Ситуация

Бабло побеждает добро: как Харви Вайнштейн домогался борцов со СПИДом

Оказывается, Харви Вайнштейн даже больше женщин любил деньги. Особенно заработанные на благотворительных аукционах amfAR. Накануне очередного праздника доброты в Каннах «Татлер» изучает, как продюсер давил на его организаторов.
реклама
25 Апреля 2018

Семнадцатого мая на Кап-д’Антиб снова соберутся самые красивые женщины и самые влиятельные мужчины. Снова под соснами Hôtel du Cap Eden-Roc будет дефиле разрезов и декольте. Снова на аукционе в пользу Американского фонда исследований СПИДа amfAR будут продавать лоты вроде игры с Бекхэмом в футбол и недели дома у Лео ДиКаприо в Палм-Спрингсе. Кто не раскошелится в такой обстановке: весенняя Ривьера, кругом сливки Голливуда, Rose Cristal льется рекой. «За двадцать один год, что мы этим занимаемся, мы собрали сто двадцать миллионов долларов», – радовался со сцены гала-вечера в мае 2014-го спонсор этой феерии красоты, спасающей мир, великий продюсер и ужасный бабник Харви Вайнштейн.

Каждый год Вайнштейн оставлял три стола для своих друзей. «На фестивале в Каннах обычно показывали фильмы Харви, и он часто приглашал на наше мероприятие звезд, которые были в то время в городе, – рассказывает дизайнер Кеннет Коул, председатель совета директоров amfAR на протяжении четырнадцати лет (во время подготовки этого материала Коул объявил о своей отставке). – Также с подачи Вайнштейна на гала-вечер приходили инвесторы и филантропы. Они сидели со звездами и старлетками, располагающая атмосфера делала свое дело – amfAR оказывался в выигрыше». Для аукциона в мае 2013‑го Вайнштейн выделил пакет приглашений на вечеринки оскаровской недели, в том числе на самую престижную – устраиваемую журналом Vanity Fair в ночь вручения премий. Этот лот купили за восемьсот тысяч долларов, но так и не оплатили.

В следующем году Вайнштейн снова попытался заработать на своей близости к голливудским телам. Однако на этот раз продюсер захотел разделить доход от продажи приглашений между amfAR и двумя другими благотворительными организациями – Управлением верховного комиссара ООН по делам беженцев и American Repertory Theater, в котором тогда репетировали мюзикл «Волшебная страна» для Бродвея.

Здесь надо объяснить, при чем тут Бродвей и в чем хитрость Вайнштейна. Да, прежде всего он известен как киномагнат, но за ним числится немало бродвейских шоу, в том числе такие хиты, как «Продюсеры» и «Билли Эллиот», и такие провалы, как «Крупная рыба» и «Сладкий запах успеха». Самые успешные бродвейские постановки Харви – в основном новые версии уже существовавших спектаклей. «Волшебная страна», например, – мюзикл по мотивам фильма с Джонни Деппом и Кейт Уинслет, который в 2004-м выпустила основанная братьями Вайнштейн студия Miramax. «Я очень многое делал своими руками – от сценария и стихов до музыки и кастинга, – рассказывал Харви корреспонденту ВВС в октябре 2012 года перед генеральной репетицией мюзикла. – Мы с [режиссером] Бобом [Эшфордом] почти во всем – полноценные партнеры, и я с самого начала заявил об этом. Именно так я хотел работать».

Однако поющую «Волшебную страну» публика встретила прохладно. Вайнштейн уволил весь творческий коллектив и нанял новую команду. Они сделали сюжет менее романтичным, а музыку и тексты, наоборот, – более попсовыми. Новую версию как раз и представляли публике в 2014-м в некоммерческом American Repertory Theater в Массачусетсе. Затем постановку показали на Бродвее, где она выдержала пятьсот шестьдесят пять представлений. Особого успеха ни у зрителей, ни у критики шоу вновь не снискало и было закрыто в августе 2016-го. Вложенные в него пятнадцать миллионов двести тысяч долларов не окупились. Пресса злорадствовала. Однако тогда никто и не подумал разобраться в занимательной арифметике Вайнштейна. А потом случился 2017 год, и копаться в грязном белье Харви стало куда веселее, чем в его грязных деньгах.

реклама
Афиша мюзикла «Волшебная страна»

Афиша мюзикла «Волшебная страна»

Когда в 2014-м Вайнштейн предложил разделить доход от аукциона amfAR с другими благотворительными структурами, в фонде разгорелись ожесточенные споры. В мае Энди Буз, независимый продюсер, руководивший проведением гала-вечера в Каннах, отправил имейл Брэду Томпсону, в то время пиар-менеджеру компании Вайнштейна: «AmfAR никогда (!) так не делает. Проблема в том, что в результате из фонда уйдут деньги, ради получения которых мы так упорно работали. Много, много, много организаций обращались к нам с предложением выставить на аукцион совместный лот и разделить полученный по нему доход, и мы ни разу не сказали "да"».

Вот только Харви Вайнштейн не терпит слова «нет». В конце концов amfAR, основанный в 1985 году людьми безупречных моральных качеств – актрисой и филантропом Элизабет Тейлор и врачом, пионером исследований СПИДа, лауреатом Президентской медали Свободы Матильдой Крим, – согласился отступить от своих правил. Но в фонде поставили условие: Вайнштейну нужно выставить второй лот с билетами на оскаровские вечеринки. Тогда amfAR согласится разделить доход с другими благотворительными проектами. «Честно говоря, [генеральный директор фонда Кевин Фрост] хочет сделать это в качестве одолжения Харви, хотя это противоречит политике amfAR», – писал Энди Буз. Фрост не ответил на запрос об интервью для этого материала.

Вайнштейн предоставил второй лот. Но во время аукциона что-то пошло не так – лотов с приглашениями было продано аж пять, каждый примерно за сто сорок тысяч долларов. «Мы не пытались получить эти средства, – сообщал Буз Фросту спустя два месяца. – Мы ожидали от The Weinstein Company сообщения о том, смогут ли они предоставить больше двух пакетов приглашений. И вот теперь они ответили, что не смогут».

Впрочем, Харви предложил план Б – «в своей неподражаемой манере», по выражению Буза. Пусть amfAR обратится к покупателям и выяснит, не желают ли двое из них заплатить по четыреста двадцать тысяч долларов за свои приглашения. «Вся надежда на то, что эти двое согласятся», – писал Буз Фросту. К слову, план Б Вайнштейна предполагал, что в Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев и American Repertory Theater будут перечислены все сто процентов прибыли от второго лота.

Гендиректор Фрост был растерян. Он писал Бузу: «Когда будете обращаться к этим людям – а я, честно говоря, понятия не имею, как сделать это дипломатично, – нужно, чтобы им было понятно: вы действуете по поручению Харви Вайнштейна. Мне очень не хочется, чтобы это ударило рикошетом по amfAR. Прежде чем покупатель заплатит, мы должны сделать все, чтобы он понял, куда именно пойдет его взнос». В итоге никто из покупателей платить втридорога за счастье выпить брюта с Мерил Стрип не захотел.

Через год Харви придумал новую уловку. К этому времени мюзикл «Волшебная страна» уже шел в бродвейском Lunt-Fontanne Theatre. Вайнштейн задумал возместить свои пожертвования на перезапуск постановки в Массачусетсе – два миллиона долларов с небольшим. Условия договора с театром позволяли Вайнштейну получить деньги обратно, если он сможет привлечь третью сторону и убедить ее внести эту сумму на счет театра.

Чтобы провернуть такую схему, Вайнштейн сформировал три лота для продажи на аукционе в мае 2015-го. Один, под названием Hollywood Experience, давал доступ на оскаровские вечеринки плюс фотосессию с Брэдли Купером. Еще два лота включали съемку у Марио Тестино. За две недели до аукциона председатель совета директоров amfAR Коул сообщил гендиректору Фросту, что договорился с Харви: если за три лота удастся выручить один миллион двести тысяч долларов или больше (а Вайнштейн предполагал, что удастся), шестьсот тысяч долларов он передаст Харви, а вся остальная сумма поступит в amfAR. Если лоты уйдут меньше чем за один миллион двести тысяч, фонд и Вайнштейн поделят прибыль пополам. Однако в последний момент в аукционном каталоге появился вкладыш с напечатанной мелким шрифтом пометкой: часть прибыли от продажи фотосессий у Тестино получит American Repertory Theater. Про Hollywood Experience ничего дополнительно сказано не было.

«Ты тоже не такой уж чистенький, Том. Я собираю о тебе информацию, так что ты давай поосторожнее».

Лот Hollywood Experience был куплен индийским миллиардером Санджаем Хиндужей – за $245 824. Лиса Джулиани, жена итальянского фармацевтического магната Марио Джермано Джулиани, заплатила $381 100 за одну фотосессию у Тестино. Керри Перродо, нефтегазовая миллиардерша из Франции, отдала $282 775 за другую. Хотя общая сумма, полученная за три лота, не составила миллиона двухсот тысяч, Вайнштейн настаивал на переводе театру шестисот тысяч.

Соответственно, amfAR доставалось всего триста десять тысяч. Более того, Вайнштейн потребовал, чтобы деньги были выплачены к 1 июня – то есть через две недели.

Все это повергло руководство amfAR в смятение. Фрост сообщил Коулу, что фонд не может заплатить театру до тех пор, пока обязательства по лотам не будут выполнены. «Мы не можем перевести деньги, пока вечеринки не пройдут, – писал Фрост. – Среди мероприятий, входящих в лот, значится вечеринка Vanity Fair, которая состоится в следующем марте. Соответственно, мы не сможем сделать выплату раньше марта 2016-го. То же самое относится и к съемкам Марио Тестино: пока они не состоятся, деньги не могут быть выплачены».

Вайнштейн счел, что сумму можно взять из денег Леонарда Блаватника. Самый богатый человек Великобритании (по данным на 2015 год) отдал на аукционе тринадцать с лишним миллионов долларов за скульптуру Джеффа Кунса «Книжка-раскраска» (годом раньше Блаватник заплатил пятнадцать миллионов долларов за статую мамонта в исполнении Дэмиена Хёрста). «Он [Блаватник] ведь связан с нами по бизнесу», – заметил Харви. В amfAR предложение отнять и поделить взнос одесского миллиардера отклика не встретило.

Прошло три дня. Вайнштейн по-прежнему настаивал, чтобы шестьсот тысяч долларов были переведены театру к 1 июня. В соглашении Харви с театром было оговорено: либо деньги от третьей стороны поступают до этой даты, либо пожертвования Вайнштейну не возмещаются.

Вечером 29 мая продюсер озвучил новую идею: 1 июня он переводит на счета amfAR свои собственные шестьсот тысяч, которые фонд тут же направляет театру. Тогда театр вернет Харви его взнос. А когда все обязательства по лотам с приглашениями будут выполнены, amfAR вернет шестьсот тысяч Вайнштейну. Гендиректор Фрост беспокоился, что эту схему может не одобрить аудитор amfAR Грант Торнтон. 1 июня финансовый директор фонда Брэдли Дженсен связался с Торнтоном, чтобы выяснить, допустима ли подобная сделка. Аудитор ответил, что ему требуется хотя бы день «для проверки и составления обоснованных рекомендаций». Но времени на такой Версаль не было. Как показало внутреннее расследование, в 15:46 Вайнштейн перевел шестьсот тысяч долларов на счет amfAR. Еще через семнадцать минут amfAR перевел шестьсот тысяч долларов American Repertory Theater. В итоге из вложенных в театр $2,05 миллиона Вайнштейн вернул почти всю сумму и обеднел всего лишь на сто тысяч долларов.

С председателем совета директоров amfAR Кеннетом Коулом, 2005.

С председателем совета директоров amfAR Кеннетом Коулом, 2005.

Я встретился с председателем совета директоров amfAR Кеннетом Коулом в штаб-квартире его фэшн-компании Kenneth Cole Productions на Манхэттене. Это великолепно отреставрированный старый каретный сарай с видом на Гудзон. Глядя на водную гладь, Коул сообщает мне, что впервые подробно комментирует ту сделку amfAR с Вайнштейном. «Харви был очень напорист, – вспоминает он. – Мы никогда не были друзьями. Я вовсе не стремился с ним встречаться. Харви, как мы знаем, мерзко обращался с женщинами. Но не только. Он вел себя по-хамски со всеми, с кем имел дело. Всегда стремился получить больше, чем ему полагалось. Тем не менее я мирился с этим, поскольку выгоды для amfAR, для разработки лекарственных препаратов перевешивали эти издержки. Мы шли на них, если они не противоречили главным принципам нашей работы».

Коул, если верить его словам, – всего лишь посредник, который пытается соблюсти баланс между совершенно разными интересами участников процесса. «Харви – крупный, важный фандрайзер, – объясняет дизайнер. – Как сделать так, чтобы он был доволен? Как обеспечить фонду приток необходимых средств и при этом оставаться в установленных рамках?»

Коул рассказывает, что узнал о планах Вайнштейна разделить доход от продажи лотов между фондом и театром всего за пару дней до гала-вечера в мае 2015 года. Но ведь это он добавил в аукционный каталог вкладыш! «Харви был очень напорист, – повторяет председатель. – И что еще хуже, у Харви отвратительный характер. Он словно вулкан, который периодически извергается. Остается только надеять­ся, что не окажешься поблизости в этот момент».

Коул, помимо прочего, не поинтересовался у Харви, почему тот настаивает, что деньги нужны до 1 июня. «Да, оглядываясь назад, я понимаю: нам следовало задать ему этот вопрос», – признает председатель. Вдобавок он ­договорился с Вайнштейном о том, чтобы в феврале 2016‑го провести в Нью-Йорке гала-вечер amfAR в честь продюсера. Коул считал, что это позволит собрать для фонда еще миллион долларов.

Летом 2015-го председатель аудиторского комитета при совете директоров amfAR Джон Симонс попросил юристов подготовить соглашение о выплате Вайнштейну шестисот тысяч долларов – после выполнения обязательств по лотам, согласно политике amfAR. Киномагнат тогда снова заявил, что ему дела нет до политики amfAR, и потребовал денег немедленно. Юрист Вайнштейна Чарли Принс предложил решение: amfAR выплачивает Вайнштейну требуемую сумму сейчас же, а Вайнштейн соглашается возместить фонду убытки, если условия какого-то из лотов не будут выполнены. «Ага, как же!» – прокомментировал эту светлую мысль, согласно данным внутреннего расследования, гендиректор Фрост. Однако Кеннет Коул настаивал. «Это то, с чем мы согласились», – писал председатель совета директоров гендиректору. В растерянности Фрост сообщал аудитору Симонсу: «Даже не знаю, что сказать Кеннету по этому поводу. Я не соглашался и никогда бы не согласился на такие условия... Я не готов пойти на это. Как мне поступить?» Джон Симонс отказался дать нам комментарий на эту тему.

Коул снова надавил на Фроста. 24 августа amfAR принял условия Вайнштейна. Было подписано трехстраничное соглашение: Вайнштейн возместит фонду все убытки, которые могут возникнуть по лотам, при условии, что шестьсот тысяч долларов будут перечислены ему немедленно. 1 сентября Вайнштейн получил свои деньги.

Тела давно минувших дней: продюсер Харви Вайнштейн – еще лучший друг главных красавиц Голливуда.

Тела давно минувших дней: продюсер Харви Вайнштейн – еще лучший друг главных красавиц Голливуда.

Не должна ли была эта схема, достойная авторов ельцинских залоговых аукционов, насторожить опытное руководство фонда? «Она и насторожила, – признается Коул. – Только ведь, что бы Харви ни делал, это всегда настораживает. На каждое его действие подавались протесты».

А теперь внимание, вопрос: чего больше приносил Вайнштейн amfAR? Пользы или неприятностей? «Оглядываясь назад, могу сказать: неприятностей, – отвечает Коул. – Ничто не стоило таких потрясений. Имело смысл идти на компромиссы, чтобы собрать больше средств для выполнения нашей миссии, но не в тех случаях, когда это бросало тень на нашу репутацию. Тем не менее юридические консультанты в то время заверили нас, что все наши действия были "законны, этичны и не беспрецедентны"».

Вскоре после посвященного Вайнштейну гала-вечера в Нью-Йорке в феврале 2016-го специальная комиссия при совете директоров amfAR наняла авторитетного юриста Тома Аджейми для расследования загогулин Вайнштейна. В сентябре отчет был готов. В нем Аджейми особо подчеркнул, что четырнадцать раз пытался поговорить с Вайнштейном – безуспешно. Юрист пришел к выводу: подписание того соглашения «поставило под угрозу безупречность финансовой политики и репутации фонда». А поскольку Вайнштейн отказался «сообщить какие бы то ни было существенные факты» о сделке, «аmfAR не располагает возможностью определить, имелась ли какая-либо опасность вовлечения фонда в незаконные, мошеннические либо вводящие в заблуждение операции».

Адвокат продюсера Бенджамин Брафман парирует: «Мистер Вайнштейн помог привлечь свыше пятидесяти миллионов долларов на исследования в области СПИДа. Предположения о том, что он использовал или намеревался использовать amfAR в противозаконных целях, не соответствуют действительности и в сложившихся обстоятельствах являются оскорбительными». Адвокат отвергает все обвинения в том, что Вайнштейн получил возмещение от American Repertory Theater. Представители самого театра отказались комментировать свои финансовые отношения с Вайнштейном.

Отчет Аджейми лишь обострил разлад в совете директоров amfAR. Между теми его членами, кто поддерживал Коула, и противниками председателя назревала холодная война. 28 сентября один из сторонников Коула отправил коллегам гневное письмо, в котором уверял: председатель всего лишь хотел сохранить хорошие отношения amfAR с Вайнштейном. 30 сентября совет директоров на закрытом заседании принял решение считать отчет Аджейми «основанным на фактах», однако Коул с этим не согласился. Он счел расследование «пустой тратой времени» и заявил, что «возмущен» и «оскорблен» тем, как Аджейми вел себя, опрашивая его во время своего расследования. После этого совет проголосовал против того, чтобы Аджейми представил свой доклад лично. «Непонятно, почему у них не нашлось десяти минут, чтобы выслушать меня», – говорит юрист. По сведениям, полученным из хорошо информированного источника, Коул и его сторонники были против выступления Аджейми потому, что «Харви был взбешен». Он считал юриста распространителем слухов о сексуальных домогательствах. Аджейми признает, что за семь месяцев, пока шло расследование, до него доходили подобные слухи, но целенаправленно он их никогда не выискивал. По словам юриста, он связывался со своей коллегой из Лос-Анджелеса Лиcой Блум, которая представляет интересы женщин, ставших жертвами домогательств. Аджейми хотел выяснить у Блум, интересно ли ей будет представлять пострадавших от действий Вайнштейна. Впоследствии Аджейми, к своему удивлению, узнал, что Вайнштейн нанял Блум советником «по гендерным взаимоотношениям и вопросам равноправия». На момент подготовки этого материала Блум на Вайнштейна больше не работала и от комментариев на эту тему отказалась.

Согласно нескольким источникам, после того как в amfAR получили отчет Аджейми, Вайнштейн для сбора сведений о членах совета директоров нанял Black Cube – частную компанию, укомплектованную бывшими агентами Моссада. Продюсер хотел выяснить, кто из членов совета сливал Аджейми информацию о его неподобающем сексуальном поведении.

17 октября 2016-го председатель Коул провел экстренное телефонное совещание совета. Председатель сообщил: Вайнштейн угрожает предъявить иск за «распространение заведомо ложных сведений». «Как вы смеете после двадцати пяти лет сотрудничества, после собранных мной десятков миллионов, после всего, что я сделал для amfAR, – как вы смеете напускать на меня своих юристов, чтобы они делали то, что делают?» – возмущался продюсер. Он пригрозил провести «персональное расследование по каждому члену совета и аудиторского комитета».

Гости amfAR на Кап-д’Антибе, 2015.

Гости amfAR на Кап-д’Антибе, 2015.

Чтобы утихомирить этот Везувий, amfAR нанял Орина Снайдера, партнера юридической компании Gibson Dunn. Он должен был вновь изучить обстоятельства сделки с Вайнштейном. Снайдер несколько лет работал на киномагната, но это никого не смутило. 31 января 2017-го Снайдер сообщил совету: в сделке с Вайнштейном amfAR не совершил ничего предосудительного. Сейчас он формулирует свой вывод так: «Та сделка – свидетельство скорее плохой координации внутренних процессов в организации, чем преступление».

При этом, как вспоминает Коул, Снайдер сообщил, что адвокат Аджейми «превысил свои полномочия, вмешавшись в частную жизнь Харви». Вайнштейна, однако, подобная формулировка не устроила. В феврале 2017-го он пригрозил подать в суд на членов совета персонально, если каждый из них не подпишет соглашение, констатирующее, что фирма Gibson Dunn проинформировала совет «о том, что никаких свидетельств совершения ненадлежащих действий (со стороны Вайнштейна) выявлено не было». ­Более того, продюсер хотел, чтобы каждый из членов совета «заверил, что не оказывал в прошлом, и гарантировал, что никогда не окажет в будущем» никакого содействия «какому бы то ни было расследованию, проверке либо изучению каких бы то ни было фактов, связанных с мистером Вайнштейном, включая (но не ограничиваясь ими) его личную жизнь и бизнес».

Как следует из справки, представленной прокурору штата Нью-Йорк, 17 февраля аудитор amfAR Джон Симонс направил членам совета директоров имейл. В нем Симонс «настоятельно просил» коллег подписать соглашение о неразглашении, чтобы избежать судебного преследования со стороны Вайнштейна. Коул, в свою очередь, тоже призывал не драматизировать ситуацию. «В конце концов, – писал глава совета, – мы подписываем лишь нечто, гарантирующее конфиденциальность и наше неучастие в делах Харви в будущем». Коул уверяет: Вайнштейн обещал выделить amfAR миллион долларов, если все члены совета подпишут соглашение. В ответ на мое замечание о том, что это смахивает на подкуп, дизайнер-председатель говорит: соглашение «помогло бы нам оставить все это позади».

В итоге документ подписали одиннадцать членов со­вета. Пятеро отказались, еще двое поставили свои подписи, но потом передумали и пытались их отозвать. С января прошлого года шестеро членов совета ушли в отставку, двое из них наняли адвокатов. Еще четверо решили усидеть на двух стульях: в отставку не подали, зато обзавелись юрис­том, который в своих обращениях к прокурору штата Нью-Йорк выражает озабоченность уловками Вайнштейна.

С адвокатом Лисой Блум в Нью-Йорке, 2017.

С адвокатом Лисой Блум в Нью-Йорке, 2017.

В январе 2017-го, спустя несколько месяцев после завершения работы над отчетом для amfAR, юрист Том Аджейми приехал на кинофестиваль «Сандэнс» в штате Юта. Вайнштейн – уже много лет очень значимая там фигура, Кеннет Коул входит в оргкомитет. На фестивале Аджейми увидел Лиcу Блум, чью книгу «Подозрительная нация» собрался экранизировать... Харви Вайнштейн. Как рассказывает юрист, Блум попросила его встретиться с продюсером в отеле. «Мне говорили, что он очень недоволен моим отчетом, – говорит Том. – Так что я решил выслушать его».

Они встретились. Вайнштейн «два часа разглагольствовал», вспоминает Аджейми. «То обвинял меня во всех своих проблемах, то принимался рассказывать о своих фильмах и «Оскарах», о том, почему занимается сексом с тысячами женщин, о том, что любую может сделать звездой, о заговоре против него. Очень странный тип». Тогда же киномагнат заявил адвокату: «Ты ведь тоже не такой уж чистенький, Том. Я собираю о тебе информацию, так что ты давай по­осторожнее». Следующие несколько месяцев Вайнштейн и amfAR, по словам Аджейми, пытались вынудить его подписать соглашение о неразглашении. Продюсер угрожал отказаться от поддержки гала-вечера в Каннах. Но адвокат бумаг не подписал. Хотя и предложил компромисс: если Вайнштейн и его команда (Лен Блаватник, Леонардо ДиКаприо, Ума Турман, Роберт Де Ниро) приедут в Канны, Аджейми не станет продолжать расследование его частной жизни.

Однако киномагнат продолжал давить, рассказывает адвокат. «Лен и Лео ждут твоего решения – ехать им на мероприятие или нет, – заявил продюсер по телефону. – Это зависит от тебя. [Адвокат Вайнштейна] Дэвид [Бойс] хочет, чтобы ты подписал соглашение о неразглашении, так что ты должен это сделать».

Аджейми думал, что Харви, как все манипуляторы, блефует. Купил билет на гала-вечер и полетел в Канны. Уже там, рассказывает юрист, он получил имейл, в котором сообщалось, что билет аннулирован. Аджейми связался с American Express и выяснил, что платеж возвращен на его счет. «Кеннет и Харви не хотели, чтобы я там появлялся. Меня же беспокоило, что к моим предупреждениям не прислушиваются и могут пострадать благотворительные программы фонда. В какой-то момент я подумывал пробраться на гала-вечер, чтобы само мое появление подняло шум. Хотел посмотреть, что будет дальше». Правда, в конце концов юрист написал Фросту, чтобы тот не волновался: он не станет портить им праздник.

Аджейми так и не подписал соглашение, но на гала-вечере Вайнштейн все же объявил со сцены, что жертвует amfAR миллион долларов. Четыре месяца спустя, в сентябре 2017-го, когда продюсер еще общался с прессой, он рассказал корреспонденту The New York Times: «Я пришел к ним и говорю: "Даю вам шестьсот тысяч. И заткнитесь. Вы вредите своей чертовой благотворительности"». Спасибо, Харви, мы все поняли. Не ясно, однако, куда за четыре месяца испарились четыреста тысяч. Зато ясно, что больше всех навредил amfAR как раз сам Харви Вайнштейн. И для того, чтобы это понять, не нужно даже ходить к прокурору, не то что к судье.

Актер Леонардо ДиКаприо на amfAR, 2014.

Актер Леонардо ДиКаприо на amfAR, 2014.

С моделью Хайди Клум, 2014.

С моделью Хайди Клум, 2014.

С актерами Харви Кейтелем и Робертом Де Ниро и рэпером Джей-Зи на amfAR, 2016.

С актерами Харви Кейтелем и Робертом Де Ниро и рэпером Джей-Зи на amfAR, 2016.

реклама
читайте также
TATLER рекомендует