15 июля на новом стриминговом сервисе Peacock вышел флагманский сериал «Дивный новый мир», отдаленно напоминающий роман Олдоса Хаксли. Создателям пришлось глобально переосмыслить работу английского писателя, потому что описанное им в 1931 году будущее уже почти наступило, а футуристическое ощущение было необходимо сохранить. Сценарист сериала Дэвид Винер в интервью Vanity Fair заявляет, что ничего подобного на телевидении еще не было: «Потому что на самом деле, это утопия. Это красиво. Люди непрерывно получают удовольствие. Они подавляют колебания настроения с помощью легкого наркотика под названием "сома". Много и без последствий занимаются сексом. Пьют таблетки — и не встречаются с побочными эффектами». Литературоведы, впрочем, давно сошлись на том, что роман все-таки — антиутопия, пусть и про утопическое общество. То же самое справедливо и для сериала. То, что жить в этом мире, может быть, и приятно, но не дольше двух дней, считывается по визуальному ряду: архитектуре, интерьерам и костюмам. Некоторые решения перекликаются с теми, что мы видели ранее в других сериальных антиутопиях: «Рассказе служанки» и «Черном зеркале».
Трейлер начинается со слов: «Вы важная часть нашего идеального социума, где каждый на своем месте, каждый счастлив и каждый принадлежит всем остальным». Что под этим имеется в виду: болезни, голод и криминал канули в лету, в настоящем остались только секс, наркотики и нет, не рок-н-ролл, а предопределенность абсолютно во всем. Герои живут той жизнью, которая полагается представителям их касты: альфы и беты работают на престижной работе и предаются развлечениям, гаммы, дельты и эпсилоны — их обслуживают. Единственное, что не приветствуется, — частная жизнь и моногамия. С такими вводными довольно предсказуемо, что в основе конфликта — столкновение представителей нового и старого миров. Это произошло в тематическом парке, куда медсестра Ленина Краун, работающая на производстве людей в Инкубаторе, отправилась с советником Бернардом Марксом. Альфа и бета из Нью-Лондона улетели туда посмотреть ради забавы на то, как живут люди, которые до сих пор влюбляются, женятся и рожают детей, а не выращивают их в пробирке. По некоторому стечению обстоятельств (не будем спойлерить) они встречают механика Джона — и в кадре появляется романтическое напряжение. Но чуть ли не интереснее самого сюжета то, в каком антураже происходят все события.
Сет-дизайнер Дэниэл Ли, ранее работавший на съемочной площадке «Хранителей», решил отказаться от небоскребов в духе «Матрицы» и «Бегущего по лезвию». Вместо этого он обратился к работам бразильского архитектора Оскара Нимейера. В результате архитектура Нью-Лондона стала напоминать серо-бежевый брутализм, но более стерильный, чем в 1950-х. Интерьеры же нарочно минималистичны и функциональны. «Мы попытались представить, что будет через 200 лет, когда за все будет отвечать искусственный интеллект», — прокомментировал Ли.
Примечателен этот ход тем, что позволил героям, одетым в серебристо-молочные костюмы, буквально раствориться на улицах родного города. В жизни, выстроенной вокруг бесконечно повторяющихся ритуалов (оргий, приема наркотиков и работы) их индивидуальные качества никому не интересны, — как и в любой другой антиутопии. Художница по костюмам Сьюзи Култхард отточила в проекте Peacock прием, придуманный ей еще для серии Nosedive «Черного зеркала», в которой герои слились с пастельными интерьерами и стали напоминать идеально подобранную для них мебель.
Для сюжета почти каждой антиутопии важную роль играет осознание героем своей сексуальности. Часто она является чуть ли не единственным способом сохранить свое «я» — и именно поэтому государство, как правило, стремится держать ее под контролем. Например, в тоталитарном Гилиаде, изображенном в сериале «Рассказ служанки», ее агрессивно подавляли — сексуальный акт был допустим только для зачатия и строго регламентировался. При нем обязательно присутствовала офицерская жена — в ее ноги упиралась голова насилуемой служанки. В «Дивном новом мире» все наоборот: беспорядочные связи крайне поощрялись, точнее навязывались: если нью-лондонец слишком долго не менял полового партнера, его вызывали на ковер. Любопытно, но при таких различиях в насаждаемых сверху моделях поведения художники по костюмам использовали похожие инструменты — для женских персонажей они подбирали своего рода униформу, которая будто бы служила напоминанием о том, чего государство от них ждет. Так, служанки носят красные мантии, которые, когда развеваются на ветру, напоминают матку, а главная героиня «Дивного нового мира» даже на работу ходит в обтягивающем платье. Да, на вечеринки жители «Дивного нового мира» наряжались по-разному, но их «выравнивал» розовый свет в клубе — поэтому BBC жалуются, что в сериале даже на оргии смотреть скучно.
По законам жанра в антиутопическом мире, где все равны (хотя бы в рамках своей касты), обязательно есть те, кто чем-то лучше остальных. Точнее влиятельнее. И, как правило, они визуально выделяются на общем фоне. Например, в том же «Рассказе служанки» все служанки носят одинаковый красный оттенок, но цвета костюмов офицерских жен различаются. Чем насыщеннее бирюзовый, тем больше у женщины власти. В «Дивном новом мире», где все вызывающе красивы и сексуальны, только одна женщина носит оверсайз — Главноуправительница Мустафа Монд, имеющая доступ к единой компьютерной системе Индра, к которой подключен каждый нью-лондонец.
Фото: YouTube