100 звездных платьев Oscar de la Renta

Tatler
22 Октября 2014 в 12:17

Оскар де ла РентаОскар де ла Рента

Оскар де ла Рента, скончавшийся 20 октября, был едва ли не единственным в Штатах кутюрье в полном французском смысле этого слова. Его вещи и после смерти великого творца рассказывают великую историю женской моды абсолютно современными словами. Он не был авангардистом, чтил законы композиции, незыблемость правил кроя, качество ткани и искусность вышивки. Он любил повторять, что платье должно быть прежде всего красивым и уже потом модным — только тогда оно сохранит верность хозяйке не сезоны, а десятилетия.

БейонсеБейонсе

Оскар де ла Рента верил в магическую силу своих вещей. Неподготовленную женщину они способны буквально сбить с ног. Вспомните, как в сериале «Секс в большом городе» влюбленный русский художник, персонаж Михаила Барышникова, читает Кэрри Брэдшоу стихотворение Бродского и слышит в ответ ее «поэзию» — строчки из Vogue про платье с пышной юбкой в стиле «Завтрака у Тиффани». «Оскар — мой друг», — говорит Барышников, и на следующий день, перед «Травиатой» в «Метрополитен-опере» Кэрри получает в подарок то самое платье. Они танцуют у театрального подъезда — и бедняжка падает в обморок от переизбытка чувств. Оскар де ла Рента недаром поставлен здесь в ряд с оперой, балетом и поэзией — непонятно, что производит на героиню Сары Джессики Паркер большее впечатление. Чтобы немного снизить пафос, она напоминает влюбленному магу и волшебнику, что она «всего лишь американка» — и вечер кончается ужином в фастфуде.

Кирстен ДанстКирстен Данст

Московские дамы, которые меняют наряды как перчатки и смеясь расстаются со своим прошлым, берегут своих «оскаров», выделяют для них специальный шкаф и на вопрос: «Куда вы их денете, солить, что ли, будете?» отвечают: «Дочкам передадим по наследству». Чем не приданое? Нет сомнений, что деларентовская классика со временем превратится в идеальный винтаж. «Они не секси, они — клэсси!» — объясняет владелица десятка «рент» светская дама Ирина Чайковская.

Ксения СоловьеваКсения Соловьева

Дженнифер ГарнерДженнифер Гарнер

Оскар де ла Рента царствовал даже в Белом доме. Модельер одевал еще Джеки Кеннеди в шестидесятые, и далее его передавали друг другу, словно царские регалии: от миссис Джеральд Форд к миссис Рональд Рейган. Считалось, только опытный Оскар знает, как должна выглядеть королева — даже если это королева демократического государства. Он помнил их всех, как художник своих любимых моделей: «У Хиллари Клинтон — чудесные волосы. У Лоры Буш — сапфировые глаза. Только Хиллари ни в коем случае нельзя носить черное, а Лоре лучше забыть, что она из Техаса».

Ева ЛонгорияЕва Лонгория

Перед Оскаром де ла Рентой не грех снять шляпу, он прочно вписан в учебники моды, а его вещи хранятся в Смитсоновском музее американской истории. Он помнил историю первого своего успеха, как шахматную партию. Дело было больше полувека назад, в его восемнадцать лет, когда Оскар уехал из родной Доминиканы в Мадрид учиться на художника. На жизнь зарабатывал эскизами для модельеров и тусовался с золотой молодежью. Однажды подружка, дочь американского посла, попросила придумать ей наряд — и первое же платье будущего Oscar de la Renta попало на обложку журнала Life. Это был его испанский дебют, за которым последовал французский миттельшпиль в Balenciaga и Lanvin, чей парижский шик он взял с собой за океан — для победного эндшпиля. Итог игры: уроженец Доминиканской Республики попал в золотую сотню самых богатых латиноамериканцев из числа живущих в США.

Камерон ДиазКамерон Диаз

Осиротевшая штаб-квартира де ла Ренты — в самом сердце района, называемого fashion district. Улицу не так давно переименовали из Седьмой в Фэшн-авеню. Десятиэтажное здание поделено между Ральфом Лореном, Дианой фон Фюрстенберг и де ла Рентой — наглядная демонстрация того, кто есть кто в американской моде. Рабочее пространство Оскара язык не поворачивался назвать офисом: только на старый манер — мастерской. Никаких компьютеров, никакого хай-тека — сплошные антикварные манекены и смуглые итальянские бабушки, расшивающие ткани вручную. Посреди этого великолепия возвышался хозяин, последние десятилетия почти не менявшийся: подтянутый, изящный, загорелый. Де ла Рента не скрывал, что он — портной старой школы, когда модой считался кутюр, а платье могло быть только вечерним. Он каждый год расшивал коллекцию свадебных нарядов камнями и перьями, а к тезке — премии «Оскар» — готовился как к весенней посевной. Плясать под дудку доминиканца соглашались и «смешные девчонки» Зуи Дешанель и Тина Фей, и бунтарки Рианна и Кристен Стюарт, и почитательницы классического стиля вроде Джессики Честейн и Дженнифер Гарнер. «Никакого особого рецепта, чтобы сделать идеальное платье для красной дорожки, нет, — не без улыбки говорил дизайнер. — Побольше тела — вот и весь секрет. Как на свадьбе, принципиальной разницы нет».

Кэти ПерриКэти Перри

Кейт МоссКейт Мосс

Когда Оскара однажды спросили про вероятность визита в Россию, он ответил вопросом на вопрос: «А вы знаете, что я уже бывал в Москве?». С ума сойти! Когда? «В семидесятые. Моя приятельница, бывший главный редактор американского Vogue Диана Вриланд, всегда была неравнодушна к русскому национальному костюму, и я решил съездить и посмотреть на это все своими глазами. Заказал через ваше агентство «Интурист» поездку, и звоню Диане: так, мол, и так, я купил тур, но, увы, не в Санкт-Петербург, а в Москву. Она мне: «Почему «увы»?» Я: «Ну как же, всем известно, что Петербург — самый красивый русский город!» — «Дурачок, — сказала Диана. — Он — копия среднестатистического европейского города, а Москва — это реально что-то особенное». Так я поехал в Россию и не прогадал, хотя времена были трудные. Вокруг меня постоянно паслись шоферы, переводчицы да и просто какие-то малознакомые люди, и каждый втайне от других просил купить ему что-нибудь в «Березке»: сигареты, спиртное, джинсы. Я рад, что в России все так изменилось — и теперь красивейшие русские девушки, вместо того чтобы просить у меня пару-другую колготок, придут в мой московский магазин и купят пару моих платьев, которые сделают их еще краше». 

Карли КлоссКарли Клосс