Герои

Как Ольга Флёр сделала «убер» в мире благотворительности, продавая людей за деньги

Все не так страшно, как звучит. Ее стартап Meet for Charity — аукцион. За встречу с интересным человеком нужно заплатить самую высокую ставку, все деньги пойдут в благотворительный фонд. Перед вами история создания.
реклама
26 Апреля 2018
Анна Карабаш

На открытии Московского кинофестиваля были жаркие разговоры: «А вы слышали, за сколько продали Аню Чиповскую? За миллион сто! Анонимный покупатель» - «А Белоника в декабре ушла за миллион четыреста». А до этого, в феврале, по всей Москве висели красные плакаты. На них — кто-нибудь известный, например, Максим Виторган, и подпись: «Встречайся и помогай детям. Meet For Charity». Что это значит? Так называется социальный проект, который придумала основательница NSTD Communication Agency Ольга Флер. Встреча с тем или иным «селебом» выставляется на аукцион. За деньги. Купить может кто угодно. Потом «лот» завтракает, обедает или ужинает с победителем, а последний переводит круглую сумму тому или иному благотворительному фонду из списка тех, с кем сотрудничает Meet for Charity.

Олин проект стал «убером» в мире благотворительности: еще бы, легкий и веселый способ привлекать деньги для нескольких десятков фондов, которые помогают детям и старикам. Чтобы вы понимали масштабы помощи, вот пара рекордов Meet For Charity: обед с главой Mail.ru Николаем Гришиным купили два IT-стартапера за 1 млн 200 тыс руб., потом его достижение побила Ника Белоцерковская – за встречу с ней в декабре 2017 года выложили 1 млн 400 тыс руб.

Правда же, достойная альтернатива дорогостоящему благотворительному балу, велозабегу на каблуках или ярмарке не слишком нужных вещей? Вспомните вполне успешный благотворительный бал с аукционом — вроде тех, что проводит Goldman Sachs под Новый год. Они собирают, допустим, суммы побольше. Но для организации праздника поработало ивент-агентство за немаленький гонорар, пригласили 200 человек в смокингах, придумали культурную программу, закатили фуршет минимум 5 тыс руб на человека, а также гонорар аукционисту и музыкантам. А тут – онлайн–аукцион и всего два часа личного времени селеба, расходы практически на нуле. Теперь вычтите смету на организацию из доходов бала — на добрые дела останется тот же миллион рублей.

Откуда же взялась эта Флер, новая звезда российской благотворительности, которая направо и налево торгует личным временем хороших людей?

Ольга Флер

Ольга Флер

реклама

Все началось с шутки. «Яблоко» упало на мою голову весной 2016 года, — рассказывает Флер, у которой на тот момент, в 28 лет, было не очень крупное, но довольно успешное PR-агентство. — Мы с сотрудниками сидели в офисе вечером. Моя коллега Оксана жаловалась, что ее никто не зовет на свидание. Я жаловалась, что не могу найти 20 тысяч рублей на детский благотворительный праздник, который уже завтра! И предложила: давай сейчас повешу твою красивую фотографию на своей странице в Facebook, где у меня четыре тысячи друзей. И напишу, что разыгрывается встреча с этой красавицей и умницей, кто больше даст денег — тот и пойдет на свидание. А все вырученные деньги отправим на организацию вот этого конкретно детского праздника».

Через 20 минут появился бизнесмен, который занимается городским озеленением, и предложил 20 тыс. рублей. Этого было более чем достаточно, чтобы воскресный праздник для детей с ограниченным возможностями состоялся. Благотворительностью Оля занималась и до Meet for Charity — это не первый раз, когда она устраивала обед в лучших ресторанах Москвы для детей с ограниченными возможностями. Но никогда еще деньги на доброе дело не появлялись так быстро и просто.

В комментариях устроили переполох. Все говорили «вау, какой прекрасный проект». А проекта толком еще не было, девочки просто пошутили. Стали писать друзья, мол, продай встречу со мной или с моим другом. Вечером позвонили с Business FM с предложением взять интервью про проект — как он, кстати, называется? Флер быстро придумала название Date for Charity (название позже поменяли, — прим. Tatler), за 10 минут сделала отдельную страничку в FB. И проект был готов.

Магическим образом Олина шутка всем понравилась. Наверное, потому, что Meet for Charity про чудо и потому, что он против одиночества. Про чудо встретиться с тем человеком, с которым сложно встретиться. Все остальное мы уже научились покупать.

Сотрудницы Олиного агентства с радостью тратили каждый день немного времени на классную историю. Проект стал расти. Друзья, PR-менеджеры знаменитостей, фандрайзеры, фонды – все помогали развиваться. На странице в FB стали регулярно разыгрывать встречи с известными или просто умными людьми.

Как выглядит страница MfC в Facebook с аукционом, на котором разыгрывалась встреча с актрисой Анной Чиповской.

Как выглядит страница MfC в Facebook с аукционом, на котором разыгрывалась встреча с актрисой Анной Чиповской.

Как они искали и ищут селебов? Это важный момент. Не помогают ни мифические родители, близкие к сильным мира всего, нет и фантомного мужа-олигарха — наша подозрительная общественность всегда ищет двойное дно, особенно в проектах, которые у всех на слуху. Так вот, у Флер мама — учитель, папа — инженер, и она не торопится замуж. Она привыкла знакомиться с людьми ва-банк, и ей это всегда удавалось.

Человеку с плотным расписанием Сергею Капкову Оля написала просто в Facebook, без особых расшаркиваний. На тот момент они были едва знакомы по давнему пиар-проекту Олиного агентства с правительством Москвы. Он почти сразу согласился: «Он easy, я это знала». Долецкую для аукциона Флер добыла, организовав встречу через холодный звонок ее ассистенту (контакты ассистента были на сайте, никаких особых «подгонов»). Алена Станиславовна с радостью продала свою личность на Meet for Charity и после была рада сняться бесплатно в промо-ролике MFC. С частью селебов договариваются сами благотворительные фонды – это их попечители. Олегу Сысуеву, вице-президенту Альфа-банка, Оля просто написала в Facebook — после того, как встречу с ним уже продали на MFC. Попросила совета, как у ментора. «Сысуев принял запрос на переписку. И говорит: клевый у вас фандрайзинговый проект. Я пришла к нему в офис, он уделил мне целый час. Мы подружились. Теперь и он снялся в роликах MFC и иногда помогает советами по бизнесу». Снежане Георгиевой написала в директ в Instagram Олина подруга. В начале этой зимы разыграли встречу с красавицей, которая лично провела дегустацию своих вин «Золотая балка» для выигравшего мецената.

А ровно год назад Оле позвонил знакомый финансист и предложил войти в долю, причем на каких-то немыслимых условиях. Еще не успели развернуться, а уже запахло рейдерством. «Соглашайся, мы вместе сделаем лучше, — уговаривал он. — Или мы завтра запустим свои благотворительные свидания в соцсетях, а у нас больше связей, и твой проект умрет». Был вечер, Оля сидела в офисе, вместе со своей коллегой Женей Гержан. За полгода до этого Женя пришла к Оле, чтобы собрать информацию для диплома (она заканчивала Вышку), и как-то так вышло, что в 23 года заступила на должность пламенного мотора проекта или, если формально, директора по развитию. Финансисту Оля испуганно сказала: «Спасибо за предложение, мы будем развиваться сами».

А на самом деле расплакалась от бессилия, в слезах открыла приложение онлайн-банка, чтобы проверить, сколько у нее денег на счету. Хватит ли, чтобы поехать в Кремниевую долину? Хватало ровно на два авиабилета, аренду маленькой машины и еду. «Женя, вот тебе карточка, я расстроена, все перепутаю. Покупай билеты в Сан-Франциско».

За неделю до вылета Оля с Женей пересмотрели все серии «Кремниевой долины», подали на патент, чтобы обезопасить проект, скачали гайдлайны, как готовить презентацию для инвесторов в Долине (оказалось, совсем другая форма, чем принято в Москве). Оля придумала, где остановиться — позвонила друзьям родителей, которые знают ее с детства, и спросила: «Можно к вам на пару недель? Да? Через три дня будем!»

На рейсе в Сан-Франциско девушки так и не заснули — доделывали презентацию, бегали по салону и спрашивали пассажиров: «Можете посмотреть, что нам надо поправить в презентации для инвесторов?» Люди спрашивали: «А о чем там?» — «Мы продаем известных людей на аукционе, а вырученные от продажи деньги идут на благотворительность», — говорили девочки, и все смеялись: «Чего, прямо в рабство?» Как ни странно, среди соседей по самолету нашлось три профессиональных банковских менеджера, которые по очереди прочли документ и дали каждый по паре ценных советов. Начинающие стартаперы набрали с собой красивых платьев и туфель на каблуках. Но на месте быстро поняли, что тут так не носят. Джинсы, кроссовки, толстовка или худи с лого 500 Startups или еще что-то такое – единственно верная униформа. «Главный фактор соблазнения в силиконовом стартап-комьюнити – чем ты горишь и что у тебя за план захвата Вселенной. А не красная помада и lady-look, это там всем странно, свои так не носят», — говорит Флер. Когда Оля с Женей добрались до Долины, то переночевали, взяли машину и поехали на завтрак в кафе Oren’s Hummus — это такая местная «Кофемания». У них был план: поехать в коворкинг WeWork и познакомиться с такими же стартаперами. Но пока они пили кофе и собирались с мыслями, Оля открыла dating-приложение J-Swipe (свидания для евреев). «Первый же match – симпатичный парень, Вадим. Фото на фоне пресс-волла, где что-то написано про инвестиции. Он спросил, где я, и написал, что сейчас заедет на кофе». Через пять минут Вадим уже сидел рядом, и – невероятно – оказался как раз инвестором в дейтинг-приложения. Вадим — русский, но уже давно живет в Долине. А там принято помогать просто так: сегодня поможешь ты, завтра помогут тебе — первый закон нетворкинга. Вадим тут же посоветовал переименовать проект: Date for Charity в Meet for Charity. Так более нейтрально — не свидание, а встреча. Необязательно с романтическим подтекстом. «Вадим действовал как ураган: без всякой корысти он связал нас с огромным количеством людей, прошедших такой же путь, какой собирались проделать и мы. Уже в первый день график встреч на следующую неделю был расписан по часам. Даже не представляю, что бы мы без него делали».
Из Долины Флер улетела без инвестиций, зато с новой концепцией. И спустя полгода работы смогла найти своего бизнес-ангела, чтобы выйти на новый уровень в России.
Дальше надо было сделать свою веб-платформу, разработать более удобную для пользователя механику торгов, расширить аудиторию, придумать новые форматы встреч. Шутка вдруг стала основным занятием в жизни, и Ольга совершила довольно безумный поступок — так никто не делает! — отказалась от бизнеса, которым занималась с 19 лет. В своем NSTD Communication Agency она делала мероприятия для люксовых брендов, занималась еще и работой с медиа. К 30 годам у нее был стабильно приносящий деньги и немонотонный бизнес. Но сколько раз в месяц Оля повторяла подругам: «Хочу закрыть агентство». Она сама даже не помнит, подруги говорят – все уши прожужжала. «Я вдруг поняла, что нашла свое дело. Хочу заниматься только им».

Аукцион, где разыгрывалась встреча с хозяйкой интеллектуального клуба "418" Надеждой Оболенцевой.

Аукцион, где разыгрывалась встреча с хозяйкой интеллектуального клуба "418" Надеждой Оболенцевой.

Для развития Meet for Charity нужны были вложения. «Дают – надо брать» — не лучшая стратегия, уверена Оля. Иногда можно идти на авантюры, но инвесторов надо выбирать тщательно. После интенсивного “курса молодого стартапера” в Долине Флер сумела подготовить корректную оценку стоимости проекта, посчитала инвестиции в развитие и появился бизнес-план. Оля начала показывать его потенциальным инвесторам, но у многих из них была достаточно агрессивная позиция. Они хотели все под себя перекроить, вмешиваться в управление, получить большую долю и быстрый результат. А хотелось найти человека, который разделяет миссию и ценности проекта. Как только она приняла решение закрыть PR-агентство, на пути появился тот самый человек: «Борис Жилин — по-настоящему ангельский инвестор. Непохожий на тех, кого я встречала раньше, человек с высоким уровнем доверия ко мне и команде, человек с большим сердцем и верой в успех социального предпринимательства. Благодаря его поддержке компания выросла в семь раз». Хорошая прибыль и великая миссия — это круто, но большая красивая цель может утонуть в пене дней. Стоит только проснуться с утра в неважном настроении и обнаружить, что все надоело и выключается внутреннее зажигание. «Я много раз теряла мишень, — говорит Флер. — Но в Meet for Charity каждый день происходит что-то, что делает сам процесс жизни всей нашей команды невероятно классным. Я люблю кино и книжки про любовь и про успех. И я живу в реальной жизни в этих историях каждый день! Дает энергию именно то, что это я создаю все условия, чтобы эти истории закрутились».
Чаще всего на встречах Meet for Charity люди находят общие точки соприкосновения в бизнесе. Многие предприниматели и бизнесмены создали после благотворительных свиданий совместные проекты. Кто-то даже смягчил условия судебного процесса благодаря встрече с истцом. Иногда встречи в Meet for Charity заказывают как подарок на день рождения. Гендиректор крупной ритейл-сети попросил Флер организовать аукцион с Дмитрием Сенниковым, бывшим защитником «Локомотива», чтобы подарить сыну на десятилетие тренировку с его кумиром. Оля нашла выходы на спортсмена, договорилась, аукцион шел довольно интенсивно: папе пришлось сделать ставку 300 тыс. руб., чтобы победить в борьбе за встречу. Надо ли говорить, что сын был в полном восторге. «Есть и несколько пар, которые познакомились на MFC, и теперь у них серьезные отношения. Правда, попросили их имена не называть. Кстати, покупатели могут участвовать в аукционах анонимно, не все любят светиться, – рассказывает Флер. — А вот эти ребята разрешили нам рассказывать, что благодаря MFC у них началась настоящая любовь. Певец T-killah "купил" на аукционе Meet for Charity встречу с Машей Беловой (которая на тот момент только развелась с Ильей Лихтенфельдом), и они уже больше года вместе».

Оля говорит, что все только начинается и что она наконец-то понимает, зачем просыпается с утра. У нее большие планы — перезнакомить лучших людей Вселенной и заодно написать свою главу в истории российской благотворительности. А может, и мировой.

«Есть стереотип, что благотворительностью могут заниматься только люди, получившие большое наследство или нашедшие клад. Что мы Робин Гуды – забрать у богатых, отдать бедным, — говорит Оля. — Как пишет Ден Палотта в своей книжке “Неблаготворительность”, фонды будто заранее извиняются за свое существование, называя себя “Non-Profit Organization”, при этом делают очень значимые вещи. Благотворительность может быть бизнесом. Мы, например, берем 15% с каждой пожертвованной суммы, что соответствует законодательству, и в итоге неплохо зарабатываем. И я засыпаю вечером довольная, потому что понимаю, что делаю что-то действительно значимое. И в нашем случае помощь несчастным и нуждающимся не имеет оттенка боли и скорби, как это часто в бывает в благотворительности. We keep it cool».

Как выглядит страница MfC в Facebook с аукционом, на котором разыгрывалась встреча с писателем Александром Цыпкиным.

Как выглядит страница MfC в Facebook с аукционом, на котором разыгрывалась встреча с писателем Александром Цыпкиным.

реклама
читайте также
TATLER рекомендует