1. Главная
  2. Герои
Герои

Без фильтров: естественность — новый тренд в инстаграме

Студентка парижской школы моды, дочь владелицы «Русмоды» Оксаны Лаврентьевой Алина – о том, как постепенно отказалась от макияжа и фейстьюна. И это сильно повлияло на ее личную жизнь.
реклама
14 Марта 2018

Среди моих подруг растет новый тренд – чем меньше макияжа и ретуши, тем лучше. Раньше было с точностью до наоборот. Знакомый молодой человек даже пожаловался: «Алин, представляешь, познакомился с очень красивой девушкой в инстаграме, пригласил на свидание, а пришла не та красивая девушка с фотографий, а Квазимодо…»

К девушкам, которые всем этим до сих пор пользуются, у меня один вопрос: зачем? Аудитория инстаграма уже миллион раз видела фото с «поехавшими» стенами – следствием того, что вы не очень умело удлиняли себе ноги и уменьшали талию. Понимаю, у многих есть комплексы по поводу внешности, но фотошоп проблему не решает. Какой смысл в груди и попе, которые существуют только на картинке? Впрочем, моя знакомая нашла выход из положения – чтобы и в реальной жизни выглядеть как кукла, она каждый день кладет на себя тонну макияжа. Бойфренд никогда не видел ее au naturel. Когда он предложил провести романтическую неделю на пляже, она кричала мне в трубку: «Алина, я в панике! Я же не смогу купаться в море…» Не хочу так. Замазать прыщик, убрать целлюлит на фото в купальнике – это нормально. Но зачем глобально обманывать прежде всего себя, а затем и других?

На то, чтобы к этому прийти, мне понадобилось пять лет. Когда я жила в Москве, а потом в английской школе Stowe, я вставала минимум за полтора часа до начала уроков и наводила марафет. Мне казалось, что без слоя штукатурки я недостаточно красивая, недостаточно заметная, и вообще меня будут осуждать. В Stowe, кстати, действует правило: если макияж, то очень натуральный, максимум консилер и тушь. При этом у всех девушек были очень резкие брови и куча оранжевого автозагара. Но в соцсетях одноклассницы себя не преображали, это считалось жутким моветоном. Только пара русских девочек использовали фейстьюн. Оттуда, из британского пансиона, я разглядывала лица московских подруг в инста. И не узнавала их. Где был нос – там поехавшая щека. А спросишь напрямую, ответят: «Какой фейстьюн? О чем ты говоришь? Я не понимаю».

Я завела инстаграм в 2013 году. Мне было пятнадцать, и я была там очень, очень накрашенной. Кажется, я вообще не выходила из дома с bare face, а на фото щедро добавляла эффекты. Вы этих картинок не увидите, потому что я почти все удалила – вместе с закатными пейзажами. Иногда там были селфи, иногда меня снимала мама. Мама у меня мудрая – она никогда не говорила, что надо бы умыться. Раньше она и сама делала яркий макияж. Наверное, как и в моем случае, это была защита от людей, но в последнее время она красится гораздо меньше. Зачем, если у нее и так потрясающая кожа? В декабре мы с мамой вместе снимались для лукбука Александра Терехова – там у нас ровно столько макияжа, сколько нужно по новым меркам.

реклама

Когда после Англии я поступила в парижский ESMOD/ISEM и посмотрела вокруг, это было поразительно. Тут добровольно, без школьных правил почти никто не выходит за границы лимита «консилер плюс тушь». Над фотошопом открыто смеются, как и над теми, кто его использует. Нет, это не значит, что в Париже совсем не ретушируют. Тут тонкость такая. Инстаграм во Франции – не очень важная штука, французские девушки не умеют его вести. Гораздо популярнее Snapchat, и фотографии в первую очередь выкладываются туда. А у Snapchat свои фильтры, и ими все пользуются – но деликатно, как бы незаметно.

Мне предстояло настроить себя на новую волну. Я спросила себя: «А чем я хуже? Почему мне все время нужно прятаться за маской?» Стала искать проблему в своей внешности – и не нашла. Потом сказала себе: если сама не буду любить себя настоящую, то кто будет? Когда я в первый раз пришла на занятия без косметики, получила море комплиментов. Это был шок – я все еще считала, что недостаточно хороша собой.

Новую стратегию я отрабатывала в Париже на фоне развивающейся личной жизни. Еще в период, когда я красилась каждый день (у меня было на это время и желание), я познакомилась в гостях с молодым человеком. Он француз, у него свой магазин, модный мультибренд. Познакомилась при полном параде. Он на меня смотрел, смотрел – и пригласил на ужин. А потом мы большой компанией поехали в Довиль. Там он сказал, что я потрясающе выгляжу без макияжа. И что сейчас очень трудно найти девушку, которая хороша и с макияжем, и без него.

Когда этой зимой в Париже вдруг повалил снег, мои однокурсницы-француженки с непривычки попрятались под навесами. А мы с подругой наслаждались. И пытались сделать хорошие фотки. Именно тогда я впервые выложила себя в инстаграм совсем без фильтров. В очках, с таящим на неуложенных волосах снегом, в мокрой парке, с поджатыми лапками. И подписью I’m so fucking sick and tired of the photoshop. Сразу предупреждаю, это из песни Humble Кендрика Ламара. Сейчас ведь важно знать рэперов, чтобы не проколоться. Мама прокомментировала: «Тебе тут лет 13» (а вообще мне почти 20). Молодой человек сказал: «Я не думал, что ты рискнешь. Ты тут такая, какая есть. Алина, я тобой очень горжусь».

реклама
читайте также
TATLER рекомендует