1. Главная
  2. Герои
Герои

Как винодел Сергей Галицкий возрождает русское вино в Краснодарском крае

Сергей Галицкий – шурин того самого Сергея Галицкого, 29-го в российском списке Forbes – пытается превратить Кубань в Бордо. Бокал за успех этого предприятия вместе с магнетическим виноделом подняла Ксения Соловьёва.
реклама
2 Октября 2020

Сидя на фоне бежевой шторы, Сергей Галиц­кий через зум пытает­ся убедить меня, что станица Гостагаев­ская, где находятся виноградники Галиц­ких, – самое красивое место на земле. Я в очередной раз со­крушаюсь, что такое нужно не только пить, но и видеть.

– Ну давайте сделаем вот так? – сме­ется Сергей, и за его спиной вместо шторы возникает открыточный зум­ задник – долина реки Гостагайки, го­товая рекламная кампания внутрен­него туризма.

Объясняю сразу: наш Сергей Галиц­кий – это не тот Сергей Галицкий, ко­торый основал «Магнит» и построил стадион «Краснодар». А брат его жены и полный тезка. «Как такое может быть?» – спросят люди, с биографией 29-го отече­ственного форбса не вполне знакомые. А вот так – основатель «Магнита» Сергей Арутюнян, предприниматель из сочин­ского микрорайона Лазаревское, в свое время женился на однокурснице Вик­тории Галицкой. И взял фамилию же­ны. У Виктории, в свою очередь, есть младший брат – тоже Сергей Николае­вич. Вот у него я и беру интервью.

Этот Галицкий – скромный, не­многословный и модный молодой че­ловек сорока двух лет. Худой, холеный, с правильно подогнутыми джинсами и бородой, форма которой регулярно меняется. Встретишь такого на Осто­женке – подумаешь, что это востребо­ванный столичный архитектор. В це­лом это не так уж далеко от правды: после окончания экономфака Кубанского государственного университета (тот же факультет окончили и Галицкий­ «Магнит», и его единственная наслед­ница, дочь Полина) Сергей работал в рекламном агентстве, занимался ди­зайном и наружкой. Он обожает ар­хитектуру, с первого взгляда отлича­ет Калатраву от Фостера, приложил руку к строительству краснодарского стадиона, который в шутку называют «Гализеем» и не в шутку – лучшей фут­больной ареной страны (впрочем, гово­рить о своем вкладе наш Галицкий ка­тегорически не желает: стадион – вот­чина зятя и целиком его заслуга).

К винному бренду «Галицкий и Га­лицкий» Сергей тоже подошел с пози­ций эстетики. Вообще­-то он искал все­го один гектар земли – для того, чтобы построить для семьи «дальнюю дачу» с виноградником. Два года летал над Кубанью на вертолете (лично сидел за штурвалом – у Галицкого тысяча три­ста часов налета).

– В итоге я нашел двести гектаров, – вспоминает предприниматель. – Так бывает у меня: хочу что-­то маленькое, а получается что-­то огромное. Пришел к Сергею и говорю: «Давай сделаем». Он, ни секунды не колеблясь, согласил­ся. Если бы не он, мы бы с таким мас­штабом не справились.

реклама

Спустя несколько лет тихий проект для своих превратился в бизнес, кото­рому хочешь не хочешь, а придется рас­сказывать о себе миру. Хотя привлекать к себе внимание ни один из Галицких не любит, интервью они почти не дают и все свои появления на публике выме­ряют не пинтами, а шотами. Нынешнее явление татлеровскому народу – ис­ключение. Что вдвойне приятно: дела у родственников и так идут неплохо.

Пино­нуары, шардоне и совиньоны проданы на два года вперед и расходят­ся в винотеках SimpleWine почти по две тысячи рублей за бутылку.

Светские инсайдеры из мира вино­делия, знающие в лицо каждую лозу от Франции до Новой Зеландии, подтвер­ждают: места в окрестностях станицы Гостагаевской знатные – и по красоте, и с точки зрения климата. Виноград­ник Галицких находится на самой се­верной из тех широт Краснодарского края, на которых можно производить качественное вино. Южнее на Куба­ни слишком сухо, севернее – холодно, а здесь – в самый раз. К тому же запо­ведник рядом – с одной стороны, труд­нее получить разрешение на произ­водство, с другой – проще заниматься биовиноделием.

– На самом деле угадать с местом всегда сложно, – говорит Сергей. – Всегда есть элемент алхимии. Какие бы пробы ты ни брал, какие опыты ни ста­вил, с кем бы ни разговаривал, все рав­но жизнь покажет что-­то свое. В нашем случае жизнь показала, что мы нашли жемчужину.

Виноградники остались от прежне­го владельца земли. Большая часть лоз была в удручающем состоянии.

– Все равно что человек, который се­бя запустил, – объясняет Сергей.

Пришлось проделать очень дорогую и долгую процедуру «детокса». Рядом посадили новые саженцы, из француз­ских и итальянских питомников. Тут, конечно, важно напомнить, что в Со­ветском Союзе львиную долю вино­градников варварски уничтожили. По­сле отмены сухого закона уцелевшие колхозы стали давать план, потому что надо поить шестую часть земли. Правда, на это никакого шардоне не хватит (да этого никому и не нужно).

Галицкий действует ровно наобо­рот – медленно, методично, основа­тельно. Главным виноделом пригласи­ли одного из самых талантливых рос­сийских энологов новой волны Алек­сея Толстого (вот уж ирония судьбы, он тоже тезка). Под Алексея собрали местную команду. Это в целом повто­ряет концепцию футбольного клуба «Краснодар» – качественно импорто­замещать, делать ставку на лучших российских специалистов и собствен­ных воспитанников.

Галицкий гордится своими шардоне и пино-нуаром, счастлив рислингом.

– Можно пригласить зарубежную звезду, но у нее будет еще сорок таких же хозяйств, – объясняет Галицкий. – Соответственно, и фокус размыт – столько времени на нас одних он ни­когда не потратит.

«Толстой – отличный профессио­нал, – подтверждает один из знако­мых «Татлеру» виноторговцев. – Ему попался чуткий работодатель, гото­вый к экспериментам, выпала возмож­ность размахнуться. Он не ограничен в средствах и может применить все свои знания».

О запуске проекта «Галицкий и Галицкий» аккуратно объя­вили в 2016-­м. Первый релиз оба Сергея презентовали спустя три года, в ноябре 2019­-го, в ка­фе «Краснодар» на одноименном ста­дионе (очень симпатичное, кстати, место; на запуске шефом работал уро­женец столицы края, бывший гинзовец Владимир Щепилов). Дебют состоял из восьми наименований. Спрашивать моего собеседника, какие вина особен­но удались, – все равно что... да­да, вы угадали – спрашивать родителя, како­го ребенка он любит больше. Он гор­дится шардоне и пино­нуаром, счаст­лив рислингом (хороший рислинг для России редкость, у вина же Галицких невероятная натуральная кислот­ность: до моря от их виноградников – двадцать километров, и его ночное, жаркое дыхание не обжигает лозу). Еще есть чудный напиток с много­ обещающим для западного уха назва­нием Cosaque. Впрочем, об экспорте Галицкие пока не думают, «хочется по­делиться хорошим вином в первую оче­редь с нашими согражданами».

В «Казаке» восемьдесят процентов французского винограда и двадцать своего, донского. Как помнит каждый читатель «Татлера», в 1814-­м наши ка­заки в составе войск союзников вошли в Париж. Их называли «полуазиатами­-полускифами» и представляли неверо­ятно страшными людьми. Соотечест­венники не подвели: разбивали бива­ки на Елисейских Полях, купали коней в Сене. Но в целом вели себя гораздо менее свирепо, чем о них думали.

– Кстати, вы знаете, почему бутыл­ки со стола принято убирать? – спра­шивает Сергей. – Раньше традиция была такая: пустая бутылка остается на столе, приходит официант и считает количество выпитых бутылок. А казаки просто убирали эти бутылки под стол. Как потом докажешь, сколько выпили? В общем, так родилась наша история.

На примере «Казака» Сергей расска­зывает об этикетке своих вин. Ее, я чи­тала, сделал Артемий Лебедев (он же, к слову, принимал участие в создании схемы навигации на стадионе друго­го Галицкого). Готовясь к интервью, я изучила сайт конторы Лебедева, на­шла тысячу и одну версию этикетки Га­лицких и даже начала сочувствовать дизайнеру, которому явно попался не­простой заказчик. Как оказалось, от Ле­бедева осталась только монограмма – все остальное Галицкий сделал сам.

– Я, как человек дизайну не посто­ронний, думал, что это легко и про­сто, – рассказывает Сергей. – И был очень разочарован, потому что пытал­ся сделать этикетку больше двух лет. Не один Артемий пострадал от моего предвзятого в первую очередь к самому себе отношения. Мы о чем-­то говорили, я соглашался, а потом звонил: «Изви­ни, нет». На самом деле в этикетках все уже давно нарисовано. Что только я ни пробовал. В конце концов мы с колле­гами задали себе один простой вопрос. Вот мы мечтаем о великом русском ви­не. А что такое Россия в мировой культуре? Да, изобразительное искусство, да, музыка и балет. Но прежде всего литература. Я нашел, как мне показалось, интересную параллель с книгой. Она достаточно очевидная, не я ее изобрел. Но пазл сложился. Согласитесь, мы можем прочесть одну и ту же книгу, и у каждого из нас останется свое впе­чатление. То же самое с вином. Поэтому наша этикетка – это как обложка книги. Автор. Название. Где издано. Год. Вроде бы все просто, но на самом деле в этом большая душа и история.

Родился и вырос Сергей в Крас­нодаре. Его дядя пятьдесят лет жизни посвятил вину. Ра­ботал на большой винодельне «Кавказ» – пришел туда после инсти­тута, а заканчивал главным виноделом и агрономом.

– Наверное, что­-то мне от дяди пере­далось, – говорит Галицкий.

Интересуюсь, какие напитки были популярны в Кубанском государствен­ном университете.

– Мне страшно произносить их на­звания, – смеется Сергей. – Популяр­ность их складывалась из количества денег, которые были у тебя или твоих друзей. Выбирали самые дешевые исто­рии, часто в картонной упаковке. Моло­дые годы активной жизни.

По мере роста благосостояния исто­рии становились интереснее.

– Знаете, это как пропить курс таб­леток, – улыбается Галицкий. – Снача­ла пропиваешь курс Бургундии. Потом тебя интересует, почему чуть север­нее – вот так, а чуть южнее – вот сяк. А вообще сколько бы книжек о вине ты ни прочел, сколько бы ни учился, если у тебя нет количества повторений, под­ходов, ты ничего не поймешь. Только курс лечения.

Что пил, будучи студентом, другой Сергей Николаевич, мы можем лишь догадываться. Сейчас он фанат свое­го пино-­нуара. На виноградниках бы­вает нечасто – «у него много других проектов», объясняет родственник. За­то они регулярно встречаются в ложе «Краснодара». Матчи наш Галицкий не пропускает, хотя в футбол не играет. В детстве «ходил в какую-­то секцию, но не преуспел». А вот сын Саша – ему двенадцать – в футбольной акаде­мии отучился.

«Мне не страшно начинать, я не боюсь ошибиться. Только дайте что-то сделать».

С мамой Саши Ниной, задорной кра­савицей, постоянно меняющей причес­ки, Сергей познакомился восемнадцать лет назад. Увидел среди знакомых, по­просил телефон, был очень настойчив...

– Мне удалось завоевать ее сердце, – суммирует он.

В любви к мужу Нина часто призна­ется в своем открытом инстаграме (ка­жется, она единственная из Галицких, кто получает удовольствие от соцсетей больше, чем от вина и футбола). Муж пользуется случаем, чтобы ответить со страниц «Татлера»:

– Нина – важнейшая часть моей жизни. Я тот, кто я есть, в том числе благодаря ей. Наверное, звучит доста­точно высокопарно, но мы единый ор­ганизм.

Интересно, куда мы в «Татлере» раньше смотрели? Жена Сергея – го­товый фигурант нашего рейтинга Most Invited. Дружит с Надей Оболенцевой и Полиной Юмашевой, фотографирует­ся с визажистом Лешей Молчановым, принимает у себя Свету Бондарчук с бойфрендом, ездит на мастер­-классы к Белонике в английский замок Истнор. В общем, эта яркая кубанская девуш­ка – иллюстрация того, каким глобаль­ным стал мир. В прошлой, доковидной жизни Галицкие вообще постоянно пу­тешествовали: Сен­-Барт, Париж, Лазур­ный Берег. Но никуда переезжать из родного Краснодара не собираются.

– Я здесь родился, вырос и во мно­гом связал себя с этим краем, – говорит Сергей.

Наверное, таким и должен быть патриотизм – не квас­ным, простите за калам­бур, который так и просится в текст о виноделе. На своем красном и белом Галицкие, кстати, зарабаты­вать не собираются – как не зарабаты­вают на стадионе или построенном ос­нователем «Магнита» парке, еще одной городской достопримечательности.

– Безусловно, хочется, чтобы проект приносил средства, необходимые для его развития, – говорит мой собесед­ник. – Но больше – едва ли. Скоро бу­дем строить винодельню – и та план­ка, которую мы себе задали в архитек­туре, лишает ее какого бы то ни было шанса окупиться. Это что­-то из разряда стадиона. Наверное, больше о том, как жить в соседстве с природой, не быть слоном в посудной лавке. О гармонии.

Тут я, добрая душа, снова начинаю сочувствовать – теперь архитектору: он ведь тоже может пострадать от пред­взятого отношения Сергея к самому се­бе. Тем более что альтруизм и энтузи­азм Галицкого неиссякаемы. Причина, думаю, в том, что они подпитываются из иных источников: Сергей занимает­ся производством всего, от продуктов до товаров народного потребления («Это та сфера, которая любит тишину», – комментирует бизнесмен). Еще перерабатывает пластик.

– Да, мы отчасти его где-­то произво­дим, но мы же на сто двадцать процен­тов его выбираем из рынка и даем вто­рую жизнь. Пытаемся, громко сказано, быть ответственными.

Мне все же хочется поговорить с ним о моде. О бороде. Об образе молодо­го человека, который так ему идет. Тут я, кажется, впервые в жизни вижу, как уроженец Краснодара краснеет. Это видно даже через зум. Потом Галицкий все­-таки выдавливает из себя:

– Понимаете, наверное, во мне со­хранились внутренняя энергия, ощу­щение того, что впереди много чего ин­тересного. В хорошем смысле жадность до нового. Все же этот возраст для муж­ чины – переломный, и бывает, что переоценка как-­то не так идет. Навер­ное, мне повезло. Мне не страшно на­чинать, я не боюсь ошибиться. Только дайте что­-то сделать.

Разумеется, он мечтает сделать ве­ликое русское вино. Потому что есть некая несправедливость в том, что его виноградники находятся на той же са­мой сорок пятой параллели, что и Бор­до, что здесь можно и нужно делать на­питок богов, но нет людей, которые об­жигали бы эти горшки десятилетиями. Все только начинает возрождаться.

– Конечно, мечта создать великое русское вино – она очень бодрит, – го­ворит Сергей. – Более того: я уверен, что кто-­то из нас, из тех, кто бежит по этим дорожкам, придет первым. Я в глубине своей знаю кто.

Вам может быть интересно:

Так ли прекрасно и безобидно вино, как мы привыкли о нем думать?

Снежанна Георгиева о своих виноградниках в Балаклаве

Понравилось интервью с Сергеем Галицким?

Прочитайте и другие материалы из сентябрьского номера Tatler, посвященного России:

_ж_урнал можно читать онлайн, скачав приложение в App Store и Google Play.

Купить журнал Tatler вы можете на сайтах «Азбука Вкуса», «Глобус Гурмэ», книжного магазина «Москва», Metro, Ozon«Самокат», «Беру», «О'КЕЙ», Spar.

Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы получать лучшие материалы прямо на почту (2 раза в неделю, без спама!)

Фото:Максим Ковалёв; из личного архива; Продюсер: Антон Кольцов;

Нашли ошибку? Сообщите нам

реклама
читайте также
TATLER рекомендует