты, Харчилава выдохнула. И занялась тем, что приносит удовольствие ей, – праздниками. Британцев в числе ее клиентов меньше, чем свечей на детском торте: «Они всегда улыбаются, а что думают на самом деле – неизвестно». Правда, Таня не смогла отказать в беби-шауэре фунтовому мультимиллионеру Ричарду Карингу, владельцу векового ресторана The Ivy в Ковент-Гарде- не и самого светского частного клуба в Мэйфэйре Annabel’s. Хрустальные бокалы Christofle за скорое рождение крошки Аннабель – третьего ребенка Каринга, от бразильской модели Патрисии Мондинни, – поднимали, конечно, среди папоротников в лучшем зале клуба, в честь которого малышку назвали. Там же, в The Flower Room, 19 января нынешнего года Таня скромно отметила собственное сорокалетие. Забронировать даже угол в Annabel’s разрешают лишь тем, кто стабильно перечисляет клубу свой членский взнос – от тысячи двухсот пятидесяти до двух тысяч семисот пятидесяти фунтов в год.

Собственная феерия женщины-праздника обошлась без инста-пойнтов вроде замка принцессы и фей с единорогами в исполнении актеров. Собрались узким кругом – двадцать гостей (родных не считаем). «В прошлом году я нанимала на свой день рождения семь компаний только для того, чтобы накрыть стол как надо, – рассказывает Таня. – В этом году хотелось простоты. К тому же в Annabel’s можно просто прийти, и там все будет правильно: скатерти, бокалы, сервис, атмосфера чуда». Впрочем, обойтись без местного Романа Ковалишина, свадебного флориста Тони Марклью, Харчилава все же не смогла.

Торжества для взрослых Таню увлекают меньше. Маловато сказочного в том, чтобы оформлять срочную британскую визу Андрею Малахову. Хорошо хоть, есть датский флорист Роб ван Хелден, который никогда не откажется повторить свое высшее достижение – арку из розовых георгинов, салатовых гортензий и ветвей лесной малины, которую он воздвиг при входе в часовню Святого Георга для свадьбы принцессы Евгении. «Когда мне заказывали взрослые мероприятия на триста–четыреста человек, я, конечно, могла нанять ассистента, но хотела всем заниматься сама: чтобы нигде не напутали, – объясняет Харчилава. – Но все эти перелеты, паспорта, звонки – это уже не креатив, а административная работа. Взрослые сами себя развлекают, у них все должно быть по плану: «Хочу только эти цветы, только такие декорации». А я хочу включать воображение».

Шелковое платье, кожаные туфли со стразами, все ERDEM.

Шелковое платье, кожаные туфли со стразами, все ERDEM.

Детям даже в Лондоне, флористическом рае, все равно, какие цветы. Оттого русские мамы и папы ломают голову, чем удивить их и заодно весь Найтсбридж. Когда дочь примы Лондонграда Галины Агаповой, семилетняя Одри, попросила маму сделать так, чтобы на ее дне рождения все светилось, Харчилава с ходу устроила Glow in the Dark Party. В свадебном зале The Pine Room в The Westbury Hotel Mayfair с лепниной на потолке, лишь слегка уступающей луврской, установили стену для селфи. На картоне нарисовали бруклинскую кирпичную кладку и неоновыми красками из баллончиков сделали граффити: New York City. Детям крутили светящуюся сахарную вату, пока родители рукоплескали танцовщицам в цветочных венках, как на скульптуре «Украина» фонтана «Дружба народов». Каждую танцовщицу Таня, как обычно, отбирала лично, на закрытом кастинге – попасть на него можно лишь по рекомендации актеров и танцоров, с которыми Харчилава уже работала хотя бы три раза. В конце праздника вынесли торт, каждый ярус которого светился своим цветом – оранжевым, синим, зеленым – благодаря добавлению в пропитку фосфора. Чтобы найти баланс между красотой и съедобностью, кондитеры месяц дегустировали бисквиты (как и в случае с совами из «Гарри Поттера», ни один кондитер не пострадал). Пятилетний Петя Гусельников, сын совладельца Norvik Banka Григория Гусельникова и его жены Юлии, на день рождения захотел быть Питером Пэном. Татьяна превратила найтсбриджский аналог особняка Спиридонова, двухэтажный георгианский дом 30 Pavillion Road с бальным залом, библиотекой и одиннадцатью спальнями, в Нетландию. В холле соорудили водопад, подсвеченный десятками светодиодных софитов. Такие же освещали торт – филигранно выполненную копию трехмачтового «Веселого Роджера», галеона капитана Крюка из диснеевского мультфильма. Гостей песенкой про «йо-хо-хо» будоражили ладно сложенные (это архиважный критерий отбора Харчилавы) пираты – выпускники Королевской академии драматического искусства и Лондонской академии музыкального и драматического искусства.

Для Азария, годовалого сына Анны Машкевич (дочери председателя совета директоров Евразийского банка Александра Машкевича), за ночь возвели шапито под названием Azari’s Circus среди коринфских колонн бального зала «Помпадур» любимого отеля Оскара Уайльда Café Royal. Родителей рассадили за зеркальные круглые столы, на каждом стояло по семь букетов пионов – фиолетовых, сиреневых, молочных. Пока мамы и папы путешествовали по специально разработанному меню (пять закусок, пять видов горячего, три десерта), атлетичные циркачки в черных шелковых корсетах и золотых кокошниках исполняли номера с лентами. На сладком столе на подставках балансировали двухметровые морские котики с мячами – неживые, но и несъедобные, целиком покрытые стразами Swarovski. Полутораметровый торт был сделан в виде карусели, на которой крутились марципановые тигр, слон, жираф, зебра.

С Кариной Цадович, Юлией Сафиной, Анной Дюрок-Даннер и Лейлой Харчилавой на amfAR, 2012.

С Кариной Цадович, Юлией Сафиной, Анной Дюрок-Даннер и Лейлой Харчилавой на amfAR, 2012.

С тортом в виде динозавра.

С тортом в виде динозавра.

Своих кондитеров Таня вырастила сама – в начале ее карьеры в Лондоне людей, способных вылепить из марципана розы размером с ноготок, попросту не было. «Даже печенья приходилось печь в Штатах – чтобы 3D-рисунки были реалистичными, – говорит Харчилава. – Чтобы ребенок поверил в сказку».

Подающих надежды ювелиров бисквита и патоки Таня находит в инстаграме. Высылает в директ сразу несколько тестовых заданий, мудборды, даже номера оттенков из палитры Pantone. «Если мне не нравится, как разрисованы, скажем, динозавры (дети русских в Лондоне часто хотят что-то в стиле «Парка юрского периода»), я прошу переделать, говорю: «Надо, чтобы глаза были глазами, зубы – зубами, язык – языком». Прошу сообщить, когда новые коржи достанут из духовки, забрасываю кондитера вотсапами: «Шлите непокрашенные!» Мне отвечают: «Ничего же не понятно». А я им: «Шлите! Мне понятно!» Хочу контролировать все». Чтобы праздник в исполнении Тани запомнился ребенку хотя бы до момента его свадьбы в «Сафисе», закладывать на мероприятие стоит десять тысяч фунтов, не меньше.

Началось все с того, что на заре нулевых ни одно лондонское агентство не смогло устроить для Таниных детей того, чего для них хотела она. А хотела она шоу как в Cirque du Soleil. «Когда я сама была школьницей, у моих родителей не было возможности подарить мне сказку, – рассказывает Харчилава. – Папа был начинающим предпринимателем, мама – методистом в детском саду. Поэтому я знаю, о чем может мечтать ребенок. На лондонских днях рождения мне становилось плохо при виде фей в полиэстеровых боди из магазина Disney, клоунов не первой свежести».

Костюмы для ее торжеств шьют с нуля там же, где Таня шьет собственный кутюрный гардероб: в Sharp Cut Юлии Сафиной на Кэмден-Хилл-роуд и в ателье выпускницы Сент-Мартинса Ольги Шишкиной на Эйвери-роуд. На площадке накануне торжества Харчилава проводит как минимум ночь. «Все равно не могу сомкнуть глаз, постоянно просыпаюсь, чтобы записать в телефон, что нужно изменить, что добавить». Да и мэр Лондона, к сожалению, пока не Сергей Собянин. Так что в центре города каждый день проходит какой-нибудь митинг, а то и марш с чем-то несогласных. Несколько лет назад из-за парада «Женщины против Трампа» один очень важный именинник имел все шансы лишиться собранной вручную космической станции Люка Скайуокера со встроенными плазменными панелями. «Мы ехали в отель The Connaught и обнаружили, что весь центр перекрыт, – вспоминает Харчилава. – Я про этот марш даже не слышала. В конце концов мы нашли путь объезда и не опоздали. Но с тех пор предпочитаю ночевать на площадке».

Муж Тани относится к этому с пониманием – тем более что ужин в особняке в Хэмпстеде, что бы ни случилось с женщинами и Трампом, накрывается ровно в 17:30. Причем к своей кухне хозяйка никого не подпускает. «Готовка меня успокаивает, – говорит она. – Один день у нас – грузинская кухня, мои фирменные хачапури по-аджарски, по-имеретински. Другой – итальянская, домашние фетучини. Никаких динозавров из бисквита».

Платье из полиамида и вискозы, расшитое бусинами, Alessandra Rich; шелковые туфли, Manolo Blahnik; браслет Magnipheasant из розового золота с бриллиантами, Stephen Webster.

Платье из полиамида и вискозы, расшитое бусинами, Alessandra Rich; шелковые туфли, Manolo Blahnik; браслет Magnipheasant из розового золота с бриллиантами, Stephen Webster.

Фото:Rosaline Shahnavaz; архив Tatler. Стиль: Riana Pervez. Прическа: Lewis Pallett/Eighteen Management. Макияж: Celia Evans. Ассистент стилиста: Connie Ng. Продюсер: Анжела Атаянц.

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует