Герои

Госпожа дача: Tatler в гостях у Ирины Огановой

Главная питерская модница, писатель Ирина Оганова показала «Татлеру», как отреставрировала в Комарово дом с бельведером.
реклама
10 Марта 2019
Ольга Зарецкая

«Всем, что у меня есть в голове, я обязана Огановой, – напутствовала меня в Питер Вика Шелягова. – Мы познакомились в конце девяностых. Я сидела у нее до пяти утра, потом, заехав домой, везла дочку в сад и возвращалась к Ире пить кофе». Почти все подруги тех лет перебрались кто в Москву, кто еще дальше, а Оганова упорно сажает сирень и рододендроны среди комаровских сосен. Хотя «сажает» – это преувеличение. Больше руководит процессом. На веранду дачи вместе с пепельницами Hermès сосланы их же садовые лопатки. Пепельницами мы с хозяйкой попользовались, а лопатки в деле не были ни разу, они лежат на подоконнике для красоты. Плита Smeg тоже, судя по внешности, не перетруждается – пирог с черникой приехал к нам из супермаркета в Репино. Настоящая дачная жизнь закипает тут только летом. «Тогда мы все время что-то жарим, парим. Варим варенье. Как в басне про муху: "Мы пахали". Не подумайте, я очень хорошо готовлю. Но если что-то могут сделать без меня, я этого делать не буду. К тому же у меня сейчас очень хорошее оправдание. Я пишу. Помногу, по десять часов в день».

У Огановой вышли уже две книги – «#Иллюзия счастья и любви» и «#Мы никогда не знаем...». Это рассказы и повести, которые Ирина отчасти выдумывает, отчасти плетет из обрывков биографий – подруг и своей. Как торговали на дому импортированным хитрыми питерскими путями Versace, как влюблялись, рожали, эмигрировали, жили с бандитами и небандитами, ревели на похоронах. Человек привычки (а привычка у автора, как у всех у нас, – к вотс-апу), Ирина строчит в айфон, в раздел «Заметки», одной рукой. Экран ноутбука кажется ей слишком большим пространством для творчества, оно пугает.

После реставрации дом в Комарово выглядит как в 1906 году – восстановлены и бельведер, и деревянный декор на окнах.

После реставрации дом в Комарово выглядит как в 1906 году – восстановлены и бельведер, и деревянный декор на окнах.

реклама
В гостиной висит работа Антонио Тамбурро из серии «Музыка – жизнь». На Ирине: жакет из вискозы и полиамида, брюки из вискозы и ацетата, все Escada; шелковый платок, Hermès.

В гостиной висит работа Антонио Тамбурро из серии «Музыка – жизнь». На Ирине: жакет из вискозы и полиамида, брюки из вискозы и ацетата, все Escada; шелковый платок, Hermès.

На недвижимость эта фобия не распространяется, имение в районе комаровской улицы Лейтенантов разрослось уже до трех гектаров. История такая. Ирина с мужем, Федором Савиновым (он из питерского клана художников Савиновых и Богаевских, бизнесмен, интересы имеет разносторонние, от Москвы до Уссурийского края), решили построить себе дачу. Купили большой участок, часть его продали друзьям. Как выбирали, какую часть оставить себе? «А я человек интуитивный, полагаюсь на свои чувства. Тут посидела, там – и выбрала». Знала бы Ирина, что будет дальше. На дальней границе теперь уже соседского участка, стояла старая дача с башенкой. Ирина на нее облизывалась, но это из тех музейных шедевров, что не продаются. Пока вдруг не всплывут на торгах, которые нужно вовремя проинтуичить – до ЦИАНа финский модерн 1906 года не доходит. Минобороны после войны устроило в доме детский сад, а в новое время, долго промучившись с гниющим памятником архитектуры, решило его продать. С обременением в виде лютой петербургской организации КГИОП (Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры) – это значит, что новый владелец не имеет права ни на какое самовыражение, только на реставрацию. Они будут следить. И присылать студентов «полюбоваться модерном» – Ирина, хоть и имеет право на «извините, не сегодня», покорно открывает калитку. Стоит все это в «лесу первой категории», из которого никогда, ни при каких условиях не раздается топор дровосека.

Я умилилась белому штакетнику, которым огорожена дача. Сказала, что он гораздо симпатичнее рублевских заборов до небес. Прогиб москвича перед питерцем засчитан не был: «В большом доме с бассейном, который мы до сих пор строим вон там, через участок, будет гигантский забор. А тут нельзя, КГИОП требует просвет между штакетинами. Но ты посмотри, какие вэдэвэшники меня охраняют! В жизни ведь как – обезопась себя, а потом можешь с чистой совестью говорить: "Я все, что могла, сделала, в остальном от меня ничего не зависело"». Ветеран ВДВ в своей избушке выглядел совсем не страшно, но на месте воров я бы не полезла к Огановой за двухтомником Баратынского.

Писательница Ирина Оганова на своей даче. Костюм из шелка и полиэстера, Dolce & Gabbana; браслет из белого золота с бриллиантами, Mercury, серьги 
и кольца из белого золота с бриллиантами, все Mercury.

Писательница Ирина Оганова на своей даче. Костюм из шелка и полиэстера, Dolce & Gabbana; браслет из белого золота с бриллиантами, Mercury, серьги и кольца из белого золота с бриллиантами, все Mercury.

Столики в гостиной – из антикварного магазина на Васильевском острове. Настольная лампа – из антикварного в Финляндии.

Столики в гостиной – из антикварного магазина на Васильевском острове. Настольная лампа – из антикварного в Финляндии.

Деревянная фигурка, Kay Bojesen. Коллекция бегемотов распределена по даче в Комарово и квартире на Таврической улице, в доме архитектора Хренова. Их уже полторы тысячи – друзья однажды решили, что Федор Савинов собирает бегемотов.

Деревянная фигурка, Kay Bojesen. Коллекция бегемотов распределена по даче в Комарово и квартире на Таврической улице, в доме архитектора Хренова. Их уже полторы тысячи – друзья однажды решили, что Федор Савинов собирает бегемотов.

Главная ценность на этой даче – сама дача, и дело даже не в том, что это северный модерн с восстановленными потолочными росписями и резными накладками на верхние стекла окон. (Виллы на Финском заливе, даже Фаберже, – это скромные, обшитые досками срубы на гранитных фундаментах, ни с какого боку не Летний дворец.) Тут интереснее провенанс. Дом площадью четыреста квадратных метров в 1906-м построил в модном месте купец второй гильдии, единовер (то есть старообрядец, признающий Московский патриархат) Григорий Сандин, шляпы у которого покупали разные замечательные люди, включая художника Репина (его домик «Пенаты» отсюда в шести километрах, и это тоже не хоромы). Назвал виллу в честь молодой жены – «Анечка». На брак его благословил друг и учитель, св. Иоанн Кронштадтский. После 1918 года бизнес Сандина в Петербурге, понятное дело, пошел прахом, осталась только дача, вместе с которой он отошел к Финляндии. По результатам Зимней войны в 1940-м Комарово вернули России, но хозяин к тому времени жил уже в Хельсинки: стал священником, настоятелем Никольского единоверческого храма.

Ирина не из тех, кто станет превращать поместье в музей привидений и продавать на входе билеты. Не делает этого ни в квартире на Таврической улице, ни на Кап-Мартен, в доме Belle Époque. У женщины характер: она не опустится до китча, не потревожит приватность своей семьи. Тени чужого прошлого на даче «Анечка» не живут. Когда дом перебирали по бревну (Оганова называет это «приводили в чувство»), архитектор Владислав Валовень нашел в прихожей закладную табличку. Ирина полюбовалась – и велела заштукатурить обратно. У них с мужем есть своя Анечка, но и она сюда приезжает редко – семнадцатилетняя дочь учится в Лугано, в школе Tasis. По всему дому расставлены ее кудрявые портреты, от фото в лыжных очках до живописи размером в полстены. Катя, старшая Ирина дочь, живет в Москве. Племянницы, дочери покойного брата, – в Петербурге с мамой, но лето проводят с неугомонной тетей: начинают школьные каникулы в Комарово, а потом кочуют вместе по Швейцарии, Франции, Италии.

Вороны из глазурованного шамота, художник Елена Стрельцова.

Вороны из глазурованного шамота, художник Елена Стрельцова.

Ампирное зеркало в коридоре прислонено к деревянным стеновым панелям буазери.

Ампирное зеркало в коридоре прислонено к деревянным стеновым панелям буазери.

Переносной бар, конец XIX века. Куплен в антикварном магазине на Моховой улице.

Переносной бар, конец XIX века. Куплен в антикварном магазине на Моховой улице.

В девяностые питерские девушки чем только не занимались – Ирина Оганова, дефектолог с дипломом Педагогического института им. А. И. Герцена, продавала антиквариат. Что оставило ей способность видеть красоту старых вещей, но навсегда избавило от истерических ахов по их поводу. Статуэтка «Девушка с футбольным мячом» мануфактуры Schaubach Kunst стоит в гостиной как дань югендстилю, рядом с витринами совсем иной цены и эпохи: «карелка» и «жакоб». Мебель из своей квартиры Ире продала знакомая знакомых, которая давно уехала в Америку, и после реставрации шкафчики выглядят молодцом. «Я не коллекционер по натуре, я собиратель. Если вещь дорога сердцу и стоила при этом смешных денег, она приобретает для меня огромную ценность. А если она из Эрмитажа и стоит как из Эрмитажа, то все, мне не интересно. Я склонна одушевлять предметы. И дом этот тоже – из каждой поездки привожу ему подарок. Чтобы квартира на Таврической не обижалась, ей тоже что-нибудь покупаю». Кстати, одушевлять Ирина готова не только анти-квариат из карельской березы. Тут же, рядом с подаренным производителем любимой клиентке сундучком Louis Vuitton, лежит стопочка блокнотов, которые Etihad выдает тем, кто летит первым классом. За прошлый год их накопилось восемь штук.

«Я никогда не была сентиментальной. Но старшая дочь, когда запретила выбрасывать ее школьные тетрадки, дала мне новое направление мысли. Какие-то предметы могут стать отправной точкой памяти. Из моего детства многих вещей не сохранилось, и с ними как будто часть прошлого утрачена». А это было особенное детство. С дачей – естественно, в этих краях, только ближе к Разливу. На Невском проспекте висит мемориальная доска с именем дяди, Арама Михайловича Оганова, капитана кораблей «Александр Пушкин» и «Михаил Лермонтов». Папа, Борис Михайлович, тоже окончил Макаровку, но работал в торговых представительствах за границей. Любимая (то есть, конечно, совсем не любимая) Ирина история – про то, как, уезжая в командировку, родители «сдали квартиру вместе со мной». На самом деле им не разрешили взять ребенка, и они нашли семью, которая взяла на себя функции няни с проживанием. Родители живы, и для Ирины это величайшее счастье.

Столик на веранде – из магазина Galerie 46; подушка – Ralph Lauren Home.

Столик на веранде – из магазина Galerie 46; подушка – Ralph Lauren Home.

В столовой голландская печь. Кафель сохранен и отреставрирован. Слева фарфоровые барельефы с путти, Лимож, начало XX века.

В столовой голландская печь. Кафель сохранен и отреставрирован. Слева фарфоровые барельефы с путти, Лимож, начало XX века.

Самостоятельную жизнь модница Оганова, звезда среди питерских героинь «Татлера», строила мудро. «Если попросите охарактеризовать, что я делала до того, как периодически удачно выходила замуж, отвечу: зарабатывала деньги. Когда они были нужны, я умела их зарабатывать. Когда необходимость пропадала, я тут же бросала это дело».

Оганова не просто знает всех – с Ольгой Слуцкер, Ириной Рубинер, Викой Шеляговой, Юлией Матвиенко, Кирой Турчак она дружит давно, по-настоящему, как в девяностые, что сегодня редкость. Собирает за столом на даче, читает им свеженаписанное. В Ирин день рождения Ольга Слуцкер разразилась в инстаграме длинным пронзительным поздравлением: «Я пришла в твой дом, когда мне было девятнадцать лет... О существовании «Шанель» я узнала от тебя... Спасибо за менторство...»

«Это наша группа захвата. Питерская тусовка». – «А Сергей Шнуров?» – «Не-е-е. Не моя грядка абсолютно».

«Меня зовут, чтобы я успокоила, что-то объяснила. Дружба – это ведь взаимовыгодный, в хорошем смысле, обмен отношениями. Мы же сами выбираем, с кем дружить, исходя из родства душ. Поэтому я ни на кого никогда не обижаюсь. В голове у меня спокойно и пусто, она не засорена обидами. И вообще я интроверт. На Мальдивах могу две недели сидеть в One&Only одна и получать от этого колоссальное удовольствие. Трусы, телефон, чтобы книгу писать, – и больше мне ничего не нужно. Оксана Максимова из соседнего бунгало рвалась меня развлекать, я не разрешила».

«Моя иллюзия красивого дома с собакой разбилась, когда мы купили бигля».

На даче у Огановой есть беговые лыжи на зиму и велосипед на лето. В каждой комнате по телевизору Sony, потому что муж смотрит «Россия 24» двадцать четыре часа в сутки, надеясь в бесконечном повторении одних и тех же новостей услышать подтекст. В семье только Ирина не «телевизорозависимая», ей больше нравится из спальни по винтовой лестнице подниматься в башенку-бельведер и смотреть на сосны, дюны. И на залив, куда заплывают судаки, – в доме есть резиновая лодка, чтобы их ловить.

Ни в отреставрированных кафельных голландских печах, ни в камине Оганова огонь не разводит. «Мне не холодно, мы же тут купаемся в торфяном озере Щучка. Я раньше до ноября туда ходила. Сейчас, правда, только летом». Плавать в заливе среди избалованных местных дачников категорически не принято, но «прогуляться к нему с шампанским, жарить на веточке хлеб, встречать рассвет – это счастье». И вообще: «Пикники и комаровские застолья, когда утром обзваниваешь тех, кого хочешь видеть у себя на шашлыках, мне милее чопорных светских посиделок. Притом что я очень люблю одеваться. Вот такое противоречие».

Кто в доме натура цельная, так это бигль Тиффани (по паспорту – Анни Шигодай Романтик Кисс). Чемпионка породы шесть часов пыталась украсть со стола ветчину из кролика. На гонителей смотрела тяжело, неласково. Ирина отвечает Фанни взаимностью: «Не могу сказать, что прямо умираю от любви. Но для меня это была такая правильная картинка: дача, собака. Иллюзия красивого дома с собакой завершилась с приобретением бигля, но она все равно выглядит очень мило, куртуазно. Цветом подходит под кафель на печи. Симпатичная живность».

Столовая с восстановленными витражными стеклами. На Ирине: жакет из шерсти и полиэстера, хлопковая футболка, все Balenciaga; юбка из вискозы и эластана, Escada; кожаные ботильоны, Gianvito Rossi.

Столовая с восстановленными витражными стеклами. На Ирине: жакет из шерсти и полиэстера, хлопковая футболка, все Balenciaga; юбка из вискозы и эластана, Escada; кожаные ботильоны, Gianvito Rossi.

Фото:Петр Титаренко и Слава Королёв

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует