«Любовь — это то, что вы не можете контролировать»: Зендая о своем новом проекте «Малкольм и Мари»

На Netflix вышел один из самых ожидаемых проектов этого года — черно-белый фильм Сэма Левинсона «Малкольм и Мари». В главных ролях — Джон Дэвид Вашингтон и муза режиссера Зендая. Наш колумнист Юлия Чарышева-Лоло узнала у актрисы, чему ее научила эта роль, почему она решила стать актрисой, кто ведет ее инстаграм, зачем она купила рояль и какие впечатления остались у нее после работы с Тимоти Шаламе.
«Любовь — это то что вы не можете контролировать» Зендая о своем новом проекте «Малкольм и Мари»

Драма «Малкольм и Мари» — это новый проект Сэма Левинсона, благодаря которому мы в 2019 году посмотрели сериал «Эйфория» канала HBO со звездой нового «Человека-паука» Зендаей в главной роли. К слову, именно роль Ру Беннетт в «Эйфории» осенью прошлого года подарила 24-летней актрисе «Эмми» за лучшую женскую роль в драматическом сериале. Эта победа сделала Зендаю самой юной обладательницей этой награды в данной категории за всю историю Американской телевизионной академии, а ведь в этой категории с ней были номинированы такие звезды первой величины с длинным послужным списком, как Дженннифер Энистон и Оливия Колман. Об этом актриса, которая подключается к зуму из Атланты, где уже идут съемки следующего фильма о «Человеке-пауке», вспоминает: «Это было невероятно, я была уверена, что мне и так безгранично повезло вообще попасть в список номинантов. Я была счастлива получить признание среди тех потрясающих актрис, которыми я искренне и глубоко восхищаюсь! И замечательно, что мне удалось разделить этот момент с моей семьей и собакой». Со смехом она добавляет: «Не знаю, попало ли это на видео, но мой пес (цвергшнауцер по кличке Нун. — Прим. Tatler) ужасно испугался, потому что мы все кричали от радости».

Главную роль в своем новом проекте сын обладателя «Оскара» за фильм «Человек дождя» Барри Левинсона вновь доверил Зендае, своей музе и по совместительству певице, дизайнеру, активистке, а также самой модной девушке 2021 года по версии американского GQ и обладательнице аккаунта в инстаграме с 85 миллионами фолловеров, которая в сентябре этого года отметит 25-летие.

Зендая и Джон Дэвид Вашингтон в фильме «Малкольм и Мари»

Зендая играет подругу режиссера, с которым она возвращается домой после премьеры его дебютного фильма. Пока Малкольм, которого играет номинант на «Золотой глобус», старший сын оскароносного Дензела Вашингтона и звезда «Тенета» Джон Дэвид Вашингтон, оживленно вспоминает каждую деталь прошедшей премьеры и с нетерпением каждые пять минут проверяет телефон в ожидании первых рецензий, Мари, не проронив ни слова, все еще в вечернем платье готовит ему макароны с сыром. Спустя какое-то время Малкольм начинает подозревать неладное и задавать ей вопросы. В итоге их невинная, казалось бы на первый взгляд, полуночная беседа перерастает в бурный спор (причем иногда они говорят между собой с помощью песен, которые включают друг другу вместо слов), а ближе к рассвету — и вовсе в настоящую драму.

Стоит заметить, что «Малкольм и Мари» стал первым фильмом, съемки которого стартовали во время карантина, и тем самым он вернул всему Голливуду надежду на светлое будущее киноиндустрии. Проект отсняли за 14 дней: лаконичная съемочная группа, в которой было всего 22 человека, работала в знаменитом «стеклянном доме» Caterpillar House и жила в закрытом на карантин ранчо в калифорнийском городке Кармеле (где, к слову, снимали и «Большую маленькую ложь» с Николь Кидман и Риз Уизерспун). В этой черно-белой драме Зендая не просто сыграла главную роль, но и принимала активное участие в ее разработке, выступив одним из сопродюсеров фильма. Напомню, что права на проект, который снимали на деньги Зендаи, Джона Дэвида Вашингтона и Сэма Левинсона (по его словам, многое в смете он оплачивал личной кредиткой), после премьеры «Малкольма и Мари» в Торонто были куплены Netflix за рекордные для фильма такого масштаба (в нем играют всего два актера и задействована лишь одна локация) 30 миллионов долларов.

«Малкольм и Мари» частично основан на личной истории режиссера Сэма Левинсона, но Зендая уточняет, что персонаж Мари он писал специально для нее: «Мы с Сэмом знакомы уже больше двух лет. Когда мы вместе с ним работали над "Эйфорией", много беседовали, и определенная часть этих разговоров попала в сценарий нашего нового фильма. Он писал эту героиню с меня и для меня, для женщины, за изменениями и личностным ростом которой он наблюдал несколько лет. Мне кажется, в каждом из наших с Джоном Дэвидом героев есть немного нас самих. Но, конечно, Мари — это не совсем я, это другой человек. Несколько раз она произносит слова, которые я бы вряд ли когда-то смогла сказать, я бы никогда не смогла так глубоко ранить другого человека. Но за нашими героями стоит наблюдать без осуждения: это два взрослых человека со своими внутренними проблемами, они используют друг друга, они невероятно зависимы друг от друга, и эти отношения не всегда можно назвать здоровыми». Со смехом Зендая добавляет: «Зато я поняла, чего я точно не хочу в своих будущих отношениях. И как я точно никогда не буду вести себя с любимым человеком. Этот поиск баланса между тем, что чувствую я, и эмоциями Мари был для меня очень интересен».

О работе с Джоном Дэвидом Вашингтоном Зендая увлеченно рассказывает: «Он — невероятный актер и чудесный человек. В нем так много искренней теплоты! Мне кажется, Сэм писал Малкольма, зная, что его должен сыграть Джон Дэвид. И когда Сэм впервые связался с ним, чтобы прочитать ему несколько страниц сценария (больше у него на тот момент просто не было), Джон Дэвид с большим интересом задавал вопросы, о которых мы с Сэмом даже не задумывались. Это очень помогло нам продвинуться со сценарием. И Джон Дэвид тоже стал одним из продюсеров, за что я ему безумно благодарна. Конечно, мы очень много разговаривали, когда только приехали в Кармел, буквально обо всем». С улыбкой она продолжает: «Нас с Джоном Дэвидом очень сблизила любовь к Бейонсе. Это был замечательный период творческой свободы и бесконечных бесед обо всем, что нас интересует».

Стремление к развитию и любознательность Зендая унаследовала от родителей. О своем уникальном имени, которое они ей подарили, девушка рассказывает: «У моего отца нигерийские корни, и когда родители придумывали мое имя, им хотелось, чтобы оно состояло из слов, которые есть в одном из африканских языков. Изучая эту тему, в языке шона они нашли имя Tendai, которое означает "благодарить", и оно им очень понравилось. Но у моего отца был пунктик по поводу буквы Z, потому что он тогда изучал военные единоборства. В итоге он просто заменил T на Z так, чтобы и дзен в моем имени тоже был. Это частично придуманное имя, в основе которого лежит реальное понятие, которое означает благодарность».

Родилась Зендая в городе Окленд, который находится в пяти часах езды от Лос-Анджелеса, и была пятым и самым младшим ребенком в семье, о чем она с громким смехом вспоминает: «Я была достаточно избалованным ребенком, потому что когда я родилась, мои братья и сестры были уже взрослыми людьми. Самому младшему из них было уже 17 лет, и практически все они уже съехали и жили самостоятельно, когда я появилась на свет. Поэтому я росла, словно я была единственным ребенком в семье, и меня иногда называли капризной девочкой. При этом я была чрезвычайно застенчивой и всегда пряталась за спиной у родителей. Мне даже пришлось остаться на второй год в старшей группе детского сада, потому что когда я чего-то не понимала, то никогда не задавала вопросов, мне было страшно даже просто поднять руку. Родители долго не могли понять, как с этим справиться, но поскольку они оба — учителя, они нашли решение и предложили мне попробовать разные виды спорта и танцы. Конечно, мне все это очень понравилось, думаю, это здорово помогло мне в конце концов выбраться из моей раковины».

— Вы могли продолжить профессионально заниматься танцами, почему вы все-таки решили стать актрисой и певицей?

— Моя мама начала работать в театре California Shakespeare, когда мне исполнилось два года. Можно сказать, что я росла на пьесах Шекспира, и мне всегда нравилась атмосфера театра. Я приходила на технические прогоны и буквально умоляла маму разрешить мне остаться подольше, чтобы я могла посмотреть на вечерние репетиции в костюмах, но мне нужно было делать уроки и ложиться спать. Я так любила этот театр, я пересмотрела все их постановки много раз. Думаю, что именно там я начала мечтать о том, чтобы стать актрисой. Забавно, многие мои коллеги решили стать актерами, потому что они обожали смотреть кино, я же стала актрисой из любви к театральным подмосткам. Если говорить о музыке, в нашей семье все поют, конечно, не профессионально, но все мои братья и сестры всегда пели в школьном хоре, а папа отлично играет на барабанах. Мне повезло, что я могу зарабатывать на жизнь двумя своими самыми любимыми занятиями.

Она продолжает: «Конечно, я невероятно благодарна моим родителям за поддержку, это было совсем не просто. Только представьте, я была школьницей, которую отец возил на кастинги из Окленда в Лос-Анджелес иногда несколько раз в неделю. Это было интересное время: в школе я была обычным ребенком, мои родители работали учителями, а это, на мой взгляд, не достаточно высокооплачиваемая работа, и, конечно, моим родителям нелегко было меня возить туда и обратно так часто. Поэтому папа отвозил меня на машине, и мы с ним ночевали на надувном матрасе у одной из моих сестер, у которой на тот момент уже было двое маленьких детей. Потом мои кастинги заканчивались, и через пару дней мы снова отправлялись домой, а уроки я делала уже в машине, в которой мы проводили по несколько часов. Я почти всегда пропускала день, в который фотографировали наш класс, поэтому моего снимка нет в школьном альбоме. Когда я получила первую работу, мы с папой вдвоем переехали в Лос-Анджелес, он стал моим менеджером, а мама осталась в Окленде, где она работала на двух работах — в школе и в театре. Так мы и жили какое-то время, пока мы не смогли окончательно воссоединиться в Лос-Анджелесе».

Сейчас у Зендаи новый агент, и о том, почему отец больше не занимается ее карьерой, она говорит: «Я уже не ребенок, и в какой-то момент родители должны отпускать своих детей, чтобы они сами строили свою жизнь. Я начала жить самостоятельно, когда мне было 19 лет, именно тогда я смогла купить свой первый дом. Кстати, я до сих пор живу в нем. Когда я въехала, он был совершенно пустой, и первый год у меня не было абсолютно никакой мебели». Со смехом она продолжает: «Покупка дома и так стала очень большой тратой, поэтому первый год я спала на полу на матрасе, а вместо дивана у меня был шезлонг, который стоял на лужайке у дома. Мне еще предстояло научиться жить как взрослой, самой купить посуду и понять, куда же выбрасывать мусор, как подключить интернет, оплатить электричество. Этому нас почему-то не учат в школе, приходится разбираться во всем самостоятельно. У меня никогда не было такого красивого дома раньше, и я просто не знала, как в нем жить. Конечно, сейчас он выглядит куда уютнее, и когда друзья приходят ко мне в гости, они больше не сидят на полу, дом я сумела обставить мебелью».

Благодаря карантину Зендае удалось исполнить свою давнюю мечту — начать учиться играть на пианино: «Когда все это только началось, я решила купить пианино, чтобы оно одним своим видом напоминало бы мне о моей мечте. Я залезла в интернет и нашла невероятно красивый кабинетный рояль, мне даже дали на него скидку, потому что он слегка выгорел на солнце. Но мне было все равно, потому что он звучал безумно красиво. И теперь, когда мои друзья приходят ко мне в гости, точнее, те три человека из нашего узкого круга, с которыми я общалась на карантине, кто-то обязательно садится за рояль и играет. Дом наполняется фантастическим звуком, и это прекрасно».

Наш разговор незаметно переходит в обсуждение социальных сетей Зендаи. Она уверяет, что кроме нее никто не имеет доступа к ее инстаграму, в котором у нее больше 85 миллионов фолловеров: «Мне кажется, здесь важно быть честным. Раньше я была значительно активнее в соцсетях, но в какой-то момент я заметила, что я постоянно в телефоне. А я ненавижу отвлекаться на телефон, когда я ужинаю или просто разговариваю с кем-то. Поэтому я иногда стараюсь даже не брать с собой телефон на съемочную площадку, чтобы не отвлекаться от работы. И мне кажется, мои фанаты знают меня и понимают, они с уважением относятся к тому, что я — живой человек, и хотят, чтобы я жила счастливой жизнью и за пределами социальных сетей».

— Чем вы любите заниматься, когда у вас есть свободное время?

— Мне нравится иногда побыть одной, к примеру, вчера вечером я рисовала и слушала подкаст. Когда я не работаю, я люблю просто ничего не делать. У меня не такая уж и захватывающая жизнь, как может показаться со стороны. Я люблю гулять со своей собакой, встречаться с семьей, и я обожаю хайкинг. Я люблю проводить время на природе, это меня успокаивает. Кстати, мне очень понравилось, что мы снимали «Малкольма и Мари» вдали от цивилизации и каждый день возвращались со съемочной площадки на ранчо, где мы жили в окружении дикой природы. По дороге мы часто встречали оленей, а на ранчо было очень много лошадей. Это было чудесно!

— Как вам кажется, вы уже смогли понять, кто такая Зендая?

— Думаю, что я буду всю жизнь стараться это понять. Не скажу, что прошлый год подарил мне ответы на все мои вопросы, но я научилась быть признательной за возможность работать и смогла понять, что я очень люблю свою профессию. Надеюсь, с годами мне откроются новые горизонты и новые увлечения, может быть, я даже пойду учиться чему-то новому.

Любопытно, но с момента первого по-настоящему большого проекта в фильмографии Зендаи — перезапуска «Человека-паука», который дал мощный карьерный толчок и ей, и ее партнеру Тому Холланду, ставшему в 2017 году новым Питером Паркером в киновселенной Marvel, — прошло всего четыре года. За это время Зендая успела сняться в «Величайшем шоумене» с Хью Джекманом, озвучить несколько мультфильмов, сыграть в сиквеле и приступить к триквелу «Человека-паука», стать лицом Lancôme,  Bvlgari и Valentino, сыграть в «Эйфории» и получить за нее «Эмми». А уже в сентябре этого года должен выйти новый блокбастер с ее участием — ремейк культового sci-fi экшена «Дюна» Дэвида Линча 1984 года. В режиссерском кресле новой версии «Дюны» — номинант на «Оскар» Дени Вильнев. Об этом проекте Зендая рассказывает: «Мне бы хотелось подольше побыть на съемках этого проекта. У меня небольшая роль в "Дюне", и этот фильм феноменально прекрасен. Дени — настоящий гений! Наблюдать за тем, как работает он, как играет Тимоти Шаламе, и быть частью этого мощного и динамичного актерского состава было невероятно!»

По моим ощущениям, «Малкольма и Мари» можно смело назвать одним из лучших фильмов о любви, и он однозначно займет свое место среди культовых разговорных драм наряду с легендарным фильмом «Кто боится Вирджинии Вульф» с Элизабет Тейлор и Ричардом Бертоном, за роль в котором актриса получила свой второй «Оскар» в 1968 году, получать который она пришла, к слову, в бриллиантах Bvlgari. Не осмеливаюсь задать Зендае вопрос, как же они с Джоном Дэвидом Вашингтоном  смогли не влюбиться друг в друга после того, что они пережили на съемках «Малкольма и Мари». Вместо этого задаю ей вопрос, что для нее любовь.

Зендая на мгновение задумывается и с широкой улыбкой отвечает: «Любовь — это то, что вы не можете контролировать. Это особенное чувство, и я умудряюсь испытывать его к разным вещам. Я безумно люблю свою работу, обожаю свою семью и друзей. Мне кажется, ключевым фактором для любых отношений является умение признавать значение любимого человека в твоей жизни. И об этом мы пытались сказать нашим фильмом!»

Фото: Netflix