Оттенки серого: почему бабушки — это новые it girls

Ольга Зарецкая
14 Апреля 2015 в 11:14

Кадр из рекламной кампании Dolce&GabbanaКадр из рекламной кампании Dolce&Gabbana

Большие бриллианты — только для больших девочек. Серьезные Harry Winston и Tiffany в Нью-Йорке принципиально не ходят западнее Пятой авеню, питаются в Sant Ambroeus, каждое утро укладывают волосы, носят соболя коричневого цвета, темные очки в пол-лица, красную помаду и туфли Salvatore Ferragamo. Лет им очень много, и, надеюсь, жить они будут вообще вечно. Кроме англиканской церкви Incarnation на Мэдисон-авеню такие женщины встречаются в Мадонна ди Кампильо, в Милане в начале декабря, когда открывается сезон в La Scala, в левобережном Париже — в безымянной парик­махерской на Rue Bonaparte.

Показ Jean Paul Gaultier сезона весна-лето 2015Показ Jean Paul Gaultier сезона весна-лето 2015

Этих суперплатежеспособных богинь модная индустрия раньше боялась как огня. Дом Chanel в свое время призвал Лагерфельда, чтобы он избавил их от имиджа марки для жен дорогих дантистов. Потому что мода — это секс, нет секса — нет и моды. Но сейчас все вдруг стало не так. Истерически метнувшись в 2008-м в сторону несовершеннолетних блогеров типа Тави Гевинсон, fashion-магнаты с удивлением обнаружили, что у детей денег нет, и начали искать проводников с нормальным счетом в банке. Русские Даша Жукова и Елена Перминова стали волшебными кометами на напуганном кризисом небо­склоне моды, их светлый облик в какой-то момент здорово поправил финансовые дела магазинов на авеню Монтень, но общий тренд сейчас направлен в сторону вечности. Сначала самыми модными девчонками объявили Тильду Суинтон и Мерил Стрип — но это так, прощупывали поч­ву. Почва выразила живейший интерес. И к этой весне самый практичный в мире человек Доменико Дольче снял в рекламной кампании сицилийских бабушек. «Татлер» сказал: «Вау!» — и выло­жил этот nonna chic (буквально «бабулин шик») в Instagram. Чтобы тут же захлеб­нуться волной очень эмоциональных комментариев. От «Я тоже буду такой бабулькой — в короне и с красным клатчем», «Почему все забывают, что старуха — тоже женщина? С возрастом нельзя превращаться в овощ» и «Я за любой кипеш кроме валидола и кладбища» до заботливых пересылов подругам с пометкой «сразу про тебя вспомнила». Чтобы юные красотки не слишком пугались, Dolce&Gabbana поместили в свой планетарий также безукоризненно молодых моделей Бьянку Балти и Ирину Шарипову, а с ними и тореадора Хосе Марию Мансанареса, при виде которого резко оживляются не только женщины всех возрастных категорий, но даже некоторые неодушевленные ­предметы.

Другая нежно любимая в России марка — Celine — в этом сезоне играет с пенсионным трендом гораздо более жестко. У них три героини — пятнадцатилетняя модель Фрея Лоренс, вполне себе взрослая (ей сорок) танцовщица Мари-Аньес Жилло и писательница Джоан Дидион, американка, написавшая роман «Синие ночи» про то, как стареют в узком кругу богатых и привилегированных. Снимал их Юрген Теллер, который не только не улучшает цвет лица своих моделей фотошопом, но и, кажется, немножко портит. Для справки — Джоан Дидион сейчас восемьдесят четыре года. Дизайнер Celine Фиби Фило (англичанка, замужем, мать троих детей) делает как будто нарочно несексуальную одежду и в глубине души потешается над тем, что девушки сместили свое либидо с мужчин на ее сумки и пальто. На старуш­ку Джоан Дидион она молится уже как минимум второй сезон — зимой в рекламе марки Дарья Вербова сидела в точности как Дидион в своем Corvette Stingray на фотографии 1970 года.

Photo celine-joan-didion-spring-2015-holding.jpgДжоан Дидион в рекламной кампании Celine

И это все не из любви к искусству. Bank of America Merrill Lynch опубликовал исследование «Революция долголетия» — в США и Великобритании покупательская способность людей в возрасте от пятидесяти до семидесяти почти в три раза выше, чем у молодых и нахальных. Если разбудить в ухоженных взрослых женщинах желание еще разок выйти замуж, то можно про­давать им не только буржуазные вещи в стиле преппи. Очень по-умному на новый виток красивой жизни зрелых дам выводят Prada и Lanvin, другие тоже подтягиваются. Джулия Робертс в сорок восемь — лицо Givenchy, а Инес де ля Фрессанж (ей пятьдесят семь) не только несет миру свет и правильное восприятие буржуазной обуви Roger Vivier, но и пиарит в ту же сторону очень демократичный Uniqlo. И никто не уйдет обиженным.

Ли РадзвиллЛи Радзвилл

Немолодых икон стиля нам никто не навязывает — маркетологи просто читают мысли народных масс, анализируя их поведение в интернете. Сейчас имеется только одна супернова, ее зовут Ариана Гранде, год рождения — 1993-й, спела дуэтом с Джастином Бибером. Вы такую певицу знаете? Маловероятно. Зато если в новом сезоне «Американской истории ужасов» не будет играть Джессика Ланж (шестьдесят шесть лет, лицо косметики Marc Jacobs), вы осенью не станете скачивать новые серии. Хелен Миррен (семьдесят лет), Шарлотта Ремплинг (шестьдесят девять лет), Катрин Денев (шестьдесят девять лет), Дайан, дай бог ей здоровья, Китон (шестьдесят девять лет), Энди Макдауэлл (пятьдесят шесть) — вот они, it girls 2015 года. Задан­ный ими высокий стиль поддерживают блоги с фотографиями реальных людей — без этого тренд сейчас не тренд. Фотограф Скотт Шуман, который придумал стритстайл, все чаще постит роскошных пенсионерок. Публика прониклась и вдохновляется тем, как итальянские матроны носят свой вечный траур. Иконами стиля резко стали и фриковатые нью-йоркские дивы Ципора Саламон и Деб­ра Рапопорт, и без карнавала роскошные Ли Радзвилл (восьмидесятилетняя сестра Джеки Онассис), Констанца Пасколато, Кармен Делль’Орефайс, Дафна Селф. Мне больше всех нравится Линда Родин, которая даже не красит свои потрясающие седые волосы.


Источник фото: Архивы Tatler

Битва платьевКому платье Chanel идет больше?

  • Рената Литвинова
  • Наталья Якимчик
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь