Эмодзи зашкаливают: одиннадцатилетняя Тоня Худякова учит жизни в новом миллениуме

Tatler
22 Июня 2017 в 15:00

Школьница Тоня Худякова в Лос-АнджелесеШкольница Тоня Худякова в Лос-Анджелесе

Вообще-то мы планировали взять у Тони (ее ник в инстаграме @tonyahoodyakova, 175 000 фолловеров) интервью и написать с его помощью все, что мы думаем о подрастающем поколении. Но когда получили по почте ответы ученицы сразу двух школ — московской № 1239 и Miami Сountry Day School, — поняли, что ее сочинение не требует наших комментариев. Так же, как фотографии Тони хороши и без ретуши. В общем, публикуем как есть, с орфографией и пунктуацией. Здесь все, что вы хотите знать о стратегии продвижения в инстаграме и о детях, у которых лайков и подписчиков больше, чем у иных взрослых. Спойлер: эти дети — просто чудо.


«Здравствуйте, я Тоня. Я еще столько не писала никогда. Извините меня, пожалуйста, если будут ошибки. Я просто столько текста не могу проверить в словаре, а вреднющий айфон мало того что ничего не исправляет, так еще и подсказывает с ошибками.

Тоня ХудяковаТоня Худякова

Первый телефон у меня появился в шесть лет. Мне его подарили на мое самое первое сентября. Чтобы я могла звонить из школы и никуда там не потерялась. До этого у меня был пластмассовый розовый телефон. Игрушечный. Но я всегда носила его с собой, чтобы все думали, что он настоящий. 

Когда мне исполнилось семь, мне подарили инстаграм. Я в нем следила за родителями. Почти им не пользовалась, но очень хотела, чтобы иконка была на экране. Когда родители разрешили мне пользоваться инстаграмом, то строго-настрого запретили делать ошибки в комментариях. Одна ошибка — все. Инстаграм тю-тю. Поэтому сначала я старалась не писать. Но очень хотелось. Меня научили проверять правописание слов в гугле. Я выучила несколько правил про запятые. Например, "пожалуйста" и "конечно" надо писать в запятых. Ставить запятую, когда к кому-то обращаешься, что-то перечисляешь, если союзы повторяются. Выучила правила про тире и кавычки, но путаюсь пока. Иногда меня поправляют в комментариях, и я очень рада. Успеваю исправить, и это уже не считается ошибкой. А один раз я написала "Гренландия" через букву "и". Подумала, от слова green — "зеленый". Это был ужас. Я тогда летела в Америку, выложила, и Wi-Fi пропал. Мне в комментариях подсказывали, что я ошиблась, но было поздно. Интернета не было. Он там и пропал. Над Гренландией. В общем, когда мы сели, интернет заработал у мамы, а не у меня. И мне досталось. Меня сильно отругали. Но простили. С тех пор я внимательно слежу. 

Тоня Худякова на съёмке детского журнала Daisy Magazine, 2016Тоня Худякова на съёмке детского журнала Daisy Magazine, 2016

Мне запрещено отвечать грубостью на злые комментарии. Просто иногда люди грубые, а сами не виноваты. Кого-то могли не научить быть вежливым, у кого-то был плохой день, у кого-то могло что-то случиться, и он остался на всю жизнь злым и грубым. Мне таких людей очень жаль.

А есть разные вредины. Это да. Таким я отвечаю. Но не грубо, а тоже вредно неприятно. Но их в моем инстаграме мало.

Вредины появляются среди новичков. Сразу видно. Те, кто только попал на мою страницу, смотрят все подряд фотки и под каждой пишут гадость. Я жду обычно фоток тридцать. К тридцатой все уже добреют и хотят дружить. Ну а тех, кто злится до конца и употребляет грубые слова, я блокирую. Часто я не успеваю увидеть злые комментарии, и на них отвечают мои друзья. Они за меня заступаются, и я за них тоже.

Мне не нравится слово «фолловеры». Я считаю, что они мои друзья, даже если мы и не виделись. Все очень добрые и хорошие. Часто пишут комплименты. Но я этого очень стесняюсь. У меня много друзей. Мы друг другу помогаем. Например, мне подсказали в инстаграме, как назвать моего бигля ушастого — Эмили.

Первый день рождения и праздничный торт Тониного бигля Эмили, 2016

Еще мне запрещено смотреть "Популярное". Можно только тех, на кого я подписана. Мама говорит, в "Популярном" мне может попасться что-то страшное и я испугаюсь. В ленте мне нравятся милые фотографии животных, особенно малышей. А еще то, что музеи выкладывают, – картины и статьи. Еще очень нравятся видео с соревнований по художественной и спортивной гимнастике.

Мне не кажется, что многим интереснее сидеть в инстаграме, чем с книгой. И там и там можно узнать много нового и интересного. Просто надо знать, какие книги читать и что смотреть в инстаграме. Многие в комментариях советуют книги разные. Получается, если бы у меня не было инстаграма и друзей, мне бы не посоветовали книгу, и я бы ее не прочитала. Вот даже как.

В моей школе в Майами запрещено пользоваться телефоном. Никто их не носит в школу. Но я ношу — родители не разрешают ходить без телефона. В Москве наоборот. Все ходят с телефонами, но на первом уроке складывают их в большую коробку на стол к учителю. И берут, только если ну очень надо. Что-то болит, например. Моей подруге Аксише запрещен не только инстаграм, но и телефон вообще. Но она от этого не страдает. Всегда веселая.

Тоня Худякова с другом Яном в Форте-деи-Марми, 2016Тоня Худякова с другом Яном в Форте-деи-Марми, 2016

Я не знаю, почему у меня много комментариев и лайков. А их много? Я просто не знаю, сколько много и сколько мало. 

Мне кажется, взрослые не всегда выкладывают и пишут все, что думают. Они такие занятые, им некогда. У всех работа, семья, у кого-то еще питомцы. Взрослым быть очень трудно.

Мне не нравится слово «популярная». Я не популярна. Просто у меня много друзей. Родители считают, что не важно, сколько подписчиков, лайков и комментариев. Я тоже так думаю. У кого-то миллионы подписчиков и ни одного друга. А у кого-то десять человек, и все друзья. Я бы хотела, чтобы у меня были только друзья. 

В других соцсетях меня нет. Есть врунишки, которые делают вид, что это я. Самое ужасное, что они плохо делают вид. У них много ошибок в тексте, они грубо отвечают людям и выкладывают небылицы. Например, кто-то выложил фотографию как бы моей гардеробной. Просто фотка чужая из интернета. Мне обидно. Я бы никогда не выложила фотографию своей гардеробной. Это неприлично! 

Мне не ставят ограничений по времени, которое я провожу в телефоне. Я сама не успеваю много сидеть. У меня куча пропущенных звонков и сообщений, я вечером проверяю. Иногда просто выложу фотографию — и все. Даже не успеваю ничего посмотреть. И не всегда отвечаю на комментарии. Мне стыдно. Я знаю, что это невежливо.

Тоня Худякова

Мое расписание в Москве и Америке очень похоже. Утром всегда тренировка — ОФП или бассейн. В Майами на пляже бывает workout или йога. Или пробежка, но бегаю я медленно. В США я сама встаю. А в Москве, особенно зимой и осенью, меня будят два будильника. Один не справляется. Потом школа. Обедаю я в машине, у меня специальные розовые контейнеры, в них даже суп не проливается. Потом тренировка по спортивным бальным танцам. Потом я делаю уроки. На них супер-мало времени. Я должна писать очень быстро и красивым почерком. Успеваю только русский с математикой, а все устные предметы делаю в машине. Некоторые письменные задания по американской программе тоже делаю в машине. Там красивый почерк не засчитывается, можно писать простым карандашом и печатными буквами. После уроков час растяжки. Потом душ и спать. Ложусь я рано, часов в девять–полдесятого. Поэтому младший брат Марк меня дразнит. Говорит, что я "малышня". В выходные по утрам я хожу в музеи — Третьяковку и Пушкинский. После на живопись или рисунок. В субботу есть тренировка, в воскресенье — отдых. Иногда на неделе удается позаниматься музыкой и художественным словом.

К работе родителей я отношусь хорошо. Я не против, что мой папа — режиссер, а мама — продюсер. По-моему, это хорошая работа, но очень тяжелая. Иногда они сутками снимают. Им бывает холодно, если съемки на улице зимой. Или, наоборот, жарко, когда снимают в Лос-Анджелесе или Майами. И тогда мне их очень жалко. Когда они снимали фильм, их вообще не было дома. Я больше так не хочу. Мне без них очень грустно. Реклама или клип снимаются быстро, за день, два или три. А фильм — это все. Не видать родителей как своих ушей.

Хотела бы я быть режиссером или продюсером? Не знаю. По-моему, это очень нервная работа. Я бы лучше сценарии писала. Но это если меня не возьмут в ихтиологи.

В танцевальном клубеВ танцевальном клубе

Когда мне будет двадцать, я не буду жить одна. Я всегда буду жить с родителями. Я им обещала. Даже когда выйду замуж, мы будем жить все вместе. И Марк тоже. Он сказал, что никогда не женится, но обязательно заведет свою собаку. Еще с нами будет жить мой старший брат Сережа с семьей, моя любимая Эмили и все бабушки с дедушками.

В двадцать лет я буду ходить в университет. Всей семье придется переехать поближе к Гарварду или Йелю. Но это если меня туда возьмут. Надо быть слишком умной. Наверное, бабушки и дедушки будут совсем старенькими, и им надо будет много помогать. И, наверное, надо будет помогать Сереже с детьми. Времени больше ни на что не хватит.

Я всегда буду жить с родителями. Я им обещала. Даже когда выйду зауж, мы будем жить все вместе.


Я очень люблю музеи. Просто обожаю. Может, потому, что там высоченные потолки. И еще там очень тихо. Кроме National Gallery в Лондоне. Там всегда супер-много людей. И в Лувре тоже. Больше всего мне понравилась National Gallery of Art в Вашингтоне — просто дворец, а не музей. Там есть залы с гигантскими фонтанами и даже внутри растут деревья. И вообще никого нет. Еще я очень люблю разные музеи современного искусства. Там много всяких интересных штуковин. Мне нравится Getty в Лос-Анджелесе, потому что там большой сад и туда идет поезд без машиниста. И сам музей необычный, большой и светлый. Мой любимый — MoMA в Нью-Йорке, потому что там висит "Звездная ночь" Ван Гога. Но тоже очень много людей. Зато есть классный магазин, где мне купили плюшевых Ван Гога, Пикассо, Дали, Моне, Уорхола и Фриду Кало. Недавно Эмили съела Дали. Это ужас. Надо лететь обратно и искать нового. Еще я обожаю National History Museum и в Нью-Йорке, и в Лондоне. Многие видели их в фильме «Ночь в музее». Взрослым там редко нравится. В Москве мне больше всего нравится Третьяковка. Не на набережной, а другая. Сейчас я прогуглю. Нашла. Которая в Лаврушинском переулке».

5 правил поведения в инстаграме от Тони Худяковой

  1. Я не выкладываю много фоток, потому что неудобно. В ленте у других будет много меня, это как-то невежливо.
  2. Селфи тоже не люблю. Получается, я собой любуюсь и себя фотографирую, это странно. Да и фоткать их толком не могу. Когда я сказала родителям, что мне надо научиться делать селфи, я осталась без телефона на три дня. Ужас что было.
  3. Я никогда не отмечаю одежду. Если буду писать об этом, получится хвастовство. Отмечаю, только если это подарок и я хочу за него поблагодарить. Не поблагодарить за подарок — невежливо.
  4. Мне часто предлагают что-нибудь рекламировать. И платить мне за это. Но я не хочу. Если я напишу в инстаграм про что-то, а оно окажется плохим, ведь виновата буду я. Получается, что я всех обманула. Какие-то чехлы для айфонов, украшения, часы, мебель, цветы, одежду, маникюры и что-то про брови и ресницы (я не понимаю что) и даже курсы английского языка. Как я могу рекламировать курсы английского языка? А если кто-то туда пойдет и его ничему не научат?
  5. С другой стороны, я раньше жила в доме, где внизу есть аптека. Там на кассе две коробочки. В одну собирают деньги на лечение мальчика, а в другую — для животных, которым негде жить. Обычно все, что у меня есть, я отношу туда. Но так как коробочки стоят давно и их не убирают, значит, денег не хватает. И туда можно было бы отнести деньги от рекламы.


Источник фото: Mark Leibowitz; архив Tatler. Прическа и макияж: Samantha Fryling/Art department. Цифровая обработка: Christine Hilberg. Ассистент фотографа: Michael Freman. Продюсеры: Яна Севастьянова, Monae Caviness/Jones MGMT

Читайте также

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь