Николай Усков: «Мы очень похожи с Собчак»

Юния Пугачева
28 Сентября 2011 в 12:43

Николай УсковЖурнал GQ в этом году празднует свое 10-летие в России, и с 29 сентября по 3 октября издание вместе с Glenfiddich отметит круглую дату фестивалем стопроцентно мужского кино в «Пионере»  (для открытия редакция выбрала полный адреналина и плоти фильм «Драйв» с Райаном Гослингом). Так у нас появился еще один повод поговорить по душам с Николаем Усковым, главным редактором GQ Russia, историком и просто обаятельным мужчиной.

— Мы вот с Ксенией Собчак очень похожи, — рассуждает Николай Усков, медленно качаясь на черном кожаном кресле. Его кабинет сильно отличается от лаконичных кабинетов других главных редакторов. Он небольшой и напоминает жилую комнату: стены выкрашены в разные цвета (две фиолетовые, одна серая, а четвертая и вовсе сделана из стекла); повсюду журналы и книги на разных языках, фотографии и черно-белый мяч для регби Chanel; на столике рядом с диваном стоит темно-зеленая бутылка с легко узнаваемой этикеткой. У меня ощущение, что я нахожусь в гостях. Николай в синей толстовке курит одну за другой и размышляет тихим вкрадчивым голосом о себе и о жизни.

— Вы и Ксения Собчак? Что у вас может быть общего? — удивляюсь я. И тут же вспоминаю то, о чем Николай периодически рассказывает в своих письмах редактора. Будучи студентом, а затем преподавателем Исторического факультета МГУ он был упорным ботаником: занимался наукой, слушал классику, вел аскетичный образ жизни, много времени проводил в библиотеке, пока его сверстники пробовали все то, что предлагали разбитные 1980-е и лихие 1990-е. А потом Усков стал журналистом и все изменилось...

— Мой классический плейлист разбавили рокеры, я танцевал до утра в клубах, просаживал много денег, даже в караоке пел. Голоса у меня нет, могу потеряться где-то в дуэте с мощным баритоном, — с улыбкой вспоминает он. — Потом мне надоело: светская наука не требует больших умственных усилий. Вот вам и сходство с Собчак — отпрыски из интеллигентных семей, красный диплом, затем желание испробовать все, от чего раньше отказывался. Только Ксения сделала фантастическую карьеру теледивы, а я не сделал.

Зато в науке и журналистике Николай явно преуспел. До того, как занять кресло главного редактора GQ, он читал лекции о христианстве и монашестве в средневековой Европе студентам на историческом факультете МГУ, и сам патриарх Алексий II отдал должное заслугам Николая в академической деятельности.

На вопрос о том, скучает ли он по «прошлой жизни» он отвечает с неподдельной искренностью: «Иногда — по студентам, это невероятно интересно: вести семинары и читать лекции. А, вообще, разница с моей нынешней жизнью не так уж велика. Ну, ездил я в метро: вокруг люди с узлами, а я читал книги на латыни. Это, поверьте, гораздо больше питает собственный снобизм, чем черный Jaguar, на котором я теперь езжу».

Возможность пересесть с подземного общественного транспорта на собственный наземный класса люкс на Ускова с неба не свалилась. Он прошел в прямом смысле через тернии к звездам, переписывая свои первые материалы в журнал Men's Health по пятьдесят раз, имея при этом уже не одну научную публикацию. «Когда меня спрашивают, как я стал журналистом, всегда отвечаю одно и то же: взял да стал. Вот Навальный кто? Журналист? Нет, он юрист. А делает то, что должна делать газета «Ведомости». Журналистика — это практическая специальность».

Николай Усков

За годы в GQ Николаю удалось сделать журнал культовым не только среди людей, обладающих интеллектом выше среднего и заинтересованной бизнес-элиты, но и среди претенциозной молодежи: поколение «хипстеров», отрицающее все и вся, не стыдится ходить с новым номером в руках по Камергерскому переулку. «Смысл журнала — улучшать нравы. Делать их легче и естественнее. Мы задаем планку. И это касается всего», — отмечает Усков. У него и у редакции прекрасно это получается. Премия журнала «GQ Человек года» с каждым годом приобретает все большее и большее культурное значение. Подготовка к каждой церемонии длится двенадцать месяцев и уже на следующий день после мероприятия приступают к списку номинантов на следующий год, букируют площадку и т. д.

В 2005 году заветные стеклянные буквы в номинации «Открытие года» получил Констатин Эрнст, чему все очень удивились (какое он открытие?!). Однако прогноз Ускова оправдался — несколько месяцев спустя «Ночной дозор» взорвал российский прокат. 

«Иногда получается предугадывать успех того или иного человека, — делится Усков. – Но на самом деле героев времени не хватает, новых имен мало. Больших актеров, например, в России можно перечислить по пальцам, лично мне на ум приходят только Миронов и Охлобыстин, остальные играют неплохо, но в 1970-х они бы снимались только в эпизодах. С музыкой то же самое: Земфира, Лагутенко и доживающие свой век рокеры. С литературой ситуация лучше, но те же Аксенов и Бродский, которые были в 1970-х, совершенно другая планка. Я надеюсь, что скоро все изменится. И еще для меня важно, чтобы премию получил тот, кто ее заслуживает, а не тот, кто придет именно на награждение. Из-за этого иногда ссорюсь с организаторами. Еще один момент: в России не может быть голливудского размаха. Мы не Лондон, не Нью-Йорк и не Лос-Анджелес. Дело во всемирном масштабе личности: если бы у нас был такой же вес, как и у США, то церемонии можно было бы сравнивать. Но то, что у нас в России есть своя премия — это уже участие в глобальном диалоге культур».

Свой вечерний костюм Усков долго не продумывает — у него есть набор смокингов для разного состояния фигуры. О моде он любит больше теоретизировать, чем практиковать, и считает, что одежда людей говорит о времени и его проблемах точнее, чем иной фильм или книга: «Мне нравится ремесленная часть моды: хорошая вещь — это высокое искусство. Если бы у меня был огромный дом, то я бы заставил его классическими чемоданами Louis Vuitton вместо мебели. Это же подлинный ремесленный шедевр».

Тем не менее журнал GQ — в некотором роде мужская библия моды (причем в России — единственная). Да и сам Николай, хоть и уверяет, что ходил бы только в тренировочных штанах и толстовках, всегда одет с «иголочки» — то ли статус, то ли уже привычка. Когда он идет по Камергескому или по Большой Дмитровке, прохожие всегда останавливают на нем взгляд — нетипичный московский пешеход. Кстати, на улице и в редакции Ускова можно встретить чаще, чем на светских раутах. На вечеринках он редкий, хотя всегда желанный гость: «Я не люблю бессмысленные светские тусовки, мне нравятся содержательные, где высокая концентрация правильных людей на квадратный метр. У меня не так много времени, поэтому хочется, чтобы вечеринки были не только веселыми, но прежде всего полезными. А так сил на все не хватает».

Николай Усков

Усков снова закуривает, и секунд тридцать мы молчим. Тонкая струйка дыма не успевает подняться к потолку и растворяется где-то посередине стены, между номерами GQ за 2008 и 2009 годы. Николай лукавит по поводу сил и времени, которых якобы нет: он ежедневно переступает порог редакции аккурат в 10:00, успевает заниматься спортом семь раз в неделю, писать третью книгу, быть отцом и активничать во всех социальных сетях: «Я пишу везде, кроме Facebook, где мне не очень нравится интерфейс. А Цукерберг мне очень любопытен, я бы хотел с ним познакомиться. Юрий Мильнер, наш крупнейший интернет-бизнесмен и совладелец Facebook, говорит, что по зрелости он похож на шестидесятилетнего».

Удивительно, что человек статуса и положения Ускова все еще хочет с кем-то познакомиться:  профессия позволяет ему пообщаться с любыми «героями нашего времени», многие из которых уже давно сами хотят говорить с ним, а не наоборот. Однако Усков продолжает: «С Мадонной я бы поговорил обязательно! Она очень сильная женщина. Я бы спросил, что ею движет в жизни, ведь в пятьдесят люди, как правило, уходят в семью и ведут спокойный образ жизни. Она мне напоминает Елизавету Английскую, которая почувствовав, что умирает, встала и стояла до последнего вздоха. Женщины все-таки обладают удивительной силой, они даже управленцы по своей сути больше, чем мужчины».

Как раз о женщинах с самого начала интервью мне хотелось поговорить с Николаем больше всего: всегда интересно узнать, что думает о женщинах красивый и умный мужчина, имеющий все основания, чтобы быть самовлюбленным. Особенно тот, который, будучи женатым, в своем журнале частенько пропагандирует образ холостяка.

— Николай, зачем вы так делаете? Неужели вы считаете брак атавизмом? — с нотками едва уловимой обиды за всех женщин интересуюсь я, находящаяся в статусе потенциальной невесты в обозримом будущем.

— Ни разу, — с улыбкой отвечает Николай. — Я очень серьезно отношусь к словам «любовь» и «семья». До брака у меня было два романа и череда несчастных безответных любовных историй. Считаю, что жениться нужно один раз и на всю жизнь. Секс очень важен, но не важнее духовной связи. Одна из ошибок, которую совершают многие мужчины, в том, что они находят молодую и красивую, когда их спутница якобы «морально устаревает». Это несправедливо и близоруко. Другое дело, что GQ читают молодые мужчины, не обязательно женатые. Зачем их всем этим грузить?

— Быть женатым — тоже тренд, — возражаю я.

— Да, но тут вопрос в людях. Для кого-то брак — это чуть больше, чем сходить в кино. Но этого не достаточно. Нам всем пошло бы больше целомудрия и серьезности.


Источник фото: Анна Чибисова

Битва платьевЧей образ в Edem лучше?

  • Снежана Георгиева
  • Диана Вишнева
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь