Диора Усманова — о новой жизни в роли дизайнера

Ксения Рябухина
20 Февраля 2016 в 20:14

Диора УсмановаДиора Усманова

«Мы с дочкой пришли на какое-то детское мероприятие, где все были нарядные до невозможности. А я всегда одевала ее в неброский Bonpoint, игнорируя лишние рюши. И вдруг моя Мариям говорит: «Я хочу отсюда уехать». На мое «почему» отвечает: «Мама, у меня нет красивого платья». Представляете, ей было всего два годика, она говорить только научилась, а уже чувствовала неловкость, — вспоминает двадцатисемилетняя основательница детского бренда Bibiona Couture Диора Усманова. — Тогда я позвонила своей маме и попросила что-нибудь придумать для малышки».

Сейчас Мариям, дочке Диоры и Бабура Усманова, погибшего в автокатастрофе в 2013 году, четыре. Бибиона — семейное прозвище, его дал папа. Нарядов у Биби уже целый гардероб, и ее бабушка Сайёра Хашимова, которая выглядит всего на год-два старше мамы, так же увлеченно рисует эскизы платьев. Не только для внучки, а для всех желающих повесить в платяной шкаф любимого чада от двухсот до пятисот тысяч рублей.

Когда люди из мира моды слышат слова «детский кутюр», они вежливо крутят пальцем у виска. Считается, что дело это неблагодарное и невыгодное. На одно платье, даже маленькое, уйдет немало метров шантильских кружев, в цену заложат сотни человеко-часов лучших французских мастериц, а дитя через месяц вырастет из шедевра. Или порвет, не успев добраться до утренника в бутике Cartier на Петровке. Даже самые щедрые московские герои Tatler раньше думали, что игра не стоит свеч.

Диора Усманова с дочкой МариямДиора Усманова с дочкой Мариям

А вот в родном для Диоры Ташкенте на красоте никто не экономит. Потому что статья расходов «светская жизнь» — важнейшая в золотоносной республике, где все друг друга знают. На любой праздник для узкого семейного круга (пятьдесят человек минимум) принято серьезно наряжаться. «Мы и детей каждый раз одеваем, — гордится Диора. — За несколько месяцев до события моя мама придумывала платья для девочек нашей большой семьи. Когда решили отметить первый день рождения Биби, я пыталась найти для нее платье, похожее на те, что были у меня в детстве. И не нашла — пришлось снова просить маму сочинить ей наряд. Фотографии, где Бабур держит на руках дочку, такую красивую в этом наряде, для меня бесценны».

Забавно, что королевская одежда действует на самых маленьких эффективнее, чем разговор с самым модным детским психологом: «Когда Биби надевает наши платья, у нее меняется осанка, она совсем по-другому держится — в свои четыре-то года!» Хотя это неудивительно — на нее действует пример ослепительно красивой мамы. Когда Диора, метр семьдесят восемь, на каблуках, с ног до головы в ненавязчивом бежевом Chloé, взлетела ко мне вечером на интервью по лестнице «Симачева», постоянные посетительницы недовольно встряхнули наращенными волосами. «Да я не особенно и стараюсь, — скромничает она, заказывая дополнительную порцию местных кантуччи. — Надела то, что под руку попалось. Видели бы вы мою маму в ее любимом Dior!»

Кстати, о Диоре. Начинающую бизнес-леди зовут Диёра — это узбекское имя, по одной из версий, переводится как «дитя окружающего мира». Но всем нравится его модный вариант. «За границей постоянно спрашивают, мол, не в честь ли Кристиана Диора меня назвали? — говорит Диора. — Я уже устала отвечать на этот вопрос. Киваю и говорю, что да — в честь именно этого дяденьки».

Сначала молодая мать хотела открыть свою Bibiona Couture в Париже. Жить на два города, то есть в бизнес-классе самолета, но передумала. «В Париже у меня через неделю начинается депрессия, — смеется она. — Там скучно, а в Москве хорошо». Впрочем, звание самого скучного города в мире в ее личном хит-параде занял швейцарский Цуг — вскоре после того, как родилась Мариям, Алишер Усманов позвал Бабура работать в местный филиал «Металлоинвеста». «В Цуге вообще ничего не происходит! Самое ужасное, что начинаешь подстраиваться под общество. Какое-то время я походила там с укладкой, а через пару месяцев швейцарской идиллии обнаружила себя в безразмерном свитере и поняла, что могу выбежать из дома в шлепках».

Перед Новым годом на премьеру Bibiona Couture съехалась вся маленькая светская Москва. В особняке на Пятницкой примеряла расшитые жемчугом шифоновые платья дочка директора ММСИ Василия Церетели и дизайнера Киры Сакарелло — девочка с громким именем Империя. В бархатный камзол облачился Гном Гномыч — Саша, сын олимпийского чемпиона Евгения Плющенко и продюсера Яны Рудковской. Его примеру последовали сыновья Снежаны Георгиевой («Золотая Балка») и основательницы Vikiland Виктории Манасир.

«Я боялась, что мы откроемся, а в Москве люди не поймут, — говорит Диора. — Зря боялась — тут совершенно точно случился беби-бум. Какие ночные клубы? У всех детишки!»

Теперь за платьями, как у Бибионы, стоит очередь — столица на своих наследниках решила не экономить. На прошлый Бал дебютанток Tatler детей отправили даже те, кто сами выходят редко — и Дмитрий Песков, и Тина Канделаки. Выводить чудных крошек в свет модно, а это значит, что их нужно серьезно наряжать. «Да-да, — соглашается Усманова. — Я надеюсь, придет время, когда дети будут надевать на праздник кутюрные платья, а не кроссовки».

Чтобы переодеть всех желающих в индпошив, нужно много времени, сил и денег. У Диоры — надежнейший тыл и в Узбекистане, и в Москве, но говорить о своей могущественной родне она не любит. «Если у тебя серьезные родственники за спиной, тебя саму не замечают. А мне очень хочется самой заработать себе имя. Когда про меня пишут, что я чья-то племянница и так далее, получается, что мои скромные старания попадают в тень чужих больших заслуг. Я тоже, если прочитаю, что чья-нибудь дочка выпустила роскошную коллекцию, подумаю, что она просто наняла лучшего дизайнера, а сама ничего не сделала».

Празднование первого дня рождения МариямПразднование первого дня рождения Мариям

Диора не стесняется говорить, что дипломы Ташкентского государственного юридического института и эконом-фака МГУ по специальности «финансовая стратегия» никак не помогли ей строить финстратегию собственного бренда. Но вопросы управления она все равно решает сама — пусть и с ошибками. Летает на выставки тканей, лично отбирает образцы и вместе с мамой обсуждает эскизы. Швеи, закройщицы и технологи у них наемные, а в остальном — самый настоящий семейный подряд. «Я взялась за этот бренд не потому, что мне делать нечего. А потому, что вижу — у мамы огромный талант и потенциал».

Она зря нервничает. Почитаешь сотни комментариев в ее личном Instagram @diora_u и не подумаешь, что кто-то оценивает Диору по фамилии. Наоборот, ее история и то, как она держится после того, как потеряла мужа, помогают жить другим людям. У нее сто тысяч подписчиков. Незнакомые люди обращаются за помощью, просят совета, восхищаются. «Они видят во мне намного больше, чем есть на самом деле, — вздыхает Диора. — Но когда кто-то пишет, что благодаря мне легче пережил горе, для меня это важнее чего угодно материального. Я счастлива хоть чем-то помочь. Отдать свои силы чужому человеку не ради выгоды, а от чистого сердца — я знаю, что это вернется мне стократно».

В тот день, когда погиб Бабур – любимый племянник Алишера Усманова, — весь мир будто замер. «Мне рассказывали, что даже в ресторанах и на улицах Ташкента стихли разговоры, никто громко не смеялся, — вспоминает Диора. — Всех поразила внезапная смерть совсем еще молодого, красивого, успешного человека». Когда мужа не стало, Диору очень поддержала жена Алишера Усманова —мудрейшая Ирина Александровна Винер. «Тогда она взяла меня за руку — и до сих пор не отпускает, — улыбается Диора. — Я думаю, она из тех, кого в этот мир отправляют в качестве учителей. Посидишь с ней, послушаешь ее советы — и летишь вперед на крыльях, безо всяких сомнений».

На автокатастрофу новостные ленты отреагировали жестко — из нескольких имевшихся фактов сочинили историю, что для Диоры и обеих семей обернулось еще большим горем. «Мне было так больно и тяжело. А потом я вдруг подумала: «Что это за люди? Кто они нам?» И мне стало все равно, что они думают. Бабур был благородным, не меркантильным и не избалованным человеком. Очень простой, и все друзья у него были простые. Работал рядовым менеджером в дядиной компании. Я силком не могла затащить его на мероприятия — он любил сам приглашать домой друзей, готовить, накрывать на стол. Муж создавал уют, которого мне сейчас безумно не хватает. Я бы не променяла это ни на какой дворец со слугами, которые все тебе подают на блюдечке. Деньги — это только комфорт, никогда они не принесут тебе счастья. Счастье — внутри».

Спрашиваю, что знает маленькая Биби о папе. Получаю ответ: «Я ей говорю: твой папа — невидимка. Он не такой, как другие папы, он волшебник и умеет летать. Мне кажется, ее нельзя жалеть. Я поэтому и себя не жалею — мое состояние ведь отразится на ней. У нее есть мама, бабушки и дедушки, у нее есть столько всего, чего нет у миллионов детей. И она на самом деле воспринимает папу как всемогущего супермена — и считает, что он круче, чем все остальные папы».

С мамой Мариям повезло не меньше.


Источник фото: Влад Локтев

Читайте также

Битва платьевКому платье Halpern идет больше?

  • Кэти Перри
  • Джованна Батталья
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь