Коко Роша: о грехах и мехах для Tatler

В ничем не выдающуюся кофейню в еще менее выдающемся районе Манхэттена двадцатиоднолетняя Коко Роша приходит минута в минуту. С первого взгляда ясно – модель: высоченная, длинные темные волосы, рельефные скулы. Ее зеленые кошачьи глаза – что твой маяк для незнакомцев. Она двигается легко – сказывается танцевальное прошлое. Говорит с мягким акцентом, который выдает ее родину – Канаду. Неповиновение, бунт – слова не из ее словаря. Коко будто не претендует на внимание публики. Новая звезда новой эры новых супермоделей: никаких тебе вспышек гнева, бойфрендов-рок-музыкантов, балующихся кокаином, и славы человека трудного и вечно опаздывающего.

Для Коко эра супермоделей – Синди Кроуфорд, Хелены Кристенсен, Наоми Кэмпбелл, Кристи Терлингтон – иная эпоха. Нечто из области немого кино: очаровательно, своеобразно, но как-то... гм. «Я знаю, они были великими амазонками, которые держали мир моды в своих руках. Все в начале девяностых делалось во имя и ради них – одежда была ни при чем, – говорит она, вертя в руках бумажный стаканчик с зеленым чаем. – Впрочем, я плохо знаю, кто там кто. Я от всего этого была далека. Мода? Моим миром были секонд-хенды и танцы». Сегодня, через восемь лет после того, как скаут заприметил ее на конкурсе ирландских танцев в Ванкувере, Коко принадлежит к горстке моделей, которых называют по одному лишь имени – и этого достаточно. Ее имя неизбежно тянет за собой шлейф другой Коко – Шанель. Но и без легендарной Мадемуазель Роша – находка для рекламы и медиа. Острый ритм, пикантный звук. Есть с чем играть. Сама она подписывается в своем блоге Oh So Coco или XOXO COCO, что не лишено остроумия.