Дафна Гиннесс: чудаковатая икона стиля

Фиона МакКензи
25 Декабря 2012 в 11:23

Дафна Гиннесс

Выкрашенные «под скунса» волосы, высоченные каблуки, гигантские очки Alexander McQueen, затянутые в черные сверкающие легинсы ноги — Дафну Гиннесс невозможно не заметить в холле отеля «Клариджес». Она кажется завораживающим насекомым из фантастического фильма.

Свиты, положенной королеве эпатажа, рядом нет. В отель она входит без сопровождения — ни агента, ни ассистента, ни охранника. Замашки дивы ей вообще незнакомы. Сотрудники гостиницы приветствуют ее тепло, по-домашнему, она участливо беседует с ними, и даже «как дела?», обращенное к консьержу, лишено формальности.

Дафна — дочь наследника пивной империи Джонатана Гиннесса и французской красавицы Сьюзан Лисней. До женитьбы на Сьюзан у отца Дафны уже были двое сыновей и дочь от первого брака, француженка Лисней родила ему еще сына и дочь Дафну. А затем у Джонатана случился роман на стороне: связь с некой Сьюзан Тейлор прибавила ему еще троих отпрысков. В общем, сводных братьев и сестер у Дафны, лето проводившей в Кадакасе по соседству с Сальвадором Дали и Ман Рэем, хоть отбавляй — среди них и дизайнер знаменитых сумок в форме губ Лулу Гиннесс.

Дафна со своей стороны приумножила семейные легенды, породнившись с другой династией, — в 1987 году ее мужем стал Спирос Ниархос, второй сын греческого судовладельца и магната. Брак продлился двенадцать лет и увенчался для пивной наследницы двадцатью миллионами фунтов отступных при разводе. Семейных гнездышек у пары было несколько — в Санкт-Морице, на фамильном острове в Греции и в «Клариджесе» в Лондоне, половиной акций которого владел Ниархос. Не удивительно, что Дафна здесь до сих пор как дома: «Мы жили на самом верхнем этаже, о существовании которого многие и не подозревают. Кстати, там протекал потолок». У нее весьма оригинальная манера вести беседу: слова будто не поспевают за мыслью. Обильно жестикулируя, она вдруг вспоминает поездку в Гвинею, Гвинея тянет за собой Майкла Рокфеллера, съеденного то ли папуасами, то ли акулами, а за несчастным этнографом-миллиардером в какой-то причудливой связи всплывает Клементина Черчилль. Она оставляет предложения недосказан­ными, опускает фамилии, а точные даты в ее рассказах не фигу­рируют вообще.

Годы брака с Ниархосом для нее — «это когда меня как бы не существовало». Впрочем, она и сама посмеивается над своим определением: «Многие считают, что я жила в браке как взаперти. Но это не так. Просто я занималась тогда детьми, а муж — политикой, наши интересы не совпадали».

На юношеских фотографиях она чудо как хороша, но не из тех красавиц, что приковывают любой взгляд. Миловидная блондинка в одежде безымянных марок (только на одном снимке она в Marni). Ничто не выдает в стройной девушке чудаковатую диву, которая станет любимицей модных блогеров. «Мой муж был консервативен и не одобрял броских нарядов. Да и меня тогда мало интересовало, что там люди на себя надевают. У меня были дом, дети и спорт — мне хватало».

Тем не менее Дафна уверяет, что ее стиль плавно держал курс на эксцентрику еще с подросткового возраста. Она регулярно наведывалась на Кенсингтонский рынок — в эту Мекку готов и панков.

Когда десять лет назад «точку» закрыли, Дафна была безутешна. «Сейчас мода делается на заседаниях совета директоров модных Домов. Раньше ты мог посмотреть на то, как человек одет, и понять, какую музыку он любит, к какому племени принадлежит, а сейчас все вверх тормашками», — комментирует она.

По ее мнению, стать одной из самых фотографируемых женщин планеты прос­то так невозможно. «Это должно идти изнутри», — поясняет Дафна. Она отлично помнит первый модный показ в своей жизни. Это было шоу Givenchy, на которое ее привела бабушка Диана Митфорд. Живо и ее первое кутюрное платье — от Лакруа. «А свадебное — от Dior, тогда креативным директором был Марк Боэн. Над нарядом мы работали вместе, мне хотелось выглядеть дамой эдвардианской эпохи. Появиться на церемонии в чем-то, сшитом не лично для меня, не приходило мне в голову. Я и сейчас не понимаю людей, покупающих Haute Couture с подиума».

Сегодня ее гардероб — институция мировой моды. В нем можно найти все, что угодно — от классических образцов Chanel до авангардных вещей Gareth Pugh. «Я не ломаю голову над тем, что надеть. Просто напяливаю то, что первым приходит на ум». А прийти ей на ум может, например, платье из мусорных мешков. Сегодня на ней легинсы и клетчатый твидовый жакет. «Я и сама не понимаю, как это на мне оказалось. Все вместе кажется похожим на Chanel, но вещи куплены в разных местах по разным случаям», — пускается в объяснения Дафна. Ее пальцы чуть ли не до кончиков кроваво-красных ногтей унизаны бриллиантовыми кольцами. «Да это вторсырье: были сережки, но я их отдала переделать. Хотя на сережки они все же тянут больше, так что, может, еще вернутся к первозданному виду». Из-под воротника тоже посверкивают караты — в брошках, пришпиленных к плечам. «Не люблю выставлять драго­ценности напоказ. Мне нравит­ся, когда они едва заметны. Обожаю украшения, ношу их и ночью, и днем. Лучше они будут на мне, чем у воров, — так я думала всякий  раз, когда мой дом грабили. А гра­били его часто».

Дафну обычно называют светской дамой, socialite, но сама она с таким определением не согласна: «Это не про меня. Залы, где яблоку негде упасть, меня пугают. Понятия не имею, о чем говорят все эти люди и что я могу им сказать. А еще ненавижу сплетни. Поэтому ста­раюсь держаться друзей».

Так что же значит ее маскарад? В документальном фильме «Витрина Дафны» она бросила: «С возрастом все больше убеждаюсь, что мир не так уж дружелюбен. Мне нужны доспехи — это я поняла давно». Ее одежда иногда действительно кажется доспехами. Даже к легчайшим туалетам она добавляет кожу, шипы и заклепки. Наверное, эти наряды и в самом деле могут сделать только друзья — люди, хорошо знающие ее не первый день.

Со стороны может показаться, что Дафне незнакомо одиночест­во, но это не так. Смерть фэшн-гуру Изабеллы Блоу и дизайнера Александра МакКуина ограбила ее, забрав двух лучших друзей. «Это были самые ужасные месяцы в моей жизни», — вздыхает дива.

С Блоу они были знакомы с детства, но тесно дружить начали после развода Дафны. Разрыв отмечали вечеринкой, на которую экс-супруга нарядилась пони из похоронной процессии с траурным плюмажем на голове. «В то время Изабелла была редактором моды в британском Tatler, и я начала помогать ей на съемках, совершенно бесплатно. Мы весело проводили на площадках дни напролет. У нас были общие друзья: если ты художник, другие художники сами тянутся к тебе. Изабелла была художницей в высоком смысле этого слова». Заметив, что случайно причислила к художникам и себя, моя собеседница спохватывается: «Не знаю, артистическая ли у меня натура, но я уж точно не из тех, у кого доминирует левое, логико-математическое, полушарие». Именно Блоу познакомила ее с МакКуином. И хотя встреча была случайной, в тот день на Дафне было пальто, которое дизайнер сделал для Givenchy. Гиннесс мечтала купить все, что сшил экстравагантный британец для французского Дома. Пока же она приобрела гардероб Блоу, который сестры покойной в 2010 году выставили на аукцион Christie's, чтобы покрыть долги Изабеллы. Гиннесс просто не могла допустить, чтобы эти вещи, в том числе девяносто нарядов, которые Блоу подарил лично Маккуин, ушли незнакомым людям. «Я бы этого не вынесла», — горюет она.

Тогда же Дафна продала половину собственного гардероба. Выручку от аукциона, почти полмиллиона фунтов, она передала в основанный ею же фонд Изабеллы Блоу (позже свою лепту в благородное дело внесла Леди Гага, большая поклонница Дафны). «Для меня фонд был символическим жестом, — объясняет Дафна. — Таким прихотливым образом смерть Исси и Александра открыла дорогу молодым дизайнерам: из этих денег мы оплачиваем их обучение в колледже искусств и дизайна Сент-Мартинc. Думаю, Иссе это точно понравилось бы».

Дафна Гиннесс

Но Дафна не просто помогает фэшн-индустрии деньгами, заказывая туалеты Haute Couture и оплачивая образование юным дарованиям. Она сама дизайнер и творец: сделала рубашки для лондонского бренда Dover Street Market, придумала линию макияжа для M.A.C и составила духи «Дафна» для Comme des Garçons. Последнее произведение — коллекция часов для Roger Dubuis. В свои проекты Гиннесс вкладывает душу, всегда вникает в детали: «Все думают, я просто шлепаю свое имя на этикетку, но это не так. В Roger Dubuis, к счастью, думают иначе и совершенно не удивились, когда я сказала, что хочу посетить их знаменитую мануфактуру под Женевой. Для меня это был необходимый опыт. Над каждым механизмом работают почти тридцать человек, и если хотя бы один из них ошибется, все придется начинать заново. Порознь детали выглядят как звездное небо, а в едином корпусе — это чудо, рай, совершенство».

«Для меня было важно сделать именно механические часы высочайшего качества. В женских обычно стоит батарейка, поэтому раньше я носила мужские. Не устаю повторять: не покупайте часы с механизмом за двадцать фунтов только потому, что они облеплены бриллиантами. На необитаемом острове вы не найдете батарейку, чтобы заменить сдохшую. В этом смысле с Roger Dubuis все в полном порядке». Я интересуюсь, когда она сама в последний раз была на необитаемом острове. Дафна весело хохочет и замечает, что вместо острова побывала в джунглях, на съемках со знаменитым глянцевым фотографом Дэвидом Лашапелем.

К тяготам модельной жизни ей действительно не привыкать — она позировала для рекламных кампаний Maybach и косметической марки Nars, а также обложек итальянского Vogue. А еще она записывает альбом — разумеется, тоже очень оригинальный: «Эдакий панкоделик. Думаю, сейчас самое время. Две песни уже готовы, они легко мне даются. Не знаю, почему я не пела раньше?» Петь она действительно умеет и даже училась оперному вокалу.

Дафна живет между Нью-Йорком и Парижем. Ну, и Лондоном — ее гнездом. «У меня есть квартирка за углом, я там рисую и читаю». Ее старший сын Николас учится на втором курсе Колумбийского университета, а на третий перейдет в Кембридж. Второй сын, Алексис, изучает искусство, а дочь Инес вот-вот отправится в Оксбридж. Дафна явно гордится детьми, хотя и упоминает их между делом.

Романтические вечера Гиннесс, по слухам, коротает в обществе французского философа и политика Бернара-Анри Леви. В прошлом году в одном из журналов его называли «любовью всей ее жизни», но сама Дафна избегает разговоров на эту тему, а на публике по большей части появляется одна или с друзьями из фэшн-индустрии.

Дафна стройна как тростинка. «У меня очень хороший метаболизм. Плюс я много занимаюсь трансцендентальной медитацией», — объясняет она. Но в рецепт, который Гиннесс выдала в интервью «Нью-Йорк таймс», верится больше: «Я поем, только когда умру», — заявила она. На нашей встрече она тоже не съела ни крошки. А еще она рисует, продюсирует фильмы и снимается в них.

«Мои года — мое богатство, — говорит она. — Я рада, что прош­лое стало прошлым». Судьба была щедра к Дафне Гиннесс, одарив ее и красотой, и богатством. Но и жестокой тоже была, отняв дорогих сердцу друзей. Все великие чудаки нуждаются в доспехах — в мире моды без них никуда.


Источник фото: Getty, Splash

Битва платьевКому платье Marchesa идет больше?

  • Карли Клосс
  • Виктория Борисевич
Голосовать

Классное чтение

Закрыть

Вход

Забыли пароль?
У вас ещё нет логина на сайте Tatler? Зарегистрируйтесь