Герои

Анна Табакова — о том, как учиться в университете, где можно все

Дочь ресторатора Антона Табакова учится в Школе индивидуализированного обучения Галлатина Нью-­Йоркского университета, где она сама должна найти цель своего образования.
реклама
02 Сентября 2018
Tatler
Tatler

Думаю, по названию моего колледжа – Gallatin School of Individualized Study – уже все понятно. Здесь, в отличие от других американских университетов, можно не выбирать основной профильный предмет, или, по-здешнему, major. Точнее так: после трех лет обучения ты должен придумать свой major сам. Пишешь работу, в которой исследуешь ту или иную тему, но так, чтобы было видно, как предметы, которые ты изучал в течение первых лет, тебе в этом помогли. То есть если ты изучал историю искусств, политику, фотографию и экономику (это как раз мой набор предметов), то тема твоей работы должна звучать наподобие «Культурные основания дискурса о продовольственной безопасности США на примере работы Энди Уорхола "Банки с супом "Кэмпбелл"». Шучу.

Мотивация школы сугубо прагматичная: семнадцать, восемнадцать, даже двадцать лет – не тот возраст, когда надо выбирать специальность в наше время. Наоборот, стоит попробовать себя в разных вещах, присмотреться, постажироваться. А поступив в вуз, не замыкаться на маршруте «аудитория – библиотека – дом». В Галлатине считают, что знания можно получить не только и не столько за партой. Здесь более свободное расписание, чем на других факультетах Нью-Йоркского университета. Работу засчитывают как учебное время. Студенты сами составляют расписание своих занятий – я бываю в колледже три раза в неделю.

реклама

С другой стороны, давно победил системный подход, по крайней мере в гуманитарных областях. Бессмысленно специализироваться, скажем, только на политике Ближнего Востока. Потому что ее изучение предполагает знание истории и нынешнего состояния международных отношений в целом. Еще надо разбираться в журналистике, религиоведении, истории искусств. Быть энциклопедистом, одним словом. Но не удариться в другую крайность, которая отличает постсоветское образование, когда каждому студенту, невзирая на его интересы или склонности, преподают три десятка предметов, включая какие-нибудь в высшей степени неприкладные «концепции современного естествознания».

Как вы можете себе представить, в такой райский вуз крайне сложно поступить, мест к тому же немного. Мне помогло, вероятно, то, что в Queen’s Gate School моими профильными предметами были история Античности, история искусств и языки, – в application form я описала, как эти знания, помимо тех, что я получу в университете, помогут мне выбрать профильную тему. Правда, по прошествии года я все еще над ней размышляю. В этом, наверное, минус нашей системы образования. Бывает сложно сконцентрироваться на одной выбранной теме: слишком много разных увлекательных предметов ты изучаешь. А выбрать можно практически что угодно: Нью-Йоркский университет – огромный, если есть запрос, могут прислать преподавателя хоть даже по искусству варить кофе. Мои однокурсники изучают «Культуру знаменитостей», «Исследования мира книг о Гарри Поттере», «Культурные политики плохого вкуса». Кое-кто выбрал даже курс под названием «Сто лет ухаживаний, любовных отношений и секса в кампусах колледжей». И вот сейчас я не шучу.

реклама
читайте также
TATLER рекомендует