Ида Лоло: история одного развода

Марк и Ида ЛолоМарк и Ида Лоло

«В романе Стивена Кинга есть такие жуткие монстры — лангольеры. Они пожирают прошлое. Из-за смены часовых поя­сов пассажиры «боинга» попадают во вчерашний день — и становятся добычей монстров. Так вот, нельзя зависать в прошлом: не будешь двигаться вперед — лангольеры сожрут тебя», — спортсменка, светская львица, лицо кинокомпании Dreamteam Media Ида Лоло, игнорируя умоляющие взгляды своего мопса Зака, решительно заносит вилку над пирожным в ресторане Chips. В туманное будущее она шагнула пару недель назад, оставив обручальное кольцо на прикроват­ной тумбочке, ключи от апартаментов на Остоженке – в почтовом ящике, а мужа Марка — за бортом стремительного «боинга» своей жизни. Москва загудела: «Ах, какой был мужчина!» 

Их союз и правда казался нерушимым. В семейную копилку комплиментов сыпались смайлы из твиттера, лайки из фейсбука, котята из инстаграма: «Вы невероятные!», «Волшебные!», «Потрясаю­щие!» Более разных людей, чем Марк и Ида, сложно себе представить, а потому вместе они смотрелись органично. Яркая сибирская красота – и сумрачная армянско-ассирийская масть. Спортивный загар, пресс кубиками — и интеллигентские очки в массивной оправе. Общительность через край – и башня из слоновой кости. Неудивительно, что их притянуло друг к другу. 

Ида родом из Новосибирска. Папа, профессиональный хоккеист Марат Валеев, с детства приучал дочку к спорту. Влюбившись в двадцать лет в парня из Минска, Ида упорхнула в Белоруссию, где быстро нашла работу в одном из первых в стране фитнес-клубов. Бодрые отжимания в упоре с колен и уверенный прыжок-разножка в исполнении Иды транслировали по местному телевидению в утренних передачах. Когда минский роман закончился, на крыльях новой любви — к москвичу — Ида упорхнула в столицу РФ. «Я — девушка влюбчивая. Быстро очаровываюсь, но отхожу тоже быстро». Когда и московская любовь сошла на нет, возвращаться в Новосибирск Иде ожидаемо не захотелось. В столице она сняла квартиру и начала писать диплом по банковскому делу для ново­сибирского вуза, в котором числилась на заочке. Компьютера не было, и Ида устроилась к одному нефтянику – год сидела на телефоне в приемной и печатала свою «Систему управления в банковской сфере». Дип­лом защитила, но банки ее разочаровали: впору было искать новую работу. Три года она самоотверженно внед­ряла на кухни оте­чественных домохозяек чешские комбайны и сковородки. А потом с ней случилось кино. И Марк.

Деятельная Ида прорвалась в российскую телекомпанию, обогатившую сокровищницу русской культуры сериалами «Парижане» и «Воротилы». По службе помогала застенчивому режиссеру Павлу Санаеву с организацией съемок «Нулевого километра» в культовом «Дягилеве». Заяд­лой тусовщицей, впрочем, не была: «Выбиралась с друзьями-киношниками в ночные клубы раз в неделю – не чаще». 

«Марк — приятель моего коллеги-продюсера. Как-то мы втроем пересеклись в рес­торане. Совершенно случайно: мы ждали подругу, а Марк сидел без дела – собеседник опаздывал. Коллега позвал его за наш столик, и мы прохохотали несколько часов подряд. Марк, разумеется, предложил обменяться телефонами». Дело было четвертого июля, в День независимости США; Марк по этому поводу пошутил: «В день, когда Америка обрела независимость, двое граждан РФ ее потеряли». 

И завертелось. Роман Валеевой и Лоло был бурным и стремительным: пос­ле одного из ужинов они рванули в Нью-Йорк прямо из ресторана – чтобы позавт­ракать с видом на Центральный парк. И коротко­метражным – меньше чем через месяц Марк сделал Иде предложение. Дело было в день ее рождения в ресторане Sky Lounge на двадцать втором этаже здания РАН. Отмечали с огоньком – Ида разработала коварный план. Официанты – профессио­нальные актеры; каждому было предпи­сано раздражать гостей. И делать это с максимальным КПД. Скажем, к влиятельному продюсеру надо было набиваться в друзья и напрашиваться на пробы. «Официант» даже прочел отрывок из «Евгения Онегина»: «Только снимите меня в своем кино». Ида разыграла и Марка, попросив гарсона называть ее не спутницей, а невес­той. Тот послушно зудел: «Что будет пить ваша невеста?», «Вы и ваша невеста хотели бы десерт?», «Позвольте я обслужу вашу невесту». «Обычно мужчин такое пугает», – оправдывается Ида. Но с Марком, на десять лет старше нее, вышло наоборот. Когда гости, вдоволь насмеявшиеся над розыгрышем, стали расходиться, он прошептал Иде на ухо: «Я хочу, чтобы ты стала моей женой». – «Ну уж нет! – рассердилась та. – Я должна сказать тебе «Да!» или «Я подумаю». А такая постановка вопроса вообще не подразу­мевает ответа!» – «Ты выйдешь за меня замуж?» – нашелся Марк. «Да!»

Ида ЛолоИда Лоло

Свадьбу сыграли в декабре. В «Павильоне» на Патриарших собрались сто пятьдесят человек. Иде снова удалось удивить гостей: «Есть такой фильм – «Невеста с Севера». Комедия про то, как армянин приезжает в русскую глубинку и влюбляется в местную девочку. Марк – наполовину армянин, вырос в Ереване, а я – сибирячка. Песню из фильма со словами «Полюбите, полюбите, платье красное купите!» я спела гостям. Разуме­ется, в красном платье – его сшил для меня Игорь Чапурин. А замуж я выходила в традиционном белом – Christian Lacroix. Гуляя по Парижу, мы с Марком купили его на всякий случай — вдруг не удастся найти Vera Wang? Перед свадьбой мне стало не до Веры, и мы дали «плану «Б» зеленый свет». В медовый месяц свежеиспеченные Лоло улетели на католическое Рождество в Лос-Анджелес, оттуда — на Гавайи. А потом в Аспен – кататься на лыжах. «Думаю, в тот год мы оба созрели для супружеской жизни, — рассуждает Ида. — Но к свадьбе относились легко». — «Почему ты не вышла замуж раньше?» — спрашивал супруг. «Сам  подумай: у меня имя необычное. Могла ли я отдать руку и сердце какому-нибудь... Ивану? Марк – минимум, на что я могла согласиться!» 

«Мне жутко нравилось быть женой. Помню, с какой гордостью я относила в химчистку рубашки и пальто мужа: «Вот! Раньше я приносила вам одни платья, а теперь у меня есть мужчина!» После свадьбы Ида ушла из кино и увлеклась «умным телевидением» – затейливым форматом вещания, когда передачи и рек­лама подби­раются «под тебя». «Я всерьез нацелилась на тех­но­логический прорыв. Но поняла, что воплотить идею такой, как я хочу, сейчас невозможно. И потеряла интерес». Многое в жизни Иды происходит по похожему сценарию: резкий старт, стремительное развитие, внезапный финиш. 

Так сложились и отношения с Марком. «Мы были женаты шесть лет. Все кончилось стремительно, как и началось: в один прекрасный день что-то щелкнуло. Да, мы по-прежнему родные люди и близкие друзья. Но перестали существовать как мужчина и женщина». — «Вы поняли это оба? Одновременно?» — «Именно так. Даже не помню, кто из нас первый решил начать непростой разговор. Помню только, что мы сели на кухне в нашей квартире на Остоженке и признались друг другу, что семейные узы, грубо говоря, превратились в кандалы. Что лучше жить по отдельности: так мы добьемся большего. На следующий день Марк уехал в командировку, а у меня было время в одиночестве переварить сказанное. Когда он вернулся, мы поняли, что не ошиблись: нам надо разойтись». И — пожалуйста: развод. Но без девичьей фамилии. Ида Лоло — это уже бренд. 

В попытках выяснить истинную причину их разлада столичный свет не стал гадать на гуще из «Кофемании», а принялся выстраивать теории заговора – одну краше другой. Вспомнили, что год назад Марк Лоло покинул влиятельнейшую кинокомпанию «Централ Партнершип»: тогда-то, по мнению коллективного бессознательного, и погода в доме на Остоженке поменялась. Да, Марк тут же создал Dream Team Media, сделав бывшую жену PR-представителем. Ида продолжает работать у Марка, исправно получая зарплату, и осенью, по ее словам, компания удивит Моск­ву. «Конечно, уход из большой компании дался мужу нелегко, но на наш разлад это не повлияло». 

Ида Лоло

А как же инстаграм Иды, полный снимков с ласковыми волнами, жарким солнцем и загорелыми красавцами, совершенно точно сдавшими школьные нормативы по плаванию в бассейне «Чайка» на пять с плюсом? О, сколько шепотков в пределах ЦАО вызвала эта виртуальная книга грез! «Муж в Москве, а она — месяц на Маврикии с подкачанными мужчинами? Адюльтер неизбежен!» «Глупости, — отмахивается Ида. — Марк мне доверял. Он знаком с моими друзьями-кайтсерферами и сам бывал в некоторых поездках. Он понимал, что мне надо время от времени переключаться, — такой уж я человек, не могу подолгу сидеть на одном месте. А он, наоборот, не мог «выключиться» из своего кино. Кроме того, в отличие от Марка я — девушка со спортивным детством, и серьезные нагрузки мне необходимы: кайтсерфинг, плавание, сноу­борд. Недавно открыла для себя мир конного спорта и съездила на чемпио­нат мира по поло в заснеженный Санкт-Мориц». 

Пару месяцев назад, сразу пос­ле развода, Ида пришла на открытие выставки «Христианские образы в картинах старых мастеров» в Центр изящных искусств на Волхонке в сопровождении некоего Сергея Серова — рослого загорелого гражданина с ясным, отдохнувшим лицом. Этот сакральный образ не на шутку взволновал московскую публику: «Так вот, значит, на кого Марка променяла!» И зря: «Сергей – наш общий с Марком знакомый. Он сходил со мной на пару мероприятий – и только». Тем не менее столичный свет немедленно принялся раскладывать пасьянс, гадая, кто же новый король Идиного сердца. «Мне такой список женихов приписали, что ваш, татлеровский, просто отдыхает. Дошли аж до президента. Но на самом деле я благодарна моим друзьям. Сначала все осторожно спрашивали, не произошло ли у нас с Марком чего ужасного, – особенно те, кто сам пережил тяжелый развод. Мы принялись убеждать, что у нас все в порядке и что мы – друзья. Нам аплодировали: мирный развод, как ни крути, – история, не типичная для Москвы». 

«Если бы у нас были дети, мы бы не ра­зошлись», — задумчиво говорит Ида. Этой зимой за бокалом Veuve Clicquot в санкт-моритцевском отеле Badrutt’s Palace она обронила: «Детей нет потому, что мне лень». Но мне кажется, что на самом деле все наоборот: Ида слишком деятельна для материнства. Еще столько коней не объез­жено, столько волн не поймано, какой урожай лайков не собран в соцсети! Ида пока не готова уйти с пляжа: пороху многовато. «Я не собираюсь погружаться в тень. Когда была замужем, меня не раз звали стать музой дизайнеров и лицом их брендов, но я отказывалась: для жены это как-то несолидно. Отчего бы не согласиться сейчас? Кроме того, у меня назревает крупный PR-проект. Какой — не скажу, боюсь сглазить. Но в офисе сидеть не буду — насиделась уже». 

 Огромный гардероб Иды переехал с Остоженки в оставленный ей Марком загородный дом. После развода образ жизни, конечно, поменяется: возможно, в кассовых аппаратах флагманских бутиков Christian Dior, Chanel и Céline ее кредитки уже не будут пролетать с прежним веселым свистом. «Но шопинг никогда не был смыслом моей жизни. Это лишь часть светской игры. Без бриллиантов, будьте уверены, я проживу. Теперь я отвечаю сама за себя. Делаю то, что интересно мне, – и только. Но со светской жизнью, впрочем, не прощаюсь: пока люди мне интересны, я буду интересна им». 

Ее телефон пищит: пришла новая эсэмэс­ка. «Поклонники?» — «Ох, и не говорите. А еще мне трезвонят с просьбами дать номер Марка, «раз уж он освободился». Злые языки, правда, утверждают: «Марк женился». Но Ида выше досужих слухов: сегодня бывшие супруги обедают вместе — ведь они добрые друзья. «Марк — очень важная часть моей жизни. Мы помогаем друг другу не впасть в депрессию. Но такие встречи, конечно, надо дозировать, чтобы не застрять в прошлом. Лангольеры, знаете ли, не дремлют».


ТЕГИ: Ида Лоло

Кто есть кто


Ида Лоло

Ида Лоло

Светская девушка

Битва платьевКому комбинезон Saint Laurent идет больше?

  •  Тейлор Свифт
  •  Хайди Клум
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь