Джессика Альба — о том, как она заработала свой первый миллиард

Дерек Бласберг
6 Апреля 2016 в 10:05

Джессика АльбаДжессика Альба

В девятнадцать лет в жизни Альбы случился сериал «Темный ангел», посредством которого режиссер Джеймс Кэмерон сделал из девочки без связей человека. Сейчас девочке тридцать четыре. Двое детей, муж и компания, которую оценивают в 1,7 миллиарда долларов. И никаких переживаний по поводу того, что променяла высокое искусство (не до конца, впрочем, — в августе у нее выходит продолжение «Механика» с Джейсоном Стэтхэмом. — Прим. Tatler) на мир чистогана. Джессика Альба с самого начала воспринимала гол­ливудскую карьеру как одну из форм бизнеса, не более того.

Над парковочным местом около офиса в Санта-Монике висит ярко-зеленая табличка с ее именем. The Honest Company — лос-анджелесский стартап, выпускающий гипоаллергенные товары для детей и домашнего хозяйства, — делит помещение с гигантом Yahoo. Альба всю жизнь подчинялась трудовой дисциплине, играла и добрую хип-хопершу в молодежной ерунде «Лапочка», и стриптизершу с железной волей в «Городе грехов», но с началом деловой жизни превратилась в натурального маньяка тайм-менеджмента. Она мне назначила экскурсию на пятнадцать часов тридцать две минуты! Я не опоздал. А сейчас пытаюсь понять, что я делал с этой женщиной в течение последующих двадцати шести минут. То ли пытался заглянуть в душу самого экономного в мире предпринимателя. То ли наблюдал величайшее шоу в ее актерской карьере.

Джессика поставила свой рабочий стол из кобальтовой стали в гигантском открытом офисе, вмещающем далеко не всех из ­пятисот ее сотрудников. Они улыбаются. На вид больше двадцати им не дашь. «В основном мы нанимаем людей, только что окончивших колледж», — объясняет мне Альба, которая на фоне этой молодежной дискотеки выглядит почти взрослым человеком. Рядом с компьютером огромными стопками сложены подгузники с картинками. «Это «Парижская коллекция», — и мы вместе смот­рим на французский флаг, Эйфелеву башню, французского бульдога, который говорит «Ле гав!». Альба одобряет подгузники, но упаковка цвета лосося ее смущает — родители мальчиков сочтут ее слишком женственной. На стене развешаны варианты нового логотипа, каждый своего оттенка персикового. Но про них мадам собирается поговорить чуть позже. Она ведет меня в уютную, слабо освещенную ароматическими свечками комнату, где ее сотрудницы могут, не стесняясь, сцеживать молоко. Идем дальше и слышим обрывки разговора о Неделе моды в Нью-Йорке. Альба хотела устроить там лаундж для редакторов, чтобы по-быстрому делать им макияж и массаж, но теперь сомневается, стоит ли тратить двадцать пять тысяч долларов на возможность контакта с этими чудесными людьми. Логично, если учесть, что каждый ее пост в Instagram видит шесть миллионов подписчиков — расходов меньше, эффекта больше.

«Эй, а где музыка? Где РиРи и 'Йонсе?» — Джессика максимально громко оповещает фотостудию о своем приходе. Я про себя расшифровываю слова как «Рианна» и «Бейонсе». Красивая, очень веснушчатая модель, в которой смешались, кажется, все возможные расы, позирует для рекламы средств по уходу и румян. Альба хвалит ее «модную красоту». Потом смотрит на часы и стремительно сворачивает нашу экскурсию, хотя планировались еще шоу-рум, креативный отдел и отдел связей с потребителем, где сотрудники ежедневно отвечают на три с половиной тысячи звонков и писем.

Джессика Альба

Ровно в 3:58 Альба оборачивается ко мне и вежливо говорит: «Прошу прощения, но люди, с которыми я договаривалась на четыре, уже здесь».

Режиссер Джеймс Кэмерон («бог киноиндустрии», как он сам себя называет) делает вид, что не удивлен успеху  The Honest: «Скажи мне кто в первый день нашего с ней знакомства, что Альба станет миллионером, я бы ответил: «Верю». Когда собирались снимать «Темного ангела», продюсерская компания Кэмерона устроила кастинг. Пришла почти тысяча актрис, но режиссер выбрал Джессику. Что-то ему приглянулось — скорее всего, гламурная манера напрягаться по любому дурацкому поводу и не понимать шуток. «Она носилась по студии, размахивая волосами. Что ни скажет, все с вызовом. Но когда на нее наводили камеру — бам! — преображалась в роскошного панка». Альба себя того времени оценивает как задумчивого, не готового к жизни подростка — еще бы, у крошки даже рекламы конфет Jell-O в портфолио не было, а тут такое кино.

«Темный ангел» — сериал о будущем (на тот момент 2009 год был будущим), Альба играет там генетически модифицированного суперсолдата, сбежавшего из секретной лаборатории. «Это был фильм на сто двадцать пять миллионов долларов, а мы всю работу взвалили на хрупкие плечи подростка, — говорит Кэмерон. — И она пахала как трактор, не фальшивила». Альба работала на съемках в Ванкувере по восемьдесят шесть часов в неделю, часть трюков сделала без каскадера и, если верить Кэмерону, «никогда не поднимала лапки, если на нее наезжали. Такая маленькая, а уже с принципами».

Джессика Альба в сериале «Темный ангел»Джессика Альба в сериале «Темный ангел»

Отец Альбы, Марк, служил в Военно-воздушных силах США и таскал за собой семью по Америке — сначала в Миссисипи, потом в Техас. В итоге осел в Южной Калифорнии, где открыл агентство недвижимости. Но говорит Джессика только про свою маму Кэти, причем с большой гордостью: «Нет профессии, которую бы она не попробовала. Работала менеджером в кинотеатре, ходила в школу косметологов, была барменом, официанткой, а потом — моим агентом». В прошлом году Кэтрин присоединилась к The Honest — в должности старшего бренд-тренера обучает торговых партнеров.

Когда Альбе было одиннадцать, большая часть ее семьи — брат, четыре кузена, тетя с сестрой и ее парнем, мама — пошли на открытый конкурс в Beverly Hills Studio. Там была огромная толпа, но только Джессике в качестве награды оплатили год обучения актерскому мастерству. Год она ужала до одного лета — чтобы не прогуливать школу.

Детство актрисы было ознаменовано двумя моментами. Болезнями (Альба сейчас называет их астмой и аллергией), из-за которых ее много раз укладывали в больницу. И страстным желанием оставить после себя след в мире, что в возрасте двенадцати лет сделало ее новообращенной христианкой — упрямой, как все неофиты. «Я искала смысл, — Джессика объясняет мне, что она делала в консервативной молодежной христианской группе. — Я хотела жить не просто так». Но в семнадцать «устала от ограничений и четких названий для всего на свете». В тот год она ездила в Вермонт на мастер-класс по актерскому мастерству и там влюбилась в балетного танцора-трансвестита: «Бисексуала, у него был ребенок. Я чувствовала, что этот человек ни при каком раскладе в ад не пойдет». Она впервые столкнулась с творческими людьми и была очарована — это ее мир, ее компания: «В конце первого же дня мастер-класса я уже чувствовала, что Бог есть любовь и каждый человек прекрасен».

Вернувшись в Калифорнию, Джессика дала себе обещание: «Если к тому времени, как мне исполнится восемнадцать, я не найду крутую работу, то вернусь обратно в школу». Следуя плану, она снялась в сериале «Темный ангел» и стала строить кинокарьеру как «свой собственный голливудский бизнес». Добилась участия в больших франшизах — в «Городе грехов», «Фантастической четверке» и «Знакомстве с Факерами 2». Дала строгое указание пиарщику: за каждую фотографию своего тела в мужском журнале она хочет видеть себя в трех женских. «Люди сомневались в том, что я хорошая актриса. Это стимулировало меня двигаться дальше. Я боялась стать похожей на вечно улыбающихся девочек из комиксов».

Голливуд, кстати, был не единственной средой, которая недооценивала Альбу.

На бизнес-конференциях историю The Honest Company пе­ре­дают из уст в уста  и задыхаются от зависти. Во время первой беременности (сейчас у Альбы уже две дочери от продюсера и инвестора с дипломом Йеля Кэш Уоррена) Джессика устроила вечеринку — и друзья подарили ей кучу детской одежды. Постирала все порошком, который ей посоветовала мама, и покрылась крапивницей. У акт­рисы случилась истерика: «А вдруг у моей дочери анафилактический шок, а я даже не знаю об этом? Вдруг у нее отек гортани? Я так перепугалась, потому что все детство провела под угрозой задохнуться». В ту же ночь Джессика прогуглила названия всех ингредиентов, содержащихся в порошке, — некоторые из них токсичны, но относятся к категории «парфюмерные отдушки». И придумала себе миссию: «Создать линию эффективных и безо­пасных детских товаров, у которых будет все хорошо с дизайном. И ценой — они должны быть доступны всем». Отличная идея, благородная. Дочь она, кстати, не мелочась, назвала Онор, что переводится как «честь».

Альба наняла писателя Кристофера Гевигана, чья книга «Здоровые дети — здоровый мир» содержит длинный список вредных, но часто использующихся в бытовой химии веществ. Он стал консультантом компании, а Джессика тем временем продолжила копаться в интернете — и выяснила, что Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств Министерства здравоохранения США запретило чуть меньше дюжины вредных химикатов, в то время как в Европе признано небезопасными больше тысячи трехсот.

В 2011 году актриса поехала в Вашингтон — лично уговаривать членов конгресса пересмотреть закон о токсичных веществах. Она ждала вторую дочь и уже приготовила для нее имя — Хэвен, то есть «небеса». Бизнес все еще выглядел, мягко говоря, никак, и муж познакомил Джессику со своим другом детства, Брайаном Ли — инвестором и сооснователем LegalZoom.com (который в 2014 году у него перекупят за двести миллио­нов долларов). Ему идея Альбы не понравилась. Два других потенциаль­ных спонсора тоже не заинтересовались, но Альба была упорна. «Актрисам часто отказывают, это часть профессии», — объясняет она.

Однако через год с чем-то у Брайана Ли появился собственный ребенок, и его жена начала как сумасшедшая искать гипоаллергенные чистящие средства для дома — послеродовое безумие часто принимает такую форму. Брайан посмотрел на все это — и решил, что ниша на рынке есть.

В первый же год продажи The Honest достигли десяти миллионов долларов. Притом что в ассортименте были только памперсы и очищающие салфетки. Их доставляли покупателям на дом — или по подписке на месяц. «Закончились подгузники? Это ж как страшный сон!» — Альба пытается обратить меня в свою материнскую религию, я пытаюсь ее понять. В этом году масштаб бизнеса уже другой: сто тридцать пять разных товаров (зубная паста, крем для сосков, витамины, средства для мытья посуды и все такое), четыре тысячи четыреста розничных и интернет-магазинов, сто пятьдесят миллионов выручки. Плюс к тому осенью Альба с партнерами запустили собственный сайт-магазин HonestBeauty.com. В июне, правда, случилась неприятность — против них подали судебный иск, обвинили в том, что новое средство от солнца ни от чего не защищает. Альба сделала выводы: «Мы поняли, что одновременно с запуском товара надо начинать образовательную программу для потребителей». В прошлом году The Honest дорос до статуса «единорог» — на языке венчурного бизнеса это означает, что стартап достиг стоимости в один миллиард долларов за первые пять лет своего существования. И сделал это всего за два года. Они только что открыли филиал в Корее и присматриваются к другим большим рынкам.

Успех The Honest Company дал Альбе платформу, на которую в Голливуде она не смела и надеяться. Джессика мне сама рассказала, что в 2006 году, когда она впервые вышла на красную дорожку оскаровской церемонии, в голове у нее крутилась одна мысль: «Главное — ни с кем не го­ворить слишком долго. А то поймут, что я здесь не своя». Сейчас она не волнуется: «Мне все равно, нравлюсь я людям или не очень». И тут я совершаю роковую ошибку — спрашиваю, как ей удается одновременно быть заботливой мамой и успешной бизнес-леди. Ну просто всех работающих матерей об этом спрашивают... Альба в ярости: «Можно спросить у вас кое-что? Скольким мужчинам вы задавали такой вопрос?»

Муж актрисы, Кэш Уоррен, объясняет, что бизнес избавил Альбу от комплексов по поводу того, что у нее нет высшего образования: «Джессика впервые в жизни уверена, что она умная. Просыпается с мыслью об Honest, засыпает с мыслью об Honest». В прошлом году ее фотография была на обложках журналов Shape и Forbes. Forbes подписал ее как «Самую богатую женщину Америки, которая всего добилась самостоятельно», а в статье сообщил, что Альба стоит двести миллионов и ей принадлежит, по разным оценкам, от пятнадцати до двадцати процентов предприятия. Но сама она категорически отказывается говорить как о личных финансах, так и о финансах компании.

Джессика Альба на обложке Forbes в 2015 годуДжессика Альба на обложке Forbes в 2015 году

«Когда меня спрашивают, куда я еще не инвестировала, но очень хотела бы, я всегда отвечаю: «В Honest», — сказала мне инвестбанкир Кирстен Грин из серьезной компании Four Runner, вырастившей стартапы Bonobos (онлайн-заказы мужской одежды), Warby Parker (интернет-магазин очков с возможностью померить дома и отказаться) и Reformation (модная одежда, производство которой не вредит окружаю­щей среде). Грин считает, что Джессика изменила саму концепцию голливудского бизнеса: он теперь держится не на неприкасаемой звезде, а на ее реальном общении с потребителями. «Звезды должны не просто позировать с товаром в обнимку. И многие из них — Риз Уизерспун, например (она недавно с помощью Кирстен Грин запустила свой бренд одежды Draper James. — Прим. Tatler) – готовы делать как Альба».

У нас с Альбой второе свидание, спустя много недель после моей сюрреалистической экскурсии по офису Honest. Она везет меня огородами района West Hollywood в очень важный для этой небедной местности торговый центр Grove, где ее компания открывает pop up магазин. Это первая собственная розничная площадка бренда, и Джессика хочет сама посмотреть, как работает ее самый реальный из всех реальных секторов. Проезжаем мимо отеля Peninsula — она показывает, где была ее первая квартира. И вспоминает, каково это — быть начинающим предпринимателем: «Будь это легко, все бы подались в бизнес. Нужно быть немножко сумасшедшим, а еще очень упорным и сообразительным. Большинство бросает свою затею, когда сталкивается с первыми же трудностями. Но мы, настоящие, не такие — если нет объездной дороги, мы ее придумаем. Мы пробьем бетон, заложим динамит, но дорогу проложим».

Приезжаем в Grove, и Альба снова входит в образ босса. Ей не нравится, как развешана по стенам живопись. Она протирает тряпкой витрину. Интересуется: «Что там с униформой?» Было решено, что форма у продавцов будет не белой, чтобы не выглядели как стюарды круизного судна. И не черной, потому что так одеваются продавщицы Sephora. Альба зачехлила своих в деним с ног до головы. Наша следующая остановка — кондитерская Sprinkle Cupcakes. Надо убедиться, что безглютеновые десерты для вечеринки по случаю открытия магазина прибудут без опозданий и в лучшем виде. Уже выходим оттуда, и тут Джессика замечает, что постеры на стенах кондитерской, анонсирующие столь важное для нее событие, видно не из всех точек зала. Не меняя начальственного выражения лица, она ставит сумку на пол и сама их перевешивает. Интересуюсь: «Думаешь, Стив Джобс стал бы делать это сам?» «Не знаю, — отвечает Альба и улыбается широко, как учат в Голливуде. — Я все делаю по-своему. My way».

Джессика Альба


Источник фото: Carter Smith

Читайте также

Битва платьевКому платье Galia Lahav идет больше?

  • Эллисон Уильямс
  • Стефани Сигман
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь