Коко Роша: о грехах и мехах для Tatler

Эдвард Хельмор
3 Ноября 2010 в 11:00

Коко Роша

В ничем не выдающуюся кофейню в еще менее выдающемся районе Манхэттена двадцатиоднолетняя Коко Роша приходит минута в минуту. С первого взгляда ясно – модель: высоченная, длинные темные волосы, рельефные скулы. Ее зеленые кошачьи глаза – что твой маяк для незнакомцев. Она двигается легко – сказывается танцевальное прошлое. Говорит с мягким акцентом, который выдает ее родину – Канаду. Неповиновение, бунт – слова не из ее словаря. Коко будто не претендует на внимание публики. Новая звезда новой эры новых супермоделей: никаких тебе вспышек гнева, бойфрендов-рок-музыкантов, балующихся кокаином, и славы человека трудного и вечно опаздывающего.

Для Коко эра супермоделей – Синди Кроуфорд, Хелены Кристенсен, Наоми Кэмпбелл, Кристи Терлингтон – иная эпоха. Нечто из области немого кино: очаровательно, своеобразно, но как-то... гм. «Я знаю, они были великими амазонками, которые держали мир моды в своих руках. Все в начале девяностых делалось во имя и ради них – одежда была ни при чем, – говорит она, вертя в руках бумажный стаканчик с зеленым чаем. – Впрочем, я плохо знаю, кто там кто. Я от всего этого была далека. Мода? Моим миром были секонд-хенды и танцы». Сегодня, через восемь лет после того, как скаут заприметил ее на конкурсе ирландских танцев в Ванкувере, Коко принадлежит к горстке моделей, которых называют по одному лишь имени – и этого достаточно. Ее имя неизбежно тянет за собой шлейф другой Коко – Шанель. Но и без легендарной Мадемуазель Роша – находка для рекламы и медиа. Острый ритм, пикантный звук. Есть с чем играть. Сама она подписывается в своем блоге Oh So Coco или XOXO COCO, что не лишено остроумия.

Коко Роша

В 2007-м она, тогда еще несмелая дебютантка, стала лицом аромата Elle от Yves Saint Laurent – и ее лицо смотрело со всех билбордов России (Коко даже заглянула на презентацию в Москву, в Государственный центр современного искусства на Зоологической, где не доставила организаторам мероприятия ни малейших хлопот). А еще были Dior, Chanel, Pirelli, Balenciaga. В этом сезоне она заключила рекламные контракты с британским косметическим гигантом Rimmel и демократичным брендом одежды Esprit – оба с большим количеством нулей. Она позирует для главных модных журналов. Снимается у известных фотографов. Получает лучшие показы. В марте 2009-го, например, закрывала парижское шоу Jean Paul Gaultier вместе с французской актрисой Божаной Паник – обеим шутки ради на подиуме пришлось подраться и изрядно поваляться в грязи.

Коко Роша

В своей родной Канаде она и вовсе суперзвезда. Хотя соотечественники приняли ее с трудом и не сразу. «Забавно. Я приехала в Торонто начинающей моделью, и им было совершенно на меня наплевать. Ноль интереса. Спустя некоторое время я вернулась, и они вроде как о’кей, любят. Нет, в Канаде решительно невозможно прославиться, пока не добьешься успеха в другой стране».

В последние несколько лет домом для модели (между прочим, с русскими корнями) был Нью-Йорк – она любит анонимность и стремительный ритм здешней жизни. Но если бы не работа, нипочем не выбрала бы эти каменные джунгли. «Наверное, я бы предпочла вернуться в Ванкувер. Мое место среди природы. Я люблю места, где выросла. Лучше рыбацкой деревни на острове Ричмонд по мне и нет ничего». Но, конечно, это все с приставкой «бы». Потому что живет она в реальности трансатлантических перелетов. Нью-Йорк, Лондон, Париж, Милан. Разве что в августе у нее случились внезапные каникулы, и Коко провела две недели в деревеньке в Коста-Рике, облюбованной серферами.

Известность обрушилась на Роша в 2006 году, когда ее снял для итальянского Vogue великий Стивен Майзел. «Он бесподобен. Единственный, кто может вот так взять простушку и превратить ее в знаменитость, – вспоминает Коко. – Первая моя съемка была с Джеммой Уорд и Сашей Пивоваровой. Мы были одеты, как члены секты меннонитов, и разгуливали по коридорам отеля в обнимку с роботами. У меня уже был некоторый опыт съемок в Азии, так что хватило ума понять: плохо не будет. Помню, нам еще на головы цепляли какие-то салфетки. Я снималась у Майзела четыре или пять месяцев. Ну а потом понеслось». Карьера Коко взмыла вверх, а Майзел ею чутко дирижировал. «Он говорил мне, в каких показах стоит участвовать, а в каких – нет. Помню, один дизайнер ужасно обозлился, когда узнал, что в моем списке он не в категории А. Но именно эта разборчивость, рискованная для начинающей модели, сделала меня желанной. Рекламные кампании посыпались одна за другой».

В этот момент Коко осознала, что должна выгодно конвертировать себя в бренд, и плотно занялась контактами со своими фанатами. «Думаю, люди ко мне неплохо относятся именно из-за моего блога, твиттера и странички на фейсбуке. Потому что я открыта. Раньше модели были просто немыми, хоть и прелестными, – и вдруг одна заговорила, показала, что обладает каким-то характером, рассказывает приключившиеся с ней истории».

Что же это за истории такие, которые Коко может поведать всему свету? В ее версии жизнь супермодели далека от бойфрендов-миллиардеров, мегаяхт и вилл на Кап д’Антибе или уругвайском Пунта-дель-Эсте. В начале этого лета в одном из шато в долине Луары Коко вышла замуж за своего бойфренда, британского декоратора Джеймса Конрана. Роман, которого никто не ожидал. Друзья представили их друг другу четыре года назад. Она наняла его расписать стены в своей новой квартире. Они быстро подружились. А через год из друзей стали любовниками. «Странно все это было – друзья все-таки, – рассказывает она. – Меня постоянно тянуло сказать: «Это неправильно! Не дотрагивайся до меня!». Сейчас пара блаженствует в первых месяцах супружества. Друзья подарили Коко кулинарную книгу, и она воюет с лососем на гриле, а он тем временем подбивает ее расписать стены в манере Климта. «Я сказала: только через мой труп».

Но на самом деле они здорово друг другу подходят. «Нам обоим нравится старое романтическое кино и старинная живопись. Мне с Джеймсом просто повезло. К спорту он равнодушен, на вечеринки не ходит. Больше наблюдает, чем говорит. И он, кроме всего прочего, джентльмен, что в наше время совершеннейшая редкость». Не то чтобы фанаты Коко были рады это услышать. «Я знаю, им по душе было бы узнать, что я вляпалась в какой-нибудь скандал. Нетушки. Мне рассказать нечего». Роша без симпатии относится к хрестоматийным историям «модель плюс рок-музыкант», в которых промоушена больше, чем чувств. «Дико как-то – заводить отношения только для имиджа».

Завидное здравомыслие. В насквозь коммерческом мире моды профессионализм сегодня на вес золота. «Никто не хочет девушку с безумным образом жизни, потому что это будет означать, что она везде опаздывает, устает, не высыпается, а в остальное время еще и «дает примадонну». Ты должна прийти вовремя и хорошо выглядеть. Классные фотографы с тусовщицами не работают. Уж поверьте», – говорит Роша.

Красиво одеваться для Коко – не работа, а часть натуры. Ее мать, стюардесса Air Canada, всегда наряжала дочь перед тем, как взять на борт, – на тот случай, если малышку удастся посадить в бизнес-класс. «Для меня самолет – до сих пор место, куда нельзя ввалиться просто так, – смеется Коко. – Никаких джинсов. Только туфли на каблуках».

У нее полно амбиций и помимо модных. Карьера модели коротка, и мало кому удается продлить профессиональный век, как смогла, например, Хайди Клум со своим телешоу. Или Эль Макферсон, запустившая линию нижнего белья и косметики. Коко все понимает правильно: «Быть моделью замечательно. Но не успел оглянуться – поезд ушел». Она уже посматривает вокруг. Делает заметки для романа, который обязательно напишет. Задумывает линию одежды Rococo – недорогую, но модную – так, чтобы и ее фанаты получили свою порцию гламура. «Хотелось бы сделать актуальные вещи доступными именно в тот сезон, когда они появляются на подиумах. Используя все эти айфоны, айпады, интернет». Я спрашиваю, почему бы не выпустить линию одежды с другом Коко, дизайнером Заком Позеном, который, кстати, сшил для нее свадебное платье из органзы, тюля и крепа. Но нет: Роша предпочитает просто носить его вещи. «Совместное сотрудничество, – опасается она, – умаляет тебя. Люди видят результат и думают, что все вытащил на себе дизайнер, а ты в лучшем случае не мешала». Есть и масса других возможностей. Скажем, ее лучшая подруга, белокожая модель из Намибии Бехати Принслу, хочет стать фотографом, а сама Коко опекает начинающих моделей, помогая им выстроить карьеру. Не такое уж это простое дело. «Когда я только начинала, меня то уверяли, что в моде анорексическая худоба, то советовали набрать пару кило. Никто и ничего не скажет прямо. А когда тебе пятнадцать, сложно разобраться, кому можно верить».

Сегодня у нее все под контролем. Она точно знает, что будет делать, а что нет, что наденет, а что – никогда. «Я должна быть одетой. Никакой обнаженки. Даже полуобнаженки. В нижнем белье – ни за что». И она считает, что профессия модели очень творческая. «Если тебе просто рисуют макияж, а потом ты выламываешься на фоне задника – это не творчество, это просто чтобы одежду продать». Но коль скоро на нее направлена камера, тихая танцовщица превращается в супермодель. «Если уж я на площадке, то отдаюсь этому целиком, – роняет она, прежде чем раствориться в манхэттенской толпе. – Выглядеть глупой я не боюсь. Я люблю свою работу. Если фотографу не нравится – давайте попробуем что-то еще, пока не получится как надо». Ответ профессионала.


Источник фото: Arthur Elgort
Страница:

Читайте также

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь