Уитни Хьюстон: «Разве моя жизнь не была поучительной?»

Марк Сил
10 Февраля 2015 в 11:01

Уитни ХьюстонУитни Хьюстон

Одиннадцатого февраля 2012 года, за неделю до церемонии «Грэмми», Уитни Хьюстон, по-голливудски пряча глаза за стеклами черных очков, заселилась в гостиницу Beverly Hilton под вымышленным именем. Певица заняла полулюкс № 434: небольшая гостиная, спальня и ванная. Из этой ванной она не вышла.

В четыре ночи ассистентка Уитни обнаружила ее лежащей в ванне лицом вниз. Телохранитель, дежуривший у двери, — увы, не тот, что в кино, — рванул за врачом, но было поздно. На столе стояли тарелки с едой, бутылка пива и початое шампанское.

У раковины обнаружили ложку с «белой кристаллической субстанцией». Экспертам понадобилось аж шесть недель, чтобы вынести вердикт: Уитни Хьюстон захлебнулась. Причинами были атеросклероз сосудов сердца и кокаин, который она употребила непосредственно перед смертью. Кроме этого, в ее крови нашли следы марихуаны, успокоительных и таблеток от аллергии.

В тот вечер Хьюстон должна была идти на вечеринку к своему агенту Клайву Дэвису. На приеме, проходившем в том же отеле, уже вовсю веселились актер Том Хэнкс, певцы Тони Беннетт и Нил Янг. «Уитни не сможет выйти... Она умерла», — пролепетала спустившаяся к ним ассистентка Хьюстон. Через полчаса в Beverly Hilton приехали родственники умершей и поднялся общий плач. Бобби Кристина, восемнадцатилетняя дочь Уитни, умоляла пустить ее в номер к маме. С тетей, Пэт Хьюстон, случилась истерика. Лишь двоюродная сестра, певица Дайонн Уорвик, тихо пожала руку судмедэксперту (кстати, тому же, что зафиксировал смерть Майкла Джексона): «Спасибо вам за вашу работу».

Тело вынесли лишь в половине второго следующего дня.

Несколькими днями позже близкая подруга Хьюстон, чернокожая певица Чака Хан, обличала «вампиров шоу-биза», затащивших Уитни в Лос-Анджелес спустя всего девять месяцев после ее выписки из рехаба. Очевидно, она имела в виду продюсера Клайва Дэвиса.

Но еще до злополучной поездки Хьюстон, вроде как завязавшая с зеленым змием, приветствовала знакомых рюмочкой — на дне рождения бойфренда, певца и актера Рэя Джея, известного главным образом ролью в домашнем порно с Ким Кардашьян.Чуть раньше Хьюстон закатила дикий скандал в одном из гостиничных баров: дескать, зачем разбавляете алкоголь, — и устроила сцену у прилавка с журналом National Enquirer. Обложка была хамской даже по невысоким американским стандартам: «Уитни сорвалась! Под кайфом и без гроша в кармане: все гораздо хуже, чем мы думали».

Уитни Хьюстон, Рэй ДжейС последним бойфрендом Рэем Джеем на бок­серском  поединке в Лас-Вегасе, 2008

Эта смерть оказалась неожиданной. Ибо все опасности вроде бы остались в прош­лом. Да, сорокавосьмилетняя Хьюстон зажигала на вечеринках — но в меру, в меру. Она была уверена, что стоит на пороге новой жизни — без наркоти­ков. Обещала бросить курить, снялась в новом фильме — «Блеск», завела отношения с новым мужчиной, согласилась спеть дуэтом с победителем американской «Фабрики звезд» — телешоу American Idol. Да, как-то ее увидели расхаживающей у бассейна на руках, но родственники успокоили переполошившуюся публику: Уитни просто демонстрировала спортивную форму и «кристаллические субстанции» здесь ни при чем. К тому же коллеги по «Блеску» уверяют: на съемках она была трезвой, как стекло Lalique, ни разу не опоздала.

Только тетя Уитни, Пэт, — та самая, у которой случился нервный срыв ночью в Beverly Hilton, — была вполне откровенна. «В смерти моей племянницы виноваты не наркотики, — сказала она на шоу Опры Уинфри. — Последние годы все шло к тому».

Всем хорошим, что произошло в ее в жизни, Уитни была обязана голосу: он стал символом целой эпохи. Один из ее продюсеров выразился так: «Природа награждает такими мощны­ми голосами внушительных дам весом в центнер, а Уитни весила пятьдесят кило!» Голос Хьюстон действительно брал за душу.

Мик Джаггер сказал ей: «Я ваш большой фанат». Певица Натали Коул восхищалась: «Уитни пела — как огнем дышала». О ней говорили: «Этот голос — прямое доказательство существования бога». Уитни пела именно что одухотворенно. Бывало, она молилась прямо в студии.

Популярная исполнительница госпелс Бебе Винанс как-то услышала юную Уитни на разогреве у второсортного музыкантишки и пошла за кулисы, чтобы с ней познакомиться. «Я спросила у нее: «Из какой ты церкви? По тому, как ты поешь, видно, что ты из какой-то особенной церкви», — вспоминает Винанс. — И та гордо ответила: «Из баптистской «Новой надежды!». Хором этой скромной церкви в Нью-Джерси заведовала мама Хьюстон, Сесилия, сразу заподозрившая в дочери талант: «Уитни пела, закрыв глаза. Это было завораживающе». Они жили там же, напротив церкви — в районе для бедных.

По субботам девочка жадно поглощала все фильмы, что шли в местном кинотеатре. Особенно ей запомнился «Блеск» — тяже­лая картина о хождении по мукам трех молодых чернокожих певиц, их борьбе с сутенерами, мошенниками и ворами. Нынешний «Блеск» с Уитни Хьюстон, выходящий на экраны в августе, — ремейк того самого, когда-то поразившего ее кино семьдесят шестого года. Сесилия как могла берегла дочь от слишком ранней славы. В юности она тоже была певицей и выступала в составе группы The Sweet Inspirations на разогреве у Элвиса Пресли и Ареты Франклин. А потому отлично знала все о шоу-бизнесе и его со­блазнах. Вокруг Уитни ошивались профессиональные собиратели талантов, но Сесилия закатывала им губу: «Ей еще рано». А вот в восемнадцать лет, по ее мнению, младшая Хьюстон была уже вполне готова.

Уитни Хьюстон, Майкл ДжексонС Майклом Джексоном  и подругами

Уитни, снявшаяся к тому времени в качестве модели на обложку журнала Seventeen, была вверена заботам Клайва Дэвиса. Он мечтал сделать певицу вне жанров, настоящую поп-диву. Работал с Аретой Франклин, но дело не пошло: за обладательницей вечно юного голоса прочно закрепилось звание королевы соула. А вот Уитни безоговорочно ему подошла.

Первый ее диск — Whitney Houston — разошелся огромным тиражом. Второй, с таким же незамысловатым названием — Whitney, побил и этот рекорд. К восемьдесят восьмому году пе­вица обогнала The Beatles по количеству хитов, занявших пер­вые места в мировых чартах.

В начале карьеры Уитни давала интервью не так часто, как того хотела пресса. Ходили слухи, что продюсер запрещал ей общаться с прессой из-за несоответствия имиджа и реального «я» — считал, что она слишком добродушна для уверенной в себе, успешной молодой певицы. Ее молчание породило множество слухов. Поговаривали, что она лесбиянка.

Со школы Уитни дружила с Робин Кроуфорд, известной баскетболисткой. Они были как сестры и даже жили вместе, пока Дэвис не переселил Уитни в более благополучный район. В восемьдесят пятом Хьюстон поехала на гастроли без Робин и очень скучала по ней. Было решено купить подружке билет. Восемьдесят долларов, потраченных не на дело, всплыли в бухгалтерии. Слухи о нетрадиционной ориентации певицы начали распространяться с чудовищной скоростью. Сами девушки уверяли: никакого романа не было. Однако менеджеры и родители Уитни паниковали — тщательно сотканный образ «американской принцессы» рассыпался на лоскуты.

Но тут Уитни Хьюстон стала выходить в свет с актером Эдди Мерфи. Ей приписывали и роман с Джермейном Джексоном, братом Майкла. Тайный — «официально» она ни с кем не встречалась. «Всех пугала перспектива быть с ней и вечно оставаться в тени», — так это объяснила Бебе Винанс, когда-то давно спросившая Уитни о церкви.

В восемьдесят девятом на вручении музыкальной премии Уитни познакомилась со звездой r’n’b Бобби Брауном. Он тоже вырос в гетто, и они быстро нашли общий язык. Двадцатилетний Бобби уже был человеком, что называется, «с прошлым»: в него стреляли, его пырнули ножом, в одиннадцать лет в его присутствии зарезали друга, в четырнадцать он основал музыкальную группу и был не раз закидан трусами девочек-фанаток, в семнадцать — впервые стал отцом, а затем прижил еще троих детей вне брака. В общем, он был, что называется, плохим парнем. В течение следующих нескольких лет он изобьет посетителя Диснейленда (правда, взрослого), пару раз передознется героином, посидит в тюрьме и побывает в рехабе. И скажет: «В нашей паре сума­сшедшая только Уитни».

В тот вечер Хьюстон, чей имидж, напротив, уже стал казаться чересчур слащавым, чудовищно освистали. «Почему-то все были против нее, — вспоминает ее подруга, очевидец случившегося, — высмеивали, сплетничали, про песни напрочь забыли. Было неприятно». Бобби Браун мог легко подправить пересахаренный имидж певицы. Увидев его, Уитни шепнула: «Он станет моим мужем».

Уитни Хьюстон, Бобби БраунС бывшим мужем Бобби Брауном, 1993

И действительно — в девяносто втором Уитни вышла замуж за Бобби. Ее отец был против. Продюсеры — тоже. Все знали, что это за тип, но верили: Уитни достаточно умна, чтобы с ним справиться. Однако уже через пару лет в ее жизни зазвонили тревожные колокольчики.

Тогда, на пике музыкальной карьеры, Уитни захотелось сниматься в кино. Голливуд услужливо распахнул перед ней свои двери. Во время съемок «Телохранителя» с Кевином Костнером Уитни была беременна, и прямо на площадке у нее случился выкидыш. Костнер, который не только играл, но и продюсировал фильм, в последний момент заменил одну из песен — на ту самую, легендарную I Will Always Love You. Уитни с таким чувст­вом исполнила пробирающую до корней волос композицию, что уже в студии все застыли в оцепенении. «Телохранитель» стал настоящим хитом, а саундтрек к нему установил новый мировой рекорд продаж.

В следующие шесть лет Уитни сосредоточилась на актерской карьере: в девяносто пятом вышла сентиментальная драма «В ожидании выдоха» с ее участием, а затем — набожная лю­бовная история «Жена священника».

Проводя кучу времени на съемках, Уитни совершенно не заботилась о своем голосе — в отличие от, к примеру, Селин Дион, которая иногда сутками не разговаривает перед концертом. Хьюстон же даже после напряженного дня вбегала в студию, срывала с себя пальто и пела в полную силу.

Но к концу девяностых голос начал ее подводить. В живых выступлениях приходилось брать на октаву ниже. Виной тому были не только годы и сигареты: после рождения единственной дочери, Бобби Кристины Хьюстон-Браун, Уитни начала употреблять наркотики — марихуану и кокаин. Она призналась, что, бывало, сутками валялась перед телевизором вместе с Бобби, накуриваясь в хлам, и месяцами не вылезала из пижамы.

А потом и Браун пошел по кривой дорожке. «Он крушил все на своем пути, ломал мебель, вырезал мое лицо с фотографий», — плакалась Уитни Опре Уинфри. Потом, спустя годы, та сказала: «Хьюстон намеренно опускалась, для того чтобы муж выглядел на ее фоне достойнее».

Поп-дива стремительно превращалась в уличную девчонку из Нью-Джерси. «Вы думаете, я эдакая принцесса? Ничего подобного! — переубеждала она весь мир в лице интервьюера из журнала Rolling Stone. — Я же выросла в гетто. И — да, я, блин, принимаю наркотики. Но они не мешают мне работать и жить».

Уитни Хьюстон, Кевин Костнер, «Телохранитель»С Кевином Костнером в «Телохранителе», 1992

Писатель Кевин Аммонс в своей книге «Хорошая девочка, плохая девочка: биография Уитни Хьюстон изнутри» винит во всем Бобби Брауна — дескать, он, подлец, подсадил Уитни на наркотики, чтобы держать курицу, несущую золотые яйца, в своем курятнике. Как-то в издательство пришла посылка с мертвой змеей — змею, судя по всему, отправляли еще живой. Аммонс, чудом избежавший участи баядерки, уверен: Уитни узнала о книге и прислала предупреждение — мол, все вы змеи и пишете ужасные вещи.

В девяносто четвертом Хьюстон на два часа опоздала на званый ужин в Белом доме, где должна была петь для Нельсона Манделы. К девяносто шестому, когда вышла «Жена священника», она употребляла наркотики уже ежедневно. «Я теряла себя», — снова призналась она Опре. В девяносто девятом певица отменила пять концертов; в двухтысячном ее поймали с марихуаной в аэропорту Гавайев: отдых, видимо, задался.

В марте того же года она должна была исполнить лирическую композицию Somewhere Over The Rainbow на церемонии «Оскар», но на репетициях была невменяема и забыла слова. Бобби Браун сидел там же, в первом ряду, мертвецки пьяный. Хьюстон сняли с программы.

Как-то ее спросили, в чем разница между президентом (а Уитни была представлена Биллу Клинтону и Джорджу Бушу-младшему в Белом доме) и наркоманом. Она ответила: «Никакой. Президент ловит кайф от власти. Наркоман — от пары удачных песен, ставших хитами».

На вечеринку по поводу тридцатилетия сольной карьеры Майкла Джексона Хьюстон явилась осунувшейся, неприятно костлявой — ходячая антиреклама наркотиков. «Это все стресс!» — заверяли продюсеры. «Она настолько плохо выглядела, что я не сдержа­лась, — вспоминает парикмахер Хьюстон, — и сказала ей: «Если не прекратишь – сдохнешь». Уитни расплакалась и ответила: «Я знаю». А стилист нахваливал ее в ту ночь: «Вы выглядите прекрасно!» Зачем?»

Десятого сентября две тысячи первого года, после отмены очередного концерта, пошли слухи, что Уитни умерла от передозировки. На следующий день случилось одиннадцатое сентября, так что обсуждали эту «новость» недолго.

В две тысячи втором Уитни задали вопрос: «Что есть самое большое зло?», и она ответила: «Я сама».

Каждый раз, когда Хьюстон погружалась в депрессию, она обращалась к богу. Она молилась даже в ночных клубах.

«Жена священника», Уитни ХьюстонКадр из фильма «Жена священника», 1996

В двухтысячном Клайв Дэвис решил основать собственную звукозаписывающую компанию и оставил свою подопечную. В том же году Бобби в очередной раз посадили за вождение в нетрезвом виде. Друзья уговаривали всеми брошенную Уитни обратиться в реабилитационный центр — хотя бы ради дочери. Убеждали, что если она сдастся врачам, то и Бобби последует ее примеру — как только выйдет из тюрьмы. Но это заманчивое предложение было отвергнуто.

А потом случилось то, о чем Уитни скажет: «Господь пробудил меня к жизни». Роль Господа сыграла старинная подруга Хьюс­тон, r’n’b-певица Пэбблс. Как-то Уитни ей помогла: «Я разошлась с мужем и сутками сидела дома, пожирая конфеты, — вспоминает Пэбблс. — Уитни прилетела ко мне, ворвалась в мою комнату, стащила плед и рявкнула: «Никому не позволяй рушить твою жизнь!» Совет Уитни подействовал на Пэбблс следующим образом: она сняла золотые побрякушки, выбросила микрофон и постриглась в монахини.

И вот сестра Перри — бывшая Пэбблс — решила вернуть дол­жок и позвала Уитни на проповедь. Та приехала к ней в церковь в Атланту и спела. «Не помню, что она пела. Но она делала это так проникновенно, что я заплакал, — вспоминает один из прихожан. — В этот момент стало ясно: она фантастически талантлива. Ни музыки, ни бэк-вокала — только Уитни и ее диалог с богом». «Мы с Бобби решили посвятить себя воспитанию детей», — заявила Уитни в интервью после визита в Атланту. И действительно — она стала лишь изредка выходить на сцену. После долгой паузы выступила лишь на церемонии World Music Awards в Лас-Вегасе: награждали ее бывшего продюсера Клайва Дэвиса. Хьюстон выглядела и пела удивительно. Публика была в восторге.

Омывшись в реке Иордан, Уитни и Бобби переехали в пригород Атланты — жить спокойной и незаметной жизнью. Кроме Бобби Кристины, с ними были трое детей Брауна и Ник Гордон, мальчик-сирота, которого Уитни усыновила, когда ему было двена­дцать.

Бобби тогда снова упекли в тюрьму, но, несмотря на это уже привычное обстоятельство, жизнь Хьюстон налаживалась. И тут этой жизнью заинтересовались продюсеры реалити-шоу. «Особенно нас интересует Браун», — уточнили они. Приглашение в шоу заключенному Бобби передал его брат Томми. Продюсеры пообещали выкупить любителя быстрой и нетрезвой езды из тюрьмы, и тот радостно согласился. Шоу назвали «Быть Бобби Брауном». Уитни не могла остаться в стороне: «Я его жена, и я тоже буду участвовать».

Шоу вышло на экраны в июне две тысячи пятого. Рейтинги — миллионные. Отзывы — ужасные. «Быть Бобби Брауном» — самое отвратительное из всего, что когда-либо показывали по телевизору, — написал авторитетный The Hollywood Reporter. — В нем Браун показан еще более мерзким, чем он есть на самом деле, а Уитни, судя по всему, окончательно утратила человеческое достоинство». В первой серии шоу Хьюстон радостно встречала Бобби из тюрьмы. В следующей серии — подавала на него в суд за домашнее насилие. Мало-помалу все возвращалось на круги своя, и певица не появлялась в кадре без сигареты в одной руке, бокала яблочного мартини в другой и матерщины, через слово слетавшей с ее чувственных губ. Во время съемок она снова подсела на наркотики.

Все закончилось, когда ее мать Сесилия явилась на съемки в компании юристов — с ордером на принудительную госпитализацию дочери. «Шевельни пальцем, Бобби, — и тебя тут же упекут», — предупредила она Брауна и пообещала Уитни, что не позволит дьяволу окончательно все испортить.

Хьюстон направили в реабилитационный центр. В две тысячи шестом Тина Браун, сестра Бобби, в свое время тоже страдавшая наркозависимостью, продала историю Уитни и родного брата журналу National Enquirer. Статья вышла под громким заголовком: «В наркоманском притоне Уитни».

В ней помимо прочего говорилось, что когда Бобби был в тюрьме, Хьюстон бродила по дому в параноидальной уверенности, что за ней следят. «Под кайфом она видела демонов, — сообщает Тина. — А как-то раз Уитни сказала, что видела самого дьявола, указывая на собственное отражение в зеркале». Хьюстон уверяла, что демоны избивали ее, но Тина считает: синяки и царапины — дело рук не демонов, а самой Уитни.

Этот стресс вкупе с наркотиками дал результаты: знаменитый голос покинул Уитни Хьюстон навсегда.

По совету друзей Уитни обратилась за помощью к Гэри Катоне — выдающемуся педагогу, который ставил голос Андреа Бочелли, Лайзе Миннелли и Шаде. Тот пошел ей навстречу: «Мне сказали, что Хьюстон хочет вернуться к нормальной жизни. Но без голоса нормальной жизни у нее нет».

Они встретились в Атланте. Брак Уитни разваливался, ее карь­ера была спущена в унитаз, родственники дежурили у кровати. «Голос будто застрял у меня в горле, — жаловалась она. — Пытаюсь петь, но ничего не выходит». «Выглядела она ужасно, — подтвердил Катона, — исхудала, волосы торчали во все стороны. А ведь пение на пределе человеческих возможностей — ее визитная карточка. Но я верил, что она справится. У нее сильный характер».

И Уитни не подвела. Катона признался, что у него никогда не было такой страстной ученицы. Хьюстон сняла домик в Калифорнии и переехала туда с дочерью, оставив мужа в Атланте. «Она прямо расцвела», — вспоминает Гэри.

Хьюстон предприняла волевую попытку бросить курить.

«Как-то раз я ушел, забыв у нее синтезатор, — говорит Катона. — Вернулся, и она открыла мне дверь с сигаретой в руке. Взглянула на меня, обняла — и выкинула сигарету».

Хьюстон подала на развод в сентябре 2006 года. Бобби страшно злился: кричал, что никто не знает настоящую Уитни — дескать, ее подлинное «я» отраже­но лишь в шоу «Быть Бобби Брауном». Кроме того, он остался без гроша: его кредитки были записаны на компанию Хьюс­тон, и во время размолвок Уитни их блокировала. Как-то раз Брау­на даже выставили из отеля, который он забронировал по кредитке жены. И ему пришлось слоняться по Лос-Анджелесу в ожидании, когда Уитни разрешит ему вернуться в Атланту. Тогда-то у Хьюстон и завязался роман с Рэем Джеем. Пэт Хьюстон сказала про эту связь с беспощадной точностью: «В отношениях Уитни искала то, что причиняет ей боль».

Своей сомнительной славой Рэй обязан не одной только Ким Кардашьян. Карьеру он построил на сексе и даже снялся в серии реалити-шоу (ох уж эти реалити-шоу!) «Ради любви Рэя Джея», где из огромной толпы девушек выбирал лучшую; с ней-то он и отправлялся в по­стель. Позже Рэй выпустил книгу «Смерть изменника: все, что каждая женщина должна знать о мужчинах, которые сбились с пути» — он был специалистом в этом вопросе.

После пары свиданий с Хьюстон Джей позвонил Бобби Брауну. «Я трахнул твою телку», — похвастался он. И Уитни, увы, была не единственной девушкой, которую они «разделили». В две тысячи седьмом в ее жизни снова объявился Клайв Дэвис: «Мне надоело слушать, как поют другие. Я хочу, чтобы ты вернулась. Ты готова?» — «Да!»

Клайв пришел не с пустыми руками, а с новой песней, хоть и не был уверен в том, что Уитни вытянет хит: к ноябрю две тысячи девятого к ней, по словам Катоны, вернулось семьдесят пять процентов голоса. Но название песни — I Didn’t Know My Own Strength («Я не знала, что такая сильная») — говорило само за себя, и когда Хьюстон вышла на сцену в белом платье и спела, зал взорвался: «Уитни вернулась!»

За песней последовал альбом. Новую Хьюстон обожали фанаты и придирчиво оценивали продюсеры и критики: «Она наняла восемь танцоров из труппы Майкла Джексона, но петь и танцевать одновременно ей сложно: сбивается с дыхания на третьей же песне. Ты же не Бритни Спирс, люди хотят слышать голос!»

«Если Господь посылает мне испытания, значит, на то его воля», — смиренно принимала нападки Хьюстон. Она мужест­венно двигалась вперед. И на песне I Will Always Love You неизменно срывала овации. Зал аплодировал стоя. Она пела почти идеально.

Уитни очень радовалась, что карьера пошла на новый виток, и даже сделала подтяжку лица. Замахивалась на большее, но сердце, печень и легкие были не в лучшем состоянии, и в более серьезной операции ей отказали.

За неделю до смерти она отправилась развлекаться с Рэем Джеем. В голливудском ночном клубе Tru она напала на молодую певичку: якобы та «увивалась за ее мужиком». Хьюстон в ярости выскочила из клуба и отправилась в отель. В свете вспышек десятков фотоаппаратов стало видно, что ее руки и ноги изодраны в кровь.

В отеле Уитни попросила своего стилиста почитать с ней Биб­лию. «У нее были разбиты очки, так что она читала через одну линзу, — вспоминает тот. — Последним, что она при мне сказала, было: «Я просто хочу любить и быть любимой. Хочу любить, как Иисус, без каких-либо условий, несмотря ни на что».

В последние дни рядом с Уитни крутился подозрительный тип — Раффлс ван Эксель, мошенник со множеством псевдонимов. Будучи на деле нелегальным иммигрантом из Суринама, все детство прожившим в Амстердаме, Раффлс скрывал свое прош­лое и утверждал, что состоит в родстве с владельцами сети отелей Raffles. В конце восьмидесятых он познакомился с графом Каллоуэем, настоящим британским аристократом, живущим в Америке. Тому молодой человек очень понравился, поэтому он повсюду брал его с собой. В Чикаго Раффлс вышел на Уитни Хьюстон — там его представили певице.

В две тысячи втором Раффлс испортил себе репутацию в Нидерландах: он пообещал жене одного миллионера, что органи­зует ее выступление на концерте в память об одиннадцатом сентября. Тот концерт с участием Хьюстон, Мадонны и Майкла Джексона устраивал Джермейн Джексон. Доверчивая голландка потратила уйму денег на бесконечные перелеты Раффлса между Нидерландами и США, а незадолго до концерта выяснилось, что Джермейн и слыхом не слыхивал ни о ней, ни о Раффлсе ван Экселе.

После этого Раффлс переехал в Беверли-Хиллз. Там он и по сей день открыто рассказывает, как втирался в доверие к звездам шоу-бизнеса и доил богачей. Мошенник даже снял об этом документальный фильм «Искусство мошенника». «У всех есть свои правила и законы. Они существуют, чтобы их нарушать», — сообщается в этой киноисповеди.

В две тысячи втором Раффлса судили за кражу свитера Ralph Lauren за семьсот долларов. Потом без приглашения явился на вечеринку к Майклу Джексону и стал приветствовать гостей в надежде, что его примут за друга семьи. «И вот он уже вовсю общается с самим Майклом! – настучала в твиттер одна из разгневанных приглашенных. — Потом пробрался в спальню Майкла, но его застукали. Он умудрился даже прийти на его похороны и прочитать там целую проникновенную речь! В общем, артист. Будьте начеку!»

Мошенника трижды депортировали из США. Но это не помешало ему втереться в доверие к Уитни и даже поработать ее ассистентом. Тогда же он познакомился с Рэем Джеем.

Раффлс всюду таскался за Хьюстон, жил в ее гостевом домике, помогал Бобби в студии и ходил на все концерты. Уитни частенько просила его присмотреть за Бобби Кристиной. Но день своей смерти она провела в одиночестве: позавтракала в ресторане отеля, а потом пошла в spa. На ней были спортивные брюки, черный свитер и черные очки. От нее пахло алкоголем.

Вечеринка Клайва Дэвиса превратилась в ночь памяти певицы. Среди гостей был и «ассистент». «Он сказал, что у него билеты Хьюстон, так что он сядет за предназначавшийся ей столик. Картинно вздыхал и рассказывал всем, что именно он первым обнаружил тело Уитни», — сообщают очевидцы.

«Сейчас я разбираю ее вещи», — обронил Раффлс в одном интервью. Побывал он и на похоронах певицы.

Кто-то сделал фото Уитни в открытом гробу, которое журнал National Enquirer купил за четыреста тысяч долларов. Не было сомнений в том, кем был этот циничный «кто-то»: фотографировал Раффлс.

В «Блеске» у героини Уитни есть реплика: «Неужели моя жизнь была недостаточно поучительной?» И в этих словах — она вся. Но увы, не у всех получается учиться на чужих ошибках.

31 января 2015 года, за неделю до «Грэмми», единственную дочь Уитни Бобби Кристину нашли лежащей в ванной лицом вниз. Несколькими днями позже, при повторном обыске в доме, где произошло несчастье, полиция обнаружит наркотики. Кристине, конечно, повезло больше, чем ее звездной матери: девушку вовремя обнаружили гражданский супруг Ник Гордон (да-да, тот самый сирота, которого Хьюстон взяла под свое крыло, а сама Кристина называла старшим братом, пока вдруг не объявила, что собралась за парня замуж) и его приятель. Наследницу поп-дивы немедленно госпитализировали, и вот уже вторую неделю она находится в искусственной коме — все из-за отека головного мозга. 

Сознательно или нет, но Бобби Кристина чуть было не повторила судьбу своей голосистой родительницы. Или это судьба сыграла с многострадальным семейством Браун-Хьюстон очередную злую шутку? 


Источник фото: Архив Tatler

Битва платьевКому комбинезон Saint Laurent идет больше?

  •  Тейлор Свифт
  •  Хайди Клум
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь