Эмили Ратаковски: «Я не узнаю пол своего ребенка до его 18-летия»

В эссе на страницах Vogue будущая мама рассуждает о гендерных стереотипах, от которых хочет избавить своего малыша.
Эмили Ратаковски «Я не узнаю пол своего ребенка до его 18летия»

Сообщение о своей беременности на диджитал-обложке Vogue модель Эмили Ратаковски сопроводила эссе на 12 тысяч знаков, в котором подробно изложила свои мысли по поводу материнства и то, какие ценности она планирует воспитать в своем будущем ребенке.

Начала Эмрата с того, что она не планирует узнавать пол малыша – и нет, не до его рождения, а до 18-летия, когда ребенок сам расскажет ей, кто он. По мнению модели, любой человек волен сам выбирать свою половую принадлежность или вовсе отказаться от таковой. И своего ребенка она будет воспитывать в соответствии с этой парадигмой.

«Мне нравится идея попытаться навязать ребенку как можно меньше гендерных стереотипов, — пишет Эмили. — Но какой бы прогрессивной я ни надеялась быть, я понимаю желание узнать пол плода. Это первая реальная возможность увидеть, каким он может быть».

Ратаковски вспоминает — раньше она считала, что хочет быть мамой девочки. В детстве она играла в куклы, которые по типажу были похожи на нее саму. Но теперь девушка осознает, что просто не задумывалась о возможности иметь мальчика. Вместе с тем будущий отец, продюсер Себастиан Бэр-Макклард, высказывает опасения, что девочка будет испытывать в этом мире большое давление, особенно будучи дочерью Ратаковски. Эмили и сама помнит, как очень рано на примере своей мамы узнала, что такой зависть — в три года маленькая Эмрата осознала, что красоте ее мамы завидуют женщины-коллеги.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

«Я думаю о том, как женщины постоянно сравнивают себя друг с другом, производя в голове расчеты: в этом я похожа на нее, в этом — нет, в этом я лучше, в этом — нет, — рассуждает Ратаковски в эссе и продолжает: — Я до сих пор регулярно борюсь с подсознательной внутренней мизогинией, ловя себя на том, что измеряю ширину своих бедер относительно бедер другой женщины. Кто сказал, что я смогу защитить свою дочь от этого?»

С воспитанием мальчика дело тоже обстоит непросто: «Я не боюсь воспитывать плохого парня, какими являются многие мои знакомые, непреднамеренно злоупотребляющие своей силой. Но я боюсь нечаянно культивировать беспечность и неосведомленность, которые так удобны мужчинам». При этом, по словам модели, инстинкт подсказывает ей, что у нее родится сын.

По словам Эмили, еще до появления на свет малыша он оказывается окружен множеством гендерных стереотипов: если девочка, то сильный токсикоз, если мальчик — живот расположен низко, если девочка — тянет на сладкое, если мальчик — хочется секса. «Я хочу быть родителем, который позволяет ребенку проявить себя, — пишет Ратаковски. — И хотя я надеюсь, что мой ребенок сможет определить свое собственное место в мире, все же я понимаю, что он столкнется с неоспоримыми ограничениями своего пола, прежде чем начнет говорить или даже родится».

Несмотря на то, что муж Эмили часто говорит, что «они беременны», она прекрасно осознает то, что беременность — это тот опыт, который женщина проживает в одиночестве и наедине со своим телом. Это еще одно напоминание о том, какой разный путь проходят мужчины и женщины.

Фото: Getty Images