История сказочного обогащения и неожиданного банкротства индийского бизнесмена Прамода Миттала

Прамод Миттал страстно мечтал обогнать старшего брата Лакшми, одного из самых богатых людей Великобритании. Купил дом, красиво выдал дочь замуж — и надорвался. «Татлер» посчитал, откуда взялось банкротство с долгом в сто тридцать миллионов фунтов.
Прамод Миттал история сказочного обогащения и неожиданного банкротства индийского бизнесмена

У бизнес-элиты Британии – свой хит-парад предметов роскоши, и на вершине стоит приглашение на вечеринку в честь праздника Дивали к Лакшми Митталу. Каждую осень черные «мерседесы» S-класса выстраиваются около дома за £300 млн – Миттал живет на Кенсингтон-Палас-Гарденс в пятнадцати комнатах, и его дворец лондонцы, естественно, дразнят «Тадж Митталом». Внутри, среди мраморных с золотом колонн, двести уважаемых людей – министры, главы корпораций, друзья и родственники – пьют Dom Pérignon, Château Petrus и закусывают вегетарианской индийской едой. «Каждый, кто что-то собой представляет, будет приглашен и придет, – объяснил нам гость со стажем. – Это круче, чем «Оскар».

Но есть один человек, для которого индийский праздник огней (с фейерверком за £500 тыс.) в центре Лондона на порядок важнее, чем для других и без того предельно мотивированных приглашенных. Он всегда представляется просто «мистером Митталом». Это Прамод, младший брат Лакшми. «Мистер» – не от скромности. Совсем наоборот: он нарочно так говорит – с целью напомнить, что является членом одной из двадцати самых богатых семей Британии. Если ты Миттал, то тебе открываются двери и кошельки. На празднике Дивали у старшего брата таким бизнесом заниматься очень удобно.

Точнее, раньше было удобно. Ибо Прамод подвергся унижению, немыслимому для человека с фамилией Миттал: в июне 2020-го его объявили банкротом с долгом в £130 млн. Случается, конечно, что и Митталы теряют деньги – рисковые люди от такого не застрахованы, – но не до последнего пенни. И не те, кого зовут Прамод, что переводится как «счастье». Удивительно, кстати, что старший брат не стал ему помогать. А младший, получается, рос-рос – и не вырос.

Бизнесмены Прамод (слева) и Лакшми Миттал (справа).

Особняк Лакшми Миттала, который лондонцы называют «Тадж Миттал».

«Татлер» спросил, в чем дело, у его ближайшего окружения. Нам в разных вариантах рассказали историю мальчика, который из кожи вон лез, чтобы сравняться со старшим братом, а лучше даже обогнать – стать самым умным в комнате и самым богатым в Соединенном Королевстве. Лакшми сейчас семьдесят. В 2008-м у него было £27,7 млрд, что сделало его номером первым в списке миллиардеров по версии газеты The Sunday Times. Миллиарды до сих пор с ним. У Прамода (ему шестьдесят четыре) таких денег никогда не было, но он бешено жал на газ – пока двигатель не треснул.

Деловой партнер обоих братьев, неплохо знающий их и со светской стороны, подтвердил нам, что заветной целью Прамода было «стать больше брата и в делах, и в житейском размахе. Ну вы же понимаете: дом в Мэйфэйре, хорошие автомобили, веселые каникулы, дорогие свадьбы. Обаяние у него как у старшего брата, а вот хватка, знания и способности подкачали». Как бы волшебно ни выглядел дом Прамода за £20 млн на улице Хейз-Мьюз в районе Мэйфэйр, по сравнению с домом Лакшми это хижина дяди Тома.

В индийских бизнес-династиях братья регулярно бегают наперегонки, такой у них национальный спорт. Как можно забыть Мукеша и Анила Амбани, дравшихся за самую, кажется, дорогую индийскую компанию – Reliance Industries Limited? Они начали, когда папа умер, предположительно не оставив завещания, и прошли через столько слушаний, что судьи в Индии сдались – им надоело наблюдать, как полощется грязное семейное белье. На процессе вершитель правосудия сказал, что единственный, кто способен разобраться в данной помойке, – это человек, лучше всех знающий обоих претендентов на трон. То есть их мама.

Митталы – не исключение. Отец Лакшми и Прамода, Мохан Лаль, начинал в 1950-е со сталелитейного бизнеса в Индии. В 1970-х Лакшми основал в Индонезии собственную фирму по производству стали. Она быстро росла, поглотила компанию Arcelor со штаб-квартирой в Люксембурге, и в результате получился ArcelorMittal, крупнейший мировой производитель стали – на пике успеха компания стоила £100 млрд. И тут же у Лакшми образовались дом в Кенсингтоне, два неотлучно дежурящих джета и суперъяхта Amevi за £120 млн. Это без учета еще одного дома на Кенсингтон-Палас-Гарденс, который он купил для своей дочери Ваниши, и соседнего здания для сына Адитии.

Лакшми Миттал на свадьбе дочери Ваниши, 2005.

А Прамод продолжал трудиться на семейную компанию, параллельно ведя свои дела в Лондоне и Дубае – ему тоже хотелось собственный сталелитейный бизнес. Остроумные люди переделали его имя в Promote Metal, что ему бесконечно нравилось. И он тоже стал покупать знаки хорошей жизни: дом на улице Хейз-Мьюз и членство в ночном клубе Annabel’s, где, если верить нашему резиденту этого чудесного места, жег на танцполе не очень пластично, зато энергично. А если верить бывшему коллеге Прамода, то проблема заключалась в следующем: «Он знал, что таланта, как у брата, у него нет, и искал другой способ устроить свое процветание».

Как? Вырвал листок из книги, которую написал бизнесмен Дональд Трамп. Вдохновился и придумал схему. С помощью такой замечательной фамилии – Миттал – можно привлекать фонды, самому ничего на старте не инвестируя. Если дело пойдет, Прамод забирает себе прибыль, если не пойдет, на цыпочках отходит в сторону. Бывший коллега, наблюдавший, как Прамод заключает сделки по всей Европе и Азии, объяснил нам: «Он очень убедительно представляется: «Я мистер Миттал. Мы, Митталы, разбираемся в сталелитейном бизнесе». Он говорил инвесторам: «Oкей. Этот завод требует $200 млн. Я хочу, чтобы вы, ребята, вложили $150 млн. Я добавлю $50 млн в виде оборудования и технологий». Так вот, последний элемент то случался, то не случался».

У Прамода одна сделка финансировала другую – сообщили нам знающие обстоятельства свидетели. Он никогда не составлял общий баланс своего бизнеса, в котором учитывались бы все операции, средства производства и финансовые обязательства. «Инвесторы толком не знали, стоит он их риска или нет», – сказал его некогда доверенный человек. «Он не боялся кредитоваться под завязку, балансировать на грани, – добавил другой конфидент. – А это опасно».

Прамод свято верил: фамилия и исходящее от нее сияние убедят инвесторов, что сюжет, при котором инвестиции не окупятся, невозможен в принципе. Потому что тогда большой клан Митталов расстроится. В том и смысл праздника Дивали. «Прамоду нужно было светиться рядом с Лакшми и самыми успешными людьми Лондона. Он знал, что инвесторы ищут способ сблизиться с Митталами, войти к ним в доверие. Чем лучше он сам будет выглядеть, тем больше инвестиций привлечет. И тем меньше вероятность, что инвесторы включат мозг и проявят должную осмотрительность, – прокомментировал стратегию регулярный гость на этом празднике урожая. – Если бы они копнули глубже и спросили аудиторов: «А этот мужик сам по себе способен вернуть мне миллионы, которые я ему одалживаю?», а не предполагали априори, что Прамода финансово страхуют другие Митталы, вышло бы иначе. Прамод же всячески давал понять, что они несут деньги семье, а не ему лично».

Они и несли. У Прамода получалось брать большие кредиты и закрывать большие сделки – которые выглядели не хуже, чем сделки Лакшми. В 2005-м он купил в Болгарии огромный Кремиковский металлургический комбинат и продолжил собирать €325 млн на расширение проекта. Приобрел металлургические предприятия в Нигерии. В 2006-м избавил Василия Божкова, одного из самых богатых людей Болгарии, от местного футбольного клуба ЦСКА. В этот чудесный период Прамод был впереди Лакшми, который купил в 2007-м всего каких-то двадцать процентов клуба Queens Park Rangers. Но все это работало как-то не так. Металлургический завод в Софии перестал приносить деньги. Прамод себе в убыток продал ЦСКА, набравший кучу долгов. В 2008-м правительство Нигерии аннулировало его контракты на управление двумя металлургическими предприятиями, заподозрив, что он втихую продает активы.

Забастовка рабочих болгарского металлургического комбината, 2008.

В клубе Annabel’s Прамод жег на танцполе не очень пластично, зато весьма энергично.

Но герой продолжал делать хорошую мину при плохой игре. И устроил гигантское шоу с целью не отстать от брата. В 2013 году он объявил, что потратил £50 млн на свадьбу своей дочери Шристи – чтобы Лакшми, выкинувший в 2004-м на свадьбу дочки Ваниши £40 млн, выглядел как дурак.

Церемония помолвки Ваниши проходила в Версальском дворце, а сама свадьба – в шато Во-ле-Виконт под Парижем, и еще был салют над Эйфелевой башней. Шристи же выходила за лондонского инвестбанкира Гулража Бехла во MNAC, Национальном музее искусства Каталонии в Барселоне, а потом были три дня праздника для пятисот гостей. Еду готовил местный двухзвездочный шеф Сержи Арола, торт весил шестьдесят килограммов. Музыкальные фонтаны играли тему из фильма «Огненные колесницы», официанты были импортированы из Индии и Таиланда. Каталонских политиков эта «дикая роскошь» привела в бешенство, они кричали, что их городские власти загипнотизированы «запахом денег». Зато папа невесты раздулся от счастья. «Он соглашался только на лучшее из существующего, – вспоминает гость той свадьбы. – У него тогда был джет Embraer. Прамод сказал, что летать первым классом – это недостаточно прекрасно». Позднее от джета пришлось избавиться.

Лакшми знал, конечно, что Прамод использует его светлое имя для своих темных дел. Один из его сотрудников рассказал: «У Лакшми отлично налажена служба разведки. Ему отовсюду докладывали: «Прамод сказал то, Прамод сказал это. Братья конфликтовали по многим вопросам. Но Лакшми никогда не ставил вопрос ребром – чтобы не нервировать старенького отца. А еще в традиционных индийских семьях нельзя допустить, чтобы окружающий мир хоть на секунду заподозрил, что у тебя дома проблемы».

Прамод Миттал со старшей дочерью Вартикой и женой Сангитой, 2012.

Свадьба дочери Прамода Миттала Шристи, 2013.

Однако проблема была. В 2019 году схема Прамода стала трещать по швам. Первый звонок прозвучал в июне, когда он прилетел в Индию – но вместо того, чтобы сесть в свой «мерседес» и поехать на бизнес-встречи, остался в аэропорту. Как сообщают источники, его задержали и конфисковали паспорт. С Митталами обычно так не обращаются. Задержание, скорее всего, было связано с административным и уголовным расследованием судьбы $200 млн, которые он был должен Государственной торговой корпорации Индии. Позор ужаснейший – но близкие к семье источники полагают, что старшему брату удалось замять дело, оплатив долг.

Это было только начало. В июле 2019-го Прамода допросили боснийские прокуроры, задавали вопросы об экономических преступлениях и «злоупотреблении властью». Причем тут Босния? Есть у Прамода и там несчастное предприятие. Он президент наблюдательного совета GIKIL – это производитель металлургического кокса, крупнейший в Боснии и Герцеговине экспортер. Боснийские прокуроры сказали, что арестовали Прамода и его сподвижников по подозрению в том, что те незаконным образом вывели из компании около €11 млн. Младшего Миттала и двух его коллег освободили после того, как они заплатили €12,5 млн долга и еще «страховку» в размере €11 млн, которую положили на специальный счет, где деньги будут лежать до конца расследования. Насколько мы понимаем, оно еще не закончилось.

Этот GIKIL Прамода и прикончил. В 2006-м, сообщают источники, он принял на себя гарантийные обязательства по долгам компании. Когда GIKIL в 2013-м не смог выплатить £130 млн выданного ему финансирования, Прамода прижала британская компания Stemcor, мировой лидер в торговле сталью. Лондонский суд в 2017-м поддержал требующую денег Stemcor – речь о долге в £130 млн, который сейчас взыскивает компания Moorgate Industries. Он и привел к ордеру на банкротство, выписанному в июне судьей Катериной Бёртон. Юристы Moorgate говорят так: «Банкротство мистера Миттала является для Moorgate значительным шагом вперед в долгом и трудном процессе спасения значительной суммы денег, которые нам должны мистер Миттал и несколько связанных с ним компаний».

Ричард Виегас, адвокат Прамода, говорит, что к ордеру на арест его клиента привела «сложная корпоративная матрица». Прамод отрицает обвинения и настаивает на апелляции. Но назначенные после объявления банкротства управляющие все равно неусыпно сторожат его активы по всему миру.

«Татлер» обязательно будет следить за ходом сражения. Вдруг Лакшми еще один, последний раз придет на помощь, чтобы прикрыть публичный позор? «Без шансов, – сказал нам человек, близкий к обоим братьям. – У Лакшми позиция такая: «Я – всё. Я, конечно, готов поддерживать свою семью, но брат уже стоил мне $200 млн – а на самом деле больше. Не могу. Я не могу помогать Прамоду». Прамод Миттал отказался комментировать частные предположения и точки зрения в данной статье. Его адвокат сказал: «Мистер Миттал не считает изложение дела аккуратным».

Торт был весом шестьдесят килограммов, музыкальные фонтаны играли тему из «Огненных колесниц».

Что будет дальше? Некоторые наблюдатели полагают, что не очень талантливый мистер Миттал исчезнет из поля общественного зрения. Вряд ли он станет здороваться со всеми на следующем празднике Дивали. И на танцпол в Annabel’s в ближайшее время не вернется. Вместо этого он будет бесконечно сидеть на переговорах с адвокатами и кредиторами. Хорошо, что у него больше нет дочерей, жаждущих дорогих свадеб.

«Не торопитесь», – сказал нам его близкий друг. Прамод «всегда был очень внимателен и никакие активы на свое имя не записывал». Друг намекнул, что дом в Мэйфэйре за £20 млн, где Прамод живет, записан, скорее всего, на имя папы. Он не глава компаний, которыми руководит. «В большинстве бизнесов Прамод даже чек не подписывает. У него есть наемные директора, которые подписывают документы, а его в этих действующих компаниях нигде нет. Если кредиторы полагают, что у них получится забрать активы стоимостью £130 млн, их ждет глубокое разочарование». Друг делает паузу и смеется. «Я пойду на праздник Дивали в этом году, 14 ноября. И в следующем тоже. Полагаю, что Прамод там обязательно будет».

Прамод Миттал с музыкантом Полом Маккартни, 2016.

Фото: alphapress; gettyimages.com; eastnews; Stoyan Nenov /REUTERS; legion-media