Александр Цекало: «Сейчас всплеск российских сериалов, и эту волну гоню я»

Ким Белов
1 Июня 2017 в 12:00

Александр ЦекалоАлександр Цекало

Двадцать лет назад он был потешной эстрадной звездой, а теперь продюсер лучших в стране ТВ-шоу с планами в Голливуде.

О чем рассказать сначала — о сделке с Netflix или о еде? Пожалуй, лучше о еде. Депо метрополитена, где Tatler организовал съемку, выглядело не самым уютным местом для двухчасового интервью, и мы с Сашей переместились в ближайший ресторан. Им оказался «Марио» на Климашкина. За годы рабочих встреч с Цекало у меня выработался рефлекс, как у собаки Павлова: если идем куда-то, там обязательно можно будет хорошо поесть. Мы обсуждали пилот русской версии сериала «Отбросы» (был снят, но сезон не заказан) в «Сумосане» на «Киевской». Во время съемок в Питере первой серии «Гоголя» я в компании Цекало первый раз в жизни оказался в Duo. В «Твиге» в Форте-деи-Марми Саша учил меня пить шейкерато — холодный взбитый двойной эспрессо. В общем, «Марио» как нельзя лучше подходил для нашего обычного времяпрепровождения — разговора о сериалах.

Это тема, на которую Цекало может разговаривать часами. А возможно, и целыми днями, я не проводил эксперимент. Впрочем, скорее всего, днями не сможет — нужно будет сделать перерыв, чтобы посмотреть новые сериалы. Если Саше прислать вечером название какой-нибудь новой драмы, к утру хоть пару серий он гарантированно посмотрит. Запоем, днем и ночью, дома и в машине. Здесь просится дидактическое соображение, что лишь такой одержимый предметом человек может достичь настоящего успеха. Цекало почти как Кевин Файги, великий голливудский продюсер, который знал наизусть все о сотнях героев комиксов и, в частности, благодаря этим знаниям смог превратить фильмы о супергероях в главный жанр мирового кино. Безум­ная страсть к сериалам привела Сашу к одному из главных пока достижений в карьере — осенней сделке с Netflix.

Что такое Netflix? Сайт DVD-проката, выросший в компанию стоимостью тринадцать миллиардов долларов. Люди, порвавшие все привычные телевизионные шаблоны, выложив однажды целиком сезон «Карточного домика». Дисрапторы, определяющие — вместе с Amazon и более традиционными HBO и FX — будущее индустрии развлечений. Цекало первым из российских продюсеров продал Netflix российский сериал. Теперь «Мажор», полицейская драма режиссера Константина Статского с Павлом Прилучным в главной роли, доступен (в оригинале, с английскими субтитрами) семидесяти миллионам подписчиков Netflix.

До сериалов у пятидесятишестилетнего Александра ­Цекало была совершенно другая, мегауспешная карьера. Вы все о ней знаете. Музыкант, эстрадный певец, актер, театральный и кинопродюсер, ведущий. Эстрада: «Ты отказала мне два раза, «не хочу» сказала ты» кабаре-дуэта «Академия». (В райдере Саши стояло требование: он не ужинает с руководством города, где проходит концерт.) Кино — от «Ландыша серебристого» Тиграна Кеосаяна до проектов «Квартета И». Мюзиклы: «Норд-Ост», «12 стульев». Телепередачи: «Большая разница», «Прожекторперис­хилтон».

Кабаре-дуэт «Академия» (1990-е)Кабаре-дуэт «Академия» (1990-е)

Практически на каждом этапе Саше приходилось преодолевать, скажем так, сопротивление среды. Он этот факт сначала отрицает («всем трудно»), но потом начинает рассказывать.

— Когда я приехал в Москву в 1989 году, то продвигал все виды своих творчеств. Бегал за режиссером программы «Веселые ребята» по «Останкино» и говорил, что я тоже веселый, возьмите меня! Он отворачивался: «Простите, я сейчас с монтажа бегу на площадку...» Все те случаи, когда мои предложения отклоняли, привели к тому, что теперь мне очень трудно отказывать, когда мне что-то предлагают. Я все читаю и все слушаю. Во-первых, я помню, как было со мной. Во-вторых, можно действительно пропустить что-то талантливое.

Свой первый сериал «Обратная сторона Луны», научно-­­фантастическую драму с Павлом Деревянко в роли полицейского, переместившегося в СССР, компания Цекало «Среда» сняла в 2012 году.

— Когда я перешел с СТС на Первый канал, — говорит Саша, — в планах было производить и сериалы, и программы. Но какие сериалы, я не знал. Работавший тогда у меня редактор Анд­рей Леонов сказал: «Посмотри британскую «Жизнь на Марсе» 2006 года». Там герой путешествовал во времени из наших дней в 1976 год. Я посмотрел и увидел, как можно это интересно сделать у нас — путешествие из современной России в Советский Союз. Ну а когда «Обратная сторона Луны» получилась, стало интереснее еще что-то попробовать.

Но получилась «Обратная сторона Луны» не сразу. В Цекало как в создателя драматических сериалов поверил, возможно, главный визионер российского ТВ последних тридцати лет Константин Эрнст. Сценарий, правда, лежал у него год.

— Нормальный срок для такой ситуации, — говорит Саша. — С «Методом», например, было потом так же. Когда Костя в итоге позвал меня поговорить, я увидел перед ним распечатанный, потрепанный сценарий всех серий. Потрепанный — то есть, вероятно, прочитанный. Костя стал задавать вопросы по конкретным сериям (тут это слабее, тут это), и я понял, что он и правда прочел. Ощущение, которое я в этот момент испытал, было на уровне оргазма.

— Почему вообще сериалы? — спрашиваю я, пока нам приносят еще кофе.

— Самому мне не удивительно, что я этим начал занимать­­ся, — говорит Саша. — Я еще в юношеском возрасте сильно увлекся поэзией и драматургией. Читал очень много пьес. Прочел все, что есть, вплоть до современных драматургов. А потом так вышло, что со всем этим знанием пошел на эстраду. Начался крен в юмор, в развлечения, этот же курс сохранился в производстве развлекательных программ. А потом, наверное, случилась, как говорят физики, усталость металла.

— Может, это был кризис среднего возраста? Некоторые покупают себе Porsche, заводят любовницу...

— Ага, только я стал вместо Porsche покупать сериалы. Полюбил другой жанр, предал свои прежние долгие отношения с шоу-бизнесом... Люди так или иначе начинают заниматься тем, что у них получается лучше всего. Я вот перестал ­продюсировать кино, потому что есть люди, которые в этом гораздо лучше ме­ня. У меня стали получаться сериалы, я хочу их делать, хочу здесь быть одним из лучших. Публичности при этом не хочу. Очень много зрителей понятия не имеют, что я продюсер того или иного сериала. Кто титры читает? Но мне просто в кайф этим ­заниматься.

Продюсер Цекало выбрал довольно непростую стратегию в работе. Почти каждый его сериал, что называется, сшит вручную. Потокового производства в «Среде» факти­чески нет. Сам Саша довольно плотно вовлечен на каж­дом этапе.

— Лишь на постпродакшене я занят меньше всего, просто отсматриваю материал, — говорит Цекало. — Но вот в разработке, написании синопсиса, потом сценария участвую всегда. Придумывать мир героев очень интересно. И придумать так, чтобы этот мир дальше мог жить.

Цекало начинает заниматься проектом, если чувствует, что в нем есть что-то новое, необычное:

— Мы так относимся к каждому сериалу. Прорваться, освоить новый жанр.

Из «Саранчи» получился эротический триллер с Паулиной Анд­реевой и Пет­ром Федоровым; сначала вышло кино, потом четырехсерийный мини-сериал. «Мажор» (Павел Прилучный играет заносчивого папенькиного сынка, которого этот самый папенька в наказание ссылает работать в обычное отделение полиции) ко второму сезону вырос в самый популярный сери­­ал 2016 года в России. «Клим» (адаптация британского «Люте­­ра» с Константином Лавроненко в роли следователя) и «Метод» (Константин Хабенский ловит маньяков, сам будучи маньяком) в придачу к рейтингам насобирали для «Среды» полную кошелку ­цеховых наград.

Павел Прилучный в сериале «Мажор»Павел Прилучный в сериале «Мажор»

Путь сложный, и на нем, естественно, встречаются кочки и ямы. Например, не был заказан второй сезон — это на ТВ всегда считается неудачей — сериала «Фарца» про советских ­фарцовщиков, единственного проекта, где Саша указан в качестве сценариста.

— Рейтинг был не катастрофическим, но канал рассчитывал на большее. Знаешь, актеры из «Фарцы» продолжают дружить до сих пор, как актеры какого-нибудь «Властелина колец». Собираются, вот недавно меня звали. Тот факт, что они продолжают дружить, я считаю для себя таким напоминанием: значит, я не доказал каналу, что надо продолжать. Мы написали и переписа­­ли второй сезон, у меня скопилось огромное количество материала на эту тему, невероятных авантюр, приключений. Это был для нас такой вот «Крестный отец», «Клан Сопрано».

Или второй сезон «Обратной стороны Луны». Продолжение дебютного хита Цекало должно было стать еще более ярким: здесь главный герой из нашей реальности попадал в будущее, в котором Советский Союз не развалился. Коммунизм плюс смартфоны — для довольно большой части россиян именно так представляется идеальный мир. Тем не менее рейтинги оказались настолько неудовлетворительными, что Первый канал да­же не показал второй сезон целиком.

– Мне это явление еще надо самому изучать, – говорит Са­ша. — Почему это не пошло? Можно говорить все что угодно. Возможно, утопии и антиутопии — еще не работающий у нас жанр. Мне этот сериал нравится. Но это мое мнение против мнения зрителей. А решение, показывать дальше или нет, должен принимать канал, как рефери. Параллельно на «России» шел в это время шестнадцатый сезон «Тайн следствия» с очень хороши­ми цифрами. Значит, в этой битве «Обратная сторона Луны» проиграла «Тайнам следствия», которые мне, может быть, лично не так близки, но я должен уважать мнение зрителя и решение канала. Значит, где-то что-то было сделано не так.

Почти все, кто работает на ТВ, «сидят на цифрах» — испы­тывают острую эмоциональную зависимость от рейтингов программ и маниакально за ними следят. Каждое утро сотрудники каналов первым делом открывают таб­лички со ­вчерашни­ми (по Москве) и позавчерашними (по России) показателями своих эфиров.

— Это ужасное, гнетущее чувство, — говорит Саша. — При этом как пойдет сериал зависит от огромного количества факто­ров. Угадал ты с главным героем или нет? Будет ему зритель сопереживать или нет? Зацепит — не зацепит? А еще си­­туа­ция в стране, в мире. Не дай бог, какая-то трагедия случилась. Или канал-конкурент тоже поставил на это же время свою премьеру. Сидишь и ждешь цифры, понимая, что ты раб этих показателей, от них зависит твоя будущая жизнь, потому что, если ты производишь неуспешные сериалы, при самой тесной дружбе канал перестанет с тобой работать, даже если самим сотрудникам канала этот сериал нравится. Конечно, меня интересуют цифры! Потому что меня интересуют зрители: попало или не попало. Когда интерес совпадает, это ­невероятное ощущение.

Возможно, в области драматических сериалов второй сезон «Обратной стороны Луны» можно считать одним из самых неудачных проектов продюсера Цекало. Но по времени эти события разворачивались примерно тогда же, когда произошел и один из самых удачных — сделка с Netflix. С одной стороны, это все довольно будничная производственная история. Европейский производитель сериалов хорошего качества (компания «Среда») много-много работала, ее руководство ездило на телерынки, продвигало себя всеми возможными способами, и однажды на хороший товар (сериал «Мажор»), как это почти всегда бывает, нашелся хороший купец.

С другой стороны, для России это новая история. Русские люди смотрят практически только русские сериалы — любой иностранный блокбастер вроде «Игры престолов» в секунду оказывается на лопатках при первых же звуках заставки «Гречанки». Но в мировом сериальном контексте мы очень долго были дремучей провинцией, куда столичные идеи приходят с опозданием на несколько лет. Но в последние годы ситуация меняется. Немцы сделали свою версию ситкома «Папины дочки». Мистический хоррор ­«Мои­­ми глазами» нашел вторую жизнь в виде адаптации на американском канале «Фокс». Лучше всех на международной арене за честь флага пока постоял сериал «Кухня», у которого по­яви­лись греческая, эстонская, грузинская версии. Но на таком уровне, как у «Среды» с Netflix, сотрудничества не было ни у кого. В итоге кроме «Мажора» американцы купили еще пять сериалов Цекало: «Метод», «Фарцу», «Саранчу» и два пока не вышедших в эфир в России — авантюрную драму «Спарта» и детектив «Территория».

Петр Федоров и Паулина Андреева в сериале «Саранча»Петр Федоров и Паулина Андреева в сериале «Саранча»

— На первых переговорах продюсеры были ­насторожены. Было впечатление, что они вообще не знают, что в России можно качественно что-то производить. Президент Sony Distribution сначала выделил нам на встречу двадцать минут, но в итоге мы просидели два часа, в течение которых он с расширенны­­ми зрачками смотрел фрагменты разных наших ­сериалов и не ­верил, что мы производим их за такие небольшие деньги. Серия «Мира Дикого Запада» может стоить десять миллионов долларов, серия «Игры престолов» — пять миллионов. В наших реалиях это максимум пятнадцать миллионов рублей.


В американской индустрии Netflix вызывает противоречивые чувства у коллег. Компанией восхищаются, но ее же и не любят. Netflix не раскрывает цифры рейтингов, вкладывает огромные деньги в производство и вообще по-всякому старается раскачать лодку и перепилить сук, на котором сидит. Сашина оценка еще более жесткая.

— Их все ненавидят. Потому что они агрессивные, дерзкие, ворвались на этот рынок, возмутили очень многих. До сих пор люди на встречах говорят: «Да мы вообще не знаем, сколько людей их смотрит!» Но при этом до «Карточного домика» у Netflix только в Америке было тридцать миллионов подписчиков, а сейчас там же сорок девять миллионов. Каждый платит около десяти долларов в месяц, и в целом, понятно, вырастают гигантские деньги. Они уже построили свою студию и сами производят прекрасные сериалы.

Я замечаю: все эти эпитеты — «агрессивный», «дерзкий», «вор­вался на рынок» — можно адресовать и самому Цекало. Это его принцип: ворваться и поменять все под себя. Саша соглашается.

— Мы об этом с ними говорили, кстати, — смеется он. — Я им говорю: был скандинавский всплеск, был израильский всплеск, а теперь будет всплеск российский, и эту волну гоню я! Готовьтесь, сейчас на рынок придут русские идеи, и у вас есть возможность их первыми использовать. Они говорят: «Какой ты дерзкий, откуда ты взялся вообще?»

Распорядок дня продюсера Цекало такой. Ранний подъем. — Я мало и не очень хорошо сплю, — говорит он. — Но уже нашел в этом прелесть. Дети уезжают в одно и то же время, примерно в восемь утра: дочка в школу, сын в детский сад. Соответственно, я встаю в семь — семь пятнадцать, чтобы их увидеть. Проводив детей, отправляюсь в офис или на встречи. Съемок в Москве очень мало. «Метод», например, снимался в Нижнем Новгороде, второй сезон «Мажора» — в Питере.

Сашиной дочери Александре — восемь, сыну Михаилу — четыре. Цекало девять лет женат на Виктории Галушке, тридцатидвухлетней младшей сестре певицы Веры Брежневой. Семью он называет «главным вдохновителем».

— К сожалению, я не могу пока показать свои сериалы детям. И мне надо очень долго жить. Вообще в России надо очень долго жить, чтобы чего-то добиться. А я должен увидеть, как дети посмотрят мои сериалы, и услышать, что они про них скажут. Вот, например, когда я озвучивал Рэда в «Энгри бердc», тогда да, все дети сидели в кинотеатре, и Миша громко говорил: «Это мой папа!» А слово «продюсер» они знают, но пока не до конца понимают, что это.

Александр Цекало с женой Викторией Галушко и дочкой АлександройАлександр Цекало с женой Викторией Галушко и дочкой Александрой

Деньги у Цекало уходят на путешествия. В Италии, где он с семьей отдыхает каждое лето, получается встраивать в расписание спорт: велосипед, беговую дорожку, бассейн. В Москве он этого лишен: «Москва же вообще не для здоровья. Тут все вредит здоровью: и воздух, и экология, и еда».

— Одежда для меня не является пунктиком. Машины я не меняю, вожу одну и ту же, пока она не перестает ездить. ­Квартиры, дома не покупаю, на это нет денег. У меня есть ка­кие-то часы, разные и хорошие, я их не ношу: мешают. Хотя я понимаю, что часы — это примета статуса. Я даже когда поехал в Америку на первые переговоры, взял их с собой. А потом подумал: если тебе есть что показать, показывай, что у тебя есть. Часы — это достижение других производителей.

Еще одним достижением Цекало в этом году должен стать сериал «Гоголь». Звезда «Притяжения» Федора Бондарчука и цекаловской «Фарцы» Александр Петров играет молодого писателя Гоголя, расследующего мистические преступления, на основании которых позже создаст «Вечера на хуторе близ Диканьки». В роли его наставника — Олег Меньшиков, это редкий вираж звезды Театра Ермоловой в сериалы.

Идея родилась у Саши почти четыре года назад — по схеме «что было бы, если бы Гоголь был детективом». За время пути на телеэкран собака, с одной стороны, успела подрасти (появилась возможность выпустить сериал в кинотеатрах), с другой — переехала на ТВ-3. Я был одним из авторов сценария пилотной серии и мог наблюдать, с каким упорством Саша движется к цели. В парадоксе о неостановимой силе, натыкающейся на непреодолимое препятствие, Цекало, безусловно, та самая неостановимая сила, вода, которая точит камень. Особенно показательный проект — снятый разными режиссерами сериал «День до» о том, что могло бы происходить с людьми, если бы они узнали, что завтра конец света. Придумав этот необычный для России формат, Цекало в течение нескольких лет искал для него инвес­торов, находил, терял и в итоге довел до выполнения, по ходу переделав, правда, «День до» из сериала в полнометражный фильм.

— Когда поймешь, что можно расслабиться? — спрашиваю я.

— Есть прекрасная фраза Константина Эрнста: «У телевидения нет вчерашних успехов», — говорит Саша. — Все время нужно доказывать. Никакие прошлые регалии ничего не дают. Одна из целей — произвести в Америке сериал с американскими актерами. Но когда я это сделаю, я знаю, что дальше мне все равно будет мало. Захочется, чтобы он был принят публикой, получил награды, хорошие продажи по всему миру. Хочется все и сразу, и чтобы всего много.

Александр ЦекалоАлександр Цекало


Источник фото: Слава Филиппов, кадры из сериалов

Читайте также

Битва платьевКому платье Galia Lahav идет больше?

  • Эллисон Уильямс
  • Стефани Сигман
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь