Эли Сааб: «Я знаю, сколько тела надо скрыть одеждой, а сколько — показать»

Эдуард Дорожкин
22 Января 2014 в 10:24

Photo Elie-Saab-CTR-SP12-Backstage-3.jpgМодель в кутюрном платье  Elie Saab

Стык восьмого и шестнадцатого аррондисманов – это парижское «золотое сечение», «Жизнь удалась», выложенное черной икрой по красной. Квадратные метры здесь всегда были на вес золота, и ценила их особая публика: «старые деньги», родовая аристократия, консервативные банкиры с красивыми еврейскими фамилиями. Признаться, я удивлен, что именно здесь решил обосноваться ливанский дизайнер Эли Сааб со своей семьей – женой Клодин и тремя сыновьями.

Ему куда больше пошел бы пятый или шестой округ – левый берег, где витает дух Сартра и Симоны де Бовуар и живет Катрин Денев, большая поклонница ливанской столицы, а не формальный правый с ароматом старого франка, где жила когда-то Марлен Дитрих. Впрочем, «обосноваться» – не вполне точное слово. Своим основным местом жительства сорокапятилетний дизайнер по-прежнему считает дом в Бейруте, оформленный с типично восточной роскошью, а здесь он толь­ко «останавливается» – хотя некоторые остановки бывают довольно затяжными.

Первое, что бросается в глаза в холле, – огромное полотно в серебристо-голубых тонах. Поймав мой вопросительный взгляд, Эли объясняет: «Это Вавилонская башня и портрет женщины из древней Ме­сопотамии». О’кей. Женщина так женщина. В жизни Сааба женщины значат много, если не все. Он, как когда-то Версаче, отлично знает, сколько женщины надо скрыть одеждой, а сколько – оставить обнаженной. Многие считают, что ­именно это знание – а не шляпы размером с автобус, не стразы и не перья – принесло одежде дизайнера мировое признание.

Эли СаабЭли Сааб со своими моделями

Эли впервые оказался в Париже почти тридцать лет назад, в начале восьмидесятых, совсем мальчишкой. Множество выходцев из стран Ближнего Востока пытались тогда обжиться во французской столице. Но Сааб приехал из охваченного войной Бейрута не только для того, чтобы спастись от взрывов. Он хотел учиться моде – не самая популярная на Ближнем Востоке профессия. А вот оставаться как раз не собирался. Уже через год он вернулся в Ливан и открыл собственное ателье. Ему было восемнадцать. На улицах Бейрута еще шли бои, а юный портняжка шил для ливанских женщин роскошные вечерние и свадебные платья. Пока говорили пушки, он не молчал. В 1982 году Сааб показал свою первую большую коллекцию в Casino du Liban. Пресса тут же окрестила его малолетним гением, и вскоре каждая родовитая ближневосточная красавица жаждала получить наряд для особых случаев от Elie Saab.

Дита фон ТизЭли Сааб со своими киентками

Через пятнадцать лет, в 1997-м, Эли показал свою коллекцию в Риме – и тут же был приглашен в Национальную палату моды Италии. Он стал первым неитальянцем, получившим подобное приглашение. Но его звездный час пробил только в 2002-м, когда Халли Берри вышла получать «Оскара» в бордовом платье от Elie Saab. В 2003 году Эли стал членом французского Синдиката Высокой моды – а значит, он официально вошел в сонм от-кутюрных дизайнеров. Теперь среди его клиентов – певицы Кристина Агилера и Бейонсе, актрисы Лиз Херли, Шарлиз Терон, Кэтрин Зета-Джонс. Королева ­Иордании Рания на церемонии коронации ее мужа, короля Абдуллы II, поразила всех платьем из органзы с золотой вышивкой и кружевными вставками.

Штаб-квартира Дома Elie Saab находится в Бейруте. Но сегодня у него есть офисы в Нью-Йорке, в Париже и более шестидесяти магазинов по всему миру. Такая современная Вавилонская башня.

Эли показывает мне квартиру. Гостиная, столовая, бар, кабинет, TV-зал, четыре хозяйские спальни и две гостевые. «Перестраивать квартиру в парижском доме XIX века – дело непростое, – усмехается хозяин. – Дом был в приличном состоянии, но мы, конечно, столкнулись с техническими проблемами. Однако именно невероятная «парижскость» и привлекала меня. Мне было очень важно сохранить уникальность этого здания, его дух».

Photo Elie-Saab-portarit-with-ELIE-SAAB-Le-Parfumn-EDT-bottle.jpgЭли Сааб

Эли Сааб – отличный стилизатор: его парижская квартира выглядит... да, она выглядит очень по-парижски. Вид из окна – самый что ни на есть открыточный, на Эйфелеву башню (такой же – из лучших номеров Plaza Athenee). Причудливая лепнина, деревянные панели, изысканный старомодный камин (и как только ему удалось получить разрешение на то, чтобы его топить?), антикварные подсвечники и суперсовременная, строгих геометрических форм мебель. «В смешении классики и современности есть особое очарование», – отвечает на мой невысказанный вопрос Эли. Трудно не согласиться. Огромные напольные светильники. Много стекла и металла. В столовой – невероятных размеров обеденный стол из нержавеющей стали с отполированной до зеркального блеска поверхностью. Он состоит из трех частей, и, чтобы установить его здесь, понадобился подъемный кран. Кран приехал: на свете нет нерешаемых проблем. Решение некоторых из них, впрочем, Сааб (обычно по сотне раз проверяющий каждую мелочь) поручил профессионалу – архитектору Шахибу Ришани. Ришани – давний друг Эли еще с Бейрута. Он оформлял его шоу-рум, бутики и его дома. Придворный дизайнер его величества короля вечернего платья.

В парижской квартире везде цветы. Море белых цветов. Такое ощущение, что попал на роскошную свадьбу: миллион, миллион белых роз, пионов и орхидей. «Белые цветы – моя слабость, – кивает Эли. – Но скорее не розы, а именно пахучие белые орхидеи. Когда бываю в Париже, заказываю их в промышленных количествах». Самый известный флорист Джефф Левем как раз работает рядом, в Four Seasons Georges V, так что и в этом смысле парижский адрес Сааба абсолютно безупречен.

Его квартира, по меркам французской столицы, огромна – пятьсот «квадратов». И я не могу удержаться от вопроса: «Эли, а вам здесь вообще уютно?». – «Конечно. Особенно в баре рядом с гостиной, где вся семья собирается вместе. Я вообще так печально устроен, что совсем не могу оставаться в помещении, где мне неуютно. Поэтому, кстати, стараюсь избегать гостиниц».

Photo nb.jpg

Зато в одежде Сааб непритязателен: мода – это удовольствие для женщин, считает он. Поэтому большую часть его огромной гардеробной занимают наряды Клодин. Гардероб в их судьбе вообще сыграл значительную роль. Эли встретил свою будущую жену, когда та пришла в бейрутский бутик Сааба выбирать свадебное платье для своей сестры. А вот их собственная свадьба была не по-ливански скромной и тихой – если не считать, конечно, платья невесты, которое шил... кто бы вы думали? Но и оно померкло перед следующим саабовским рекордом: сшитое им платье из кремового атласа, с изумрудами на две тысячи каратов и четырьмястами каратами бриллиантов одна ближневосточная принцесса приобрела за два миллиона долларов. «Ну там одной работы было на миллион», – шутит Эли, сумевший в пору упадка Haute Couture превратить индпошив в успешнейший бизнес. За что его недолюбливают многие коллеги по цеху, не справившиеся с вызовами нового времени. А Сааб с удовольствием принимает их.

Помимо дизайна одежды Эли разрабатывает концепции для отелей (первый из них уже пущен в строй на гольф-курорте Тайгера Вудса в Дубае), автомобилей и яхт. Три дебютные яхты от Эли Сааба – результат сотрудничества с компанией Oceanco – уже спущены на воду. Дизайнер настроен невероятно оптимистично: «Высокая мода не может зависеть от взлетов и падений экономики. Она будет процветать всегда – пока есть на свете женщины, которым хочется быть уникальными и неотразимыми». Ну и конечно, пока будут такие дизайнеры, как он. Его лучшим творениям наверняка найдется место в парижском Музее моды; с балкона саабовской квартиры как раз открывается чудесный вид на эту святыню.


Источник фото: Getty, Splash

Битва платьевКто носит платье Fendi лучше?

  • Белла Торн
  • Кьяра Ферраньи
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь