Александра Стриженова: «В 14 лет я уже все про себя знаю»

Ольга Зарецкая
20 Октября 2015 в 17:46

Александра Стриженова в апартаментах ­Габриэль Шанель в Париже на рю Камбон (в шелковом платье Chanel и колье Perle de Rosee из белого золота со шпинелью, лунным камнем, жемчугом и бриллиантами Chanel Fine Jewelry)Александра Стриженова в апартаментах ­Габриэль Шанель в Париже на рю Камбон (в шелковом платье Chanel и колье Perle de Rosee из белого золота со шпинелью, лунным камнем, жемчугом и бриллиантами Chanel Fine Jewelry)

«Это уровень. Это я понимаю». Олег Стриженов, великий дедушка дебютантки Tatler, благосклонно смотрит на светскую активность четырнадцатилетней девушки. На сообщение «Я лечу сниматься в квартире Коко Шанель» старший в династии реагирует со знанием дела. На Сашином языке «я» все еще означает «мы» — вместе с ней в Париж прилетели папа, режиссер и продюсер Александр Стриженов, и выкроившая время между прямыми эфирами на Первом канале мама Екатерина.

Дедушка, народный артист СССР Олег Александрович в Париже первый раз ока­зался в непростом 1956 году — поменял заработанные на съемках «Хождения за три моря» рупии и из Дели свободным туристом переместился на Левый берег. Советский Афанасий Никитин не сбежал — зачем ему эмигрантские галеры? Погулял и вернулся в Москву. Где его не то что не поругали, а немедленно снарядили (вместе с Григорием Чухраем, прадедом  дебютантки прошлого сезона Анны Табаковой) на фестиваль в Канны. Сверхъестественно красивый герой-любовник (Артур в «Оводе», Волконский в «Звезде пленительного счастья») умел жить сам — и сына своего научил. У них это семейное: мама актеров Олега и Глеба Стриженовых окончила Мариинскую гимназию, комбриг-отец работал над осанкой в петербургской ­Николаевской кавалерийской школе.

Очевидно, что воспитание девочки Са­ши на самотек не пустили. Но я все равно боялась оказаться свидетелем крупномасштабной подростковой эскапады. Встаньте сами на ее место в примерочной! Толпа народа выбирает ребенку платье и дает досужие (не нам же танцевать в Колонном зале) советы. Фотограф Паскаль Шевалье щелкает камерой, мы с родителями со всех сторон снимаем драгоценную модель на айфоны и комментируем размер груди. «Извини, папа, меньше она уже не станет». — «Ну, что выросло, то выросло». В кутюрной примерочной на рю Камбон имеются окно и шкаф с большим количеством зеркальных дверей, которые многократно умножают чудную крошку ростом 178 сантиметров. Лагерфельд одевал Кару Делевин и Фаррелла Уильямса — кумиров Саши, которая меньше всего напоминает скромную, придавленную стволом семейного древа гимназистку. Стриженова не скованна, не просит всех выйти — она сосредоточена на работе. Паскаль удивлен: «У нее что, большой опыт съемок?» Да, немаленький. Родители в три месяца поставили ее под прицел объективов — это была реклама детской косметики «Непоседы», — и с тех пор камеры строчат без перерыва. Саша вела на ТВЦ программу «Наши любимые животные», играла в сериалах «Как выйти замуж за миллионера 2» и «У каждого своя война», в фильмах «Самоубийцы», «Любовь-морковь», «Юленька», «Дедушка моей мечты».

В расшитом бисером шелковом платье Chanel Haute Couture и серьгах Ruban из белого золота с бриллиантами Chanel Fine JewelryВ расшитом бисером шелковом платье Chanel Haute Couture и серьгах Ruban из белого золота с бриллиантами Chanel Fine Jewelry

Зависимая актерская профессия — идеальная педагогика для девочки из семьи, которая может многое, практически все. Ребенок не возражает, потому что хочет своей славы: «Когда папа-режиссер говорит мне, что делать, я работаю. Я его актриса и должна слушать этого человека. Когда мама говорит, что в этом ракурсе я буду хорошенькая, а если смотреть вот так, то стану нехорошенькая, она знает, что говорит, — и я ее слушаю. Глупо, наверное, в четырнадцать лет вещать про жизненный опыт, но с их помощью он у меня есть — я про себя все знаю. Вот только когда мама миллиард раз повторяет одно и то же, я начинаю беситься. Но не сильно».

Екатерине Стриженовой, актрисе с дип­ломом по гештальтпсихологии, очень хочется вставить в девичий монолог свое взрослое слово, но она терпеливо ждет паузы, чтобы использовать интервью как возможность серьезно поговорить с дочерью: «Это профессия, в которой дрессировать имеет право только тот, кто тебя любит». И добавляет: «Мне жаль, что я столько пропустила — работала, и рядом с Александрой на съемках были няни. Но сейчас я смотрю на нее с огромным удовольствием: как держится, как говорит по-английски, как работает в кадре».

Про Сашу в полурасстегнутом платье шамаханской царицы на секунду все забывают — родители спорят о своем, о главном. Катя: «Я боюсь своим присутствием помешать процессу». Александр: «Было ощущение, что не боишься. Мешала не боясь». Саша напоминает про свое существование: «Мама дает хорошие советы, но фотограф все видит по-другому. Она мне: руку подними. Он: замри, не двигайся». Только француз Паскаль Шевалье не понимает, почему все смеются.

Саша прилетела в Париж из американского лагеря Long Lake Camp for the Arts, где еще немножко подросла. Родителей не видела целый месяц — и, забравшись к ним в кровать, показывала видео на телефоне и рвалась станцевать, но ее отправили спать — перед съемкой надо отдохнуть. На рассвете папа зашел к дочери в номер с невесть как попавшей в Le Royal Monceau Raffles гитарой и стал будить ее укоризненной песней собственного сочинения — про круассаны. Диетическая тема вообще занимает важное место в творчестве этого человека — он похудел на пятьдесят килограммов и больше не является любимым клиентом магазина Rochester Big&Tall, который одевал Лучано Паваротти и баскетболиста Карима Абдул-Джаб­бара. Русский режиссер Александр Стриженов покинул это роскошное место по причине недостаточного объема талии.

В шелковом платье Chanel Haute Couture и cерьгах Perle de Rosée из белого золота со шпинелью, лунным камнем, жемчугом и бриллиантами Chanel Fine JewelryВ шелковом платье Chanel Haute Couture и cерьгах Perle de Rosée из белого золота со шпинелью, лунным камнем, жемчугом и бриллиантами Chanel Fine Jewelry

В Ask.fm на младшую Сашу огромный спрос — еще бы, это же прямой доступ к настоящей «элитке». Можно ехидно поинтересоваться: «Кем родители работают?» Школьница покорно ответит: «Папа — дворник, мама — учительница». «Дворник» с «учительницей» женаты ровно тридцать лет и три года, и пока «учительница» позирует мужу в квартире Шанель в знаменитом белом шелковом кресле, тот всячески упражняется на тему того, сколько продолжался брак в «Сказке о рыбаке и рыбке» и как долго сидел на печи Илья Муромец.

Семейная печь Стриженовых находится за городом, подальше от шума. В 1996 году там был пожар, но Александр с Екатериной все восстановили — они сильнее обстоятельств. По утрам, если не надо вести «Доброе утро» (в эфире которого она регулярно, на всю страну, будит дочь: «Саша, вставай!»), телезвезда там бегает. Финиширует на соседней улице, у дома своей сест­ры, дизайнера Виктории Андрея­новой — с целью позавтракать. Их дочери — Елизавета Костюкова и Александра — очень дружат, и Лизина фотография в платье Christophe Josse на Балу дебютанток Tatler 2012 года несколько лет не да­вала младшей кузине покоя.

В тех же краях, в акуловском храме Покрова Богородицы, Сашина старшая сестра Анастасия в позапрошлом году венчалась с двухмет­ровым гениальным юношей Пет­ром Грищенко — обладателем кубка теннисного чемпионата Восточного побережья, дип­ломов MIT и Columbia University. Стриженов-папа дал родительское благословение: они с Екатериной венчались там же, и он очень доволен тем, как с тех пор все получается.

Строгие закройщицы кутюрного ателье Chanel, которые на своей работе видели все и всех, но никому ничего не расскажут, готовы раскрыть перед маленьким Стрижом тайный шкаф со свадебными платьями. Но ребенок — большая редкость в холостой квартире Габриэль — неожиданно включает мелодекламацию: «Мама, нет... Не приближайте... Этот трагический момент!» Когда Tatler позвонил Екатерине и пригласил ее дочь на бал, она передала Саше важную новость и с ужасом добавила: «А это не ускорит твое замужество?» Маму уговаривали всем кланом, даже Настя, свеженазначенный арт-директор отдела концепций Victoria's Secret, звонила из Нью-Йорка. Танцевать вальс! В кутюре Chanel. Да об этом грезят миллионы девочек во всем мире! Екатерина слабо парировала: «В ­основном этого хотят женщины — девочки даже и не мечтают».

Александра Стриженова с мамой Екатериной Стриженовой (2012)Александра Стриженова с мамой Екатериной Стриженовой (2012)

Да, стратегия развития дочерей — их способностей и амбиций — у Екатерины и Александра выстроена тонко. Поднять планку, опустить планку — такие вещи надо делать деликатно. Склонность к актерству оказалась у младшей (Настя рисовала, училась в архитектурной школе «Старт», а вот вста­вать на табуретку и читать стихи отказалась категорически), но Сашу в три года отдали в крепкие руки тренера олимпийской сборной Ирины Винер — воспитывать характер. Когда обожаемой дочери исполнилось десять, Александр Стриженов стал уговаривать ее уйти из художественной гимнастики. Потому что, если заниматься этим по-настоящему, она отнимет все свободное время — и несвободное тоже. Сильная риторика. Теперь понятно, что Екатерина имела в виду, когда говорила, что дрессировать имеет право только тот, кто любит. Но Саша не ушла — она кандидат в мастера спорта и так просто не отступится. Впрочем, ее жизнь выходит далеко за рамки спортивной карьеры. Да, она может сесть на отрицательный шпагат, но кроме того прекрасно поет (ее очень серьезно готовили к роли в мюзикле «Звуки музыки»), танцует (несколько лет в балете «Тодес» дают свои результаты). Наш фотограф зря опасался, что она не сможет стоять на каблуках. Образование хочет получать экономическое. Играть, если везение в этой области продолжится, она сумеет и без театрального института, а для надежности ей хочется настоящей профессии, не лотереи.

Саша растет под такими могучими крыльями, что не смущается совершенно. Она уже умеет вставить в поток щебета наивное «Папа, застегни мне часы» — чтобы заронить ему в душу тот факт, что любимой девочке идут новые часики Boy-Friend. Вероятность того, что он купит школьнице золотого бойфренда, ничтожно мала, но вдруг... И маму на комплимент провоцирует ловко, как по написанному: «Ой, сумка на одно плечо — это будет слишком «леди». — «Так ты и есть леди, что уж дурака валять».

У Стриженовых отличное чувство юмора — это их способ дружить друг с другом и со всеми на свете. В квартире выросшей в детском доме Габриэль Шанель (которая прятала дверь за перегородкой, чтобы гости подольше не уходили, и все предметы интерьера покупала парами, принимая таким образом свое магическое лекарство от одиночества) смотреть на чье-то семейное счастье больно, но прият­но. Стриженовым не нужны психологи, Екатерина эту тему изучила и отвергла: «Как эти люди могут давать советы, если сами все в пластырях!» Она лучше устроит family reunion — чтобы залезть на Эйфелеву башню или три дня кататься на каруселях в Диснейленде и сидеть по вечерам на пляже под фейерверк над замком Спящей красавицы.

Александра Стриженова с сыном Кристины Орбакайте Дени Байсаровым на его дне рождения в Gipsy (2015)Александра Стриженова с сыном Кристины Орбакайте Дени Байсаровым на его дне рождения в Gipsy (2015)

«А поросенок, вскормленный молоком своей матери, — это вкусно?» — за ланчем в Le Burgundy Саша теребит отца-вегетарианца. Если родители ее избаловали, то только возможностью работать двадцать четыре часа в сутки — причем за деньги. В три месяца рекламой она заработала на свою первую машину, и с тех пор личного, только для нее, водителя роскошью не считает. И тот факт, что отец следит за ее перемещениями через прило­жение для айфона, не смущает ни ее, ни его. Все Сашины друзья так живут — война за независимость уже сто лет как вышла из моды. Родственники — святое во всех смыслах слова. Московские дети эту тему не обсуждают. «У твоего дедушки трудный характер?» — «Обожаю дедушку!»

Саша предпочитает дружить с мальчи­ками — они не болтливые. В хорошо известной гимназии № 1584 она перешла в девятый экономико-математический класс, где юношей в четыре раза больше, и наконец-то стала получать от учебы удовольствие, а не муки завистливого троллинга в женском коллективе. Интернет по собственной инициативе время от времени выдает ее замуж за сына Кристины Орбакайте Дени Байсарова, а она тем временем с Лизой Мамиашвили идет в Пушкинский музей. Грехи подростков вообще сильно преувеличены. «Bubble Tea — любовь моего поколения!» — даже на это Сашин папа делает такое лицо, что официант нового парижского ресторана Le Gabriel (для ужина после съемки в доме Chanel мы выбрали место c символичным названием) в отеле La Réserve смотрит на него с тревогой.

Алеся Кафельникова, Стефания Маликова, Диана Червиченко, Арсений Шульгин, Филипп Газманов, Лиза Мамиа­швили, Аня Табакова, Миша Семендуев — скоро Стриж и ее друзья вырастут и станут полноправными героями Tatler, а пока их маршрут лежит между сильными школами, профессиональным спортом, бесконечными занятиями, гарантирующими творческий рост, и редкими вылазками в Gipsy и кафе M-City в «Афимолле».

Впрочем, на Сашиной планете есть девушка, которая катается по иному, совсем взрослому маршруту — наша дебютантка очень близко дружит с фигуристкой Аделиной Сотниковой. У той нет светских родственников, зато имеется золотая олимпийская медаль. В отличие от Саши Стриженовой, Аделине не приходится ежесекундно парировать все, что начинается с «если бы не твои родители...».  Александ­ра Александровна в таких случаях отвечает: «Если бы не мои родители, меня бы вообще не было».

Александра Стриженова с родителями в Париже (2015)Александра Стриженова с родителями в Париже (2015)


Источник фото: Pascal Chevallier

Читайте также

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь